Свадьба в Тверской губернии | Знания, мысли, новости — radnews.ru


Свадьба в Тверской губернии

Свадьба в Тверской губернии

Свадьба в Тверской губернии

На следующий день девичника бывает день свадьбы, который обычно происходит следующим образом. У жениха до венца много времени уделяется приготовлениям свадебного поезда. Как к жениху, так и к невесте собираются гости, которые начинают веселиться с утра. Невеста плачет. Перед венцом у невесты и жениха бывает благословение.

Нередко жениха благословляют вместе с невестой у невесты. Бывают случаи, когда жених приезжает за невестой к венцу «целым поездом», который по дороге задерживается парнями, чтобы получить выкуп за невесту. А иногда от жениха приезжает только дружка приглашать невесту к венцу, после чего невеста отправляется в церковь со свахой или братом, дядей, а дружка отвозит приданое невесты в дом жениха. Отвоз сундуков производится также и отцом невесты после венчания.

От венца обычно молодые едут в дом жениха, а у карел хотя бы на несколько минут заезжают в дом невесты. Дома их встречают иконами, хлебом-солью и благословляют, и начинается свадебный пир, во время которого молодые не едят. Вскоре их уводят в особую горницу, где их «угощают». На второй день венца бывает «княжой стол», который служит продолжением свадебного пира.

Отводины

Они заключаются в том, что все гости бывают друг у друга в гостях, а теща для зятя в течение года справляет несколько праздников. В заключение отметим следующее явление. Старинная народная свадьба переполнена песнями, обрядами, приметами, но старое постепенно умирает. На смену ему идет новое, связанное с новыми экономическими условиями быта. Теперь уже редко наблюдаются свадьбы со строгим прежним укладом ее. Известны случаи, когда свадьбы совершаются без богомолья, венчания и даже без пира.

Вместе с тем в наши дни нередко встречаются свадьбы, празднование которых складывается в процессе переплетения моментов, характерных для свадьбы и прошлого времени, и настоящего. Песни неустойчивы. С течением времени под влиянием устной передачи, а иногда и под влиянием экономически разных условий быта песни приобретают все новые и новые оттенки, нередко переплетаясь между собой по общности сюжета или мотива. И лишь обряд придает песням особую устойчивость, сохраняя их на долгие времена.

В кругу старинных русских песен встречаются и стихотворения известных и неизвестных авторов, романсы, которые в народной среде также видоизменяются, приобретая особенности народных песен, постепенно сливаясь со всем комплексом традиционного народного творчества. Нельзя не отметить того, что в настоящее время в народной среде существует масса общеизвестных революционных песен, навеянных событиями последних лет.

(Революционные песни за общеизвестностью в сборник не включены, так как текст их совершенно не расходится с текстом, известным в печатных изданиях.) Но процветающим видом творчества современной деревни является частушка. Все это удается установить на основании анализа великорусских песен сборников «Великорусские народные песни» проф. А. И. Соболевского, «Сказки и песни Белозерского края» проф. Ю. М. и Б. М. Соколовых, «Великорусе» П. В. Шейна и «Песни» П. В. Киреевского. Проследим те особенности песен, о которых только что говорилось, на некоторых образцах нашего сборника. Видоизменение словесной ткани песен можно отметить на известной песне «Вы, заводы, заводы…», в тексте которой найдем соединение двух песен в одно целое.

Начинается она так:

Вы, заводы, заводы, Заводы фабричны. Уж и кто эти за во душки завел? Завела этот завод Александрушка. Заводила-то завела, Она глупо сделала, Сама в лес пошла. В лесу-то во бору Она заблудилася. Под кудрявую рябину Сама становилася.

Дальше, очевидно, по сходству образов, к песне «Вы, заводы, заводы…» (№ 465) присоединяется другая:

Ты, рябинушка, моя рябина, Рябина кудрявая, Ты коли, рябинушка, взошла? Когда выросла? — Я весной взошла, летом выросла. Разольется-то весной Волга-матушка, Что подмоет-то тебе, рябинушка, Все злое кореньице. Обломают-то тебе, рябинушка, Все сучочки, веточки.

Милого приметочки (№ 465). Но если сопоставить более ранний текст с приведенным, то увидим отличия.

Ты, рябинушка, ты, кудрявая, Ты когда взошла, когда выросла? Ты, рябинушка, ты, кудрявая, Ты когда цