Образ экономической жизни в русской поэзии XVII–XIX веков

Нет описания более сложного, чем описание самого себя

Коммерция, торговля и промышленность не подпадают под канонические поэтические жанры. Однако полностью избежать упоминания отдельных деталей экономической жизни невозможно, особенно в жанрах «посредственного» и «низкого» стилей (по терминологии М. В. Ломоносова). Так, отдельные образчики повседневности, характеризующие современную экономическую жизнь, рассыпаны в баснях А. П. Сумарокова, М. М. Хераскова, И. И. Хемницера и др. Если же речь идет о жизни государства в широком смысле, поэты XVIII века, как правило, приветствуют повышение экономической активности.

Это происходит либо напрямую, когда, например, Г. Р. Державин в «Фелице» говорит о том, что сделала Екатерина II для экономического развития страны, либо когда он же, описывая барский быт, в стихотворении «Евгению, жизнь Званская», ненароком отмечает различные торговые связи. Экономическая активность выступает очевидным признаком растущего народного благосостояния и символизируется образом золотого века (И. Ф. Богданович, И. А. Крылов). Поэтому поэты вменяют государям ответственность за развитие наук (понимаемых не только как исследование, но и как применение знаний) и торгово-промышленный подъем (М. В. Ломоносов, Г. Р. Державин, И. И. Дмитриев, П. А. Вяземский).

Соответственно, в поэзии XIX века можно найти множество указаний на особенности экономической жизни, что связано в частности с либерализацией жанров. Достаточно отметить известные места из «Евгения Онегина», где упоминаются Адам Смит или балтийская торговля. С 20-х годов XIX столетия в поэзию входит тема железного века в образе денег и чисто материальных устремлений. Эта тема обсуждается, например, в контексте античного мифа о смене веков (А. С. Пушкин, Е. А. Баратынский), причем вину за вырождение людей и деградацию общественных отношений поэты возлагают на «корысть в сердцах» и «промышленные заботы». Техника, железо, торговля противостоят романтической героизации человека (Н. В. Кукольник и др.). Критики включаются в этот дискурс; С. П. Шевырев помещает музу в ломбард на престол из ассигнаций, а И. В. Киреевский обвиняет стремление к практической пользе в упадке поэзии.



style="display:inline-block;width:240px;height:400px"
data-ad-client="ca-pub-4472270966127159"
data-ad-slot="1061076221">

В свою очередь западники (В. Г. Белинский в критических статьях, Н. А. Добролюбов в сатирических стихах) защищают экономическую «прозу жизни», науку и технологию, критикуя официальную народность за защиту отсталых форм жизни, доказывая необходимость и пользу прогресса. Стоит отметить и тему тщеты человеческих усилий по организации своей жизни — как материальной, так и духовной (Л. А. Мей «Дым»). А. А. Блок, прямо продолжая тему «железного века» в программном вступлении к «Возмездию», обвиняет экономическую жизнь с ее символами — акциями, облигациями и т. п., — в потере высоких идеалов и унижении человеческого достоинства. О несправедливостях, связанных со становящимся новым экономическим порядком и его растущим значением для повседневности, пишут К. К. Случевский и В. Я. Брюсов.

Донских О. А. 


Комментировать


четыре × = 16

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru