О чем говорят названия птиц | Знания, мысли, новости — radnews.ru


О чем говорят названия птиц

Малый буревестник (Puffinus puffinus)

Человек, свободно владеющий правильной русской речью, не всегда представляет себе необыкновенное богатство всех смысловых и эмоциональных оттенков живого общенародного языкаг одной из форм существования которого являются народные говоры. Окружающий нас мир живой природы нашел самое полное выражение в языке народа, отразился во множестве наименований, лишь небольшая часть которых вошла в литературный язык.

Всем известно название небольшой птички из семейства воробьиных трясогузка, однако едва ли многие знают, что в русских народных говорах эта птичка имеет больше десяти параллельных названий (Опыт областного великорусского словаря. СПб., 1852), а в украинских диалектах — более двадцати пяти (М. Шарлемань. Словник зоологичноі номенклатури. Ч. 1. Назви птахів. Ки’ів, 1927). Существование в общенародном языке таких рядов синонимичных наименований для одного предмета или живого существа связано с их различными свойствами, качествами, которые по-разному и в разное время открываются человеку. Так, одна из наших северных птиц названа морянкой в связи с территорией распространения, каменушкой по месту гнездования. Жители . Севера называют ее дьячком за ее

особый громкий и звонкий крик, напоминающий повторяющиеся слова ангич, аангич (Словарь русских народных говоров. T. 1. М .^ Л. 1965). Определение признаков, положенных в основу наименований, является одной из интереснейших задач при изучении лексики ! флоры и фауны. Многообразие народных названий птиц, по ело-* |вам И. И. Срезневского,’ является замечательным свидетельством : тонкой наблюдательности и мудрости народа, выражающего себя в языке своем. В древнейших из них признак, давший жизнь наименованию, его «внутренняя форма» утратилась, забылась, и название ассоциируется говорящими со всем комплексом признаков, отличающих то или иное явление.

Профессор А. А. Потебня, характеризуя природу создания слова, писал: «Все значения в языке по происхождению образны, каждое может с течением времени стать безобразным» (Записки по истории русской словесности. Харьков, 1905). Древнейшее название известной птицы турухтан впервые зафиксировано в русских словарях в XVIII веке. Но в XVII веке более употребительными были варианты курахтан, курохтан, которые до сих пор сохранились в литературном языке. Происхождение этого названия не находит однозначного решения в русских лингвистических исследованиях. Одни ученые допускают звукоподражательный характер этого слова, другие считают его заимствованным из тюркских языков, третьи предполагают его связь с курохта, в свою очередь восходящему к праславянскому *кигоръ!у (из кур и птица).

Бесспорно одно: название в современной его форме ничего не говорит носителям языка о своем происхождении и в отличие от рассмотренных выше названий морянки не характеризует птицу по какому-либо признаку. Говорящий на современном русском языке едва ли объяснит происхождение слова сорока, однако, произнося его, мы легко представляем себе беспокойную, довольно крупную черную птицу с белыми маховыми перьями, видим предмет речи во всей совокупности отличающих его признаков. Известно, что голос сороки, ее неугомонная болтовня, жадность ко всему блестящему и пророческое стрекотанье давно вошли в пословицы и поговорки: Знать сороку по языку; Сорока скажет вороне, ворона борову, а боров всему городу; Всякая сорока от своего язычка погибает; Охоча сорока до находки; Сорока сокочет, гостей пророчит; Сорока даром не сокочет: либо к гостям, либо к вестям (Словарь В. Даля). Многие наименования рассказывают о конкретных признаках и свойствах предметов, раскрывая перед нами целый мир во «сем богатстве его звуков, движений и красок. Голоса птиц, особенности их повадок, место гнездования, окраска оперения, характерные внешние признаки — все это нашло отражение в наименованиях. Интересны и разнообразны ономатопоэтические названия, которые представлены в общенародном языке двумя основными группами: наименования собственно звукоподражательные, в основе которых лежит подлинный голос птицы, и названия, образованные от звукоподражательных глаголов. Характерным для первого типа является название небольшого куличка фифй, данное ему охотниками за крик, который может быть передан слогами фи-фи (М. А. Мензбир. Птицы России. М., 1895). К народным, по свидетельству С. Т. Аксакова, принадлежит также и название коростеля дергач. Крик его обычно напоминает «какоето назойливое кричание, состоящее из длинной нити звуков дерг-дерг, повторяемых им нередко непрерывно до пятнадцати раз кряду» (С. И. Романов. Охотничий словарь. М.„ 1876—1877).

Голос птицы лежит и в основе диалектного названия Чибиса — пйвик (рязанское) j крик которого похож на слоги пи-и-вить. Следует отметить, что подобные названия не всегда точно передают крик птицы, воспринимаемый слушателями по-разному. Отсюда различные по звуковому составу наименования для одной птицы, связанные с субъективностью человеческого восприятия. Вот как объясняет происхождение названия авдотка (большой болотный кулик) известный русский орнитолог академик М. А. Мензбир: «Передавая крики птицы звукоподражательно, можно отметить, что один походит на слоги „вдотья“, превращающиеся при частом повторении в ,,явдотья“ или „авдотья", откуда одно из русских названий». Другое, не менее распространенное название болотника — верётенник. У С. Т. Аксакова читаем: «Крестьяне в Оренбургской губернии называют его веретенник, основываясь на том, что будто крик его, которым обыкновенно оглашаются болота… похож на слова „веретен, веретен11» (С. Т. Аксаков. Записки ружейного охотника Оренбургской губернии. М., 1953). Ко второй группе звукоподражательных слов относятся наименования выпи в различных русских говорах: бухало, бухалъ (смоленское, казанское, тобольское, сибирское), бучел, бученъ (тамбовское), гук.

Все они образованы от звукоподражательных глаголов: бухать ‘кричать глухо, отрывисто3; бучатъ ‘издавать глухой звук’; гукать (простонародное) ‘испускать гук\ Аналогично по происхождению название филина в ярославских говорах — $халица. Распространенную на побережье Белого моря гагару поморы называют ревухой за ее громкий резкий крик. Этот же признак лежит в основе наименования шипун (вид лебедя), закрепившегося в современном русском литературном языке. Одна из наших самых типичных птиц чайка серебристая носит название хохотунья, распространенное повсеместно. Чирка* свистунка в народе нередко называют хрипучкой, коростеля — кряхтелем, сизую чайку — визгуньей, гоголя — крякушкой. -а Наименования птиц по их повадкам, образу жизни, особен* ностям питания позволяют нам проникнуть в беспокойный, вечно изменяющийся мир живых существ, издавна привлекавших внимание человека. Удод получил в народе название потатуйки (потатуй — скто поддакивает, такает’). Не исключено, что наимено* вание связано с поведением лтицы в воздухе, где она, то под* нимая, то опуская хохолок, «кланяется при каждом своем при* зывном крике уп-уп» (Р. Шарп. Чудеса птичьего мира. М., 1912). Самая маленькая птичка семейства бекасовых — гаршнеп. По сви* детельству орнитологов, это чрезвычайно смирная и ленивая птица, которая нередко взлетает прямо из-под ног охотника и даже из-под носа собаки. Именно с этой особенностью птицы связаны ее народные названия молчбн и лезюанка (лежень ‘ленивый человек’). Выразительны наименования козодоя в русских говорах дремлюга и ночник, удачно характеризующие образ жизни этой сумеречной, бесшумно летающей птицы.

Варакушку, небольшую певчую птичку, известную своей способностью петь «на все лады», в народе называют морокушей (от мороковатъ — ‘понимать, знать, уметь’). Диалектное название стрепета трясучка характеризует полет и подъем этой птицы, когда она «точно встрепенется, сорвется с земли» (С. Т. Аксаков). Большим разнообразием отличаются метафорические наименования птиц в живой народной речи. Метафору порождает стремление говорящих назвать, определить нечто новое через старое, уже имеющееся в языке. Таковы многочисленные наименования птиц, данные им по сходству цвета, формы, особенностям повадок. Интересны названия длиннохвостой синицы опплбвничек и чумичка, жданные ей за длинный хвост и округлую форму тельца, Которые в совокупности напоминают круглую ложку с очень длинной ручкой (эта ложка на русских кухнях. называется ополовником или чумичкой). Усатая синица в уральских говорах — гусарик, лазоревка белая — князек (калужское). Слово, употребленное в переносном значении, поворачивается в языке новой смысловой гранью и является носителем положительной или отрицательной экспрессии. Характерны в связи с этим наименования поморника в архангельских говорах — солдат и исправник’, первое дано птице за смелость и проворство, второе — за привычку отнимать добычу у других птиц. Овсянку горную, очень неосторожную птицу, легко попадающуюся в сети и другие ловушки, в народе называют дурачком.

Признак, лежа щий в основе переноса, нередко субъективен, связан с совпадем иием ассоциаций, возникающих при сравнении двух предметов. Отсюда ряд наименований, употребление которых ограничено рамками одного говора. Таково название шилоклювки чеботарь (украинское чоботар ‘сапожник5) в астраханских говорах. Нос птицы напоминает по форме шило, которым обычно пользуются сапожники. Чекана-каменку, который часто провожает прохожем го’ на значительном^ расстояний ! пути; в Забайкалье называют попутчиком. Широко употребительны в диалектах метафоричен скйе“ наименования птиц, данные им — по ххюдству голоса, крика. Так, название кузнец (козодой) в"сибирских-говорах объясняется тем, что голос птицы’ похож" на частые удары молотком по наковальне. Общеизвестно название : птицы семейства настушковых ^гѳ«ьё%Ркотороё птица получила ЗД рёакйй* свист, слышимый на далеком расстояний. Отсюда м ‘названия- погоныша — пастух, шстушок, іпйрокб распространённые’ в русских говорах. Диалектное наименование иволги — кошка связано с тем, что голос обе-* спокоенной птицы напоминает крик обозленной кошки. Пеночку за ее трескучую трель в ярославских говорах называют кузнечиком. Нередко наименование, непонятное говорящим на современном русском языке или диалектное с точки зрения его внутренней формы, подвергается действию народной этимологии, которая наполняет слово новым содержанием и видоизменяет его форму.

Вероятно, наименования птицы из отряда куликов вйлеженъ, валишень (смоленское), валъщенъ (московское), вйлъшен (тверское) представляют собой искаженные, приспособленные к языковому сознанию говорящих варианты немецкого вальдшнеп (Wald ‘лес5, Schnepfe ‘кулик5) — сравните: валенъ ‘увалень, лентяй5. В отдельных случаях народная этимология преображает слово на основании звуковых ассоциаций и вкладывает в его содержание более понятное значение. Так, в смоленских говорах сивок-ржанок называют севцами, связывая с их появлением на полях начало сева. Диалектная форма авдот (удод), появившаяся в смоленских говорах под влиянием народной этимологии из звукоподражательной вдот (Н. В. Горяев. Сравнительный этимологический словарь русского языка. Тифлис, 1896), сближает название птицы с женским именем. Это может быть связано с внешним видом птицы: удоды красивы и изящны, отличаются ярким, пестрым оперением. Не случайно в смоленских говорах авдотками называют нарядных женщин в пестрых кофтах и головных уборах, напоминающих турецкую чалму: «Баба франтовитая платок на лоб надвинула. Ишь, — говорят, — нахохлилась словно удод хохол свой развесил» (В. Н. Добровольский. Смолен* ский областной словарь. Смоленск, 1914). Отдельные наименования возникли как результат своеобразного словесного запрета — табу, в основе которого лежит наивная вера в то, что имя служит средством для передачи дурных воздействий, является проводником «злого духа», «дурного глава». «Подставное», эвфемистическое название, употребляющееся вместо запрещенного, должно воздействовать на природу обозначаемого существа в желательном направлении. Белорусы, например, называют воробьев слепцами, чтобы они не видели посевов.

В украинских диалектах весной журавля (украинское журавель) называют веселиком, чтобы не «журитися» весь год. Слова ворон и сорока запретны у холмогорских рыболовов, что связано с поверьем о близости этих птиц к нечистой силе, со стремлением охотников и рыбаков скрыть от злых духов свои намерения. Характерно, что сороку в ряде русских говоров называют вёщи~ цей ‘колдуньей5 (сибирское), ведьмой (ярославское). Ворон у сибирских охотников— верховой, у холмогорских рыболовов — курица, сорока в русских говорах — векша (олонецкое, архангельское, пермское, свердловское). Народным наблюдениям обязаны своим происхождением названия, связанные со сменой времен года, с началом хозяйственных работ. Употребляющиеся в архангельских говорах названия жаворонка вещеврёменник, вещеврёменец связаны с народной приметой: «Жаворонок к теплу, зяблик к стуже» (Словарь В. Даля) .

Жаворонки — вестники весны, недаром в ряде мест сложился обычай подавать к столу в первый день весны испеченных из теста жаворонков. Сравните названия зяблика в русских диалектах: сиверушка, снигйрик. Аналогично по происхождению название синички в белорусских говорах — снягурка. Оно объясняется тем, что по поведению этой птицы старики узнавали, когда ждать снега. Гаршнеп получил в народе название заморозок, так как остается у нас до самой поздней осени и улетает лишь с первыми холодами. Малиновку, которая первой встречает утреннюю зарю, любовно называют зорькой. Так в наименованиях птиц, одной из интереснейших групп лексики, отражается история народа, его наблюдения над многообразным и вечно изменяющимся миром природы.

Л. Ф. МОИСЕЕВА


Комментировать


+ 5 = шесть

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru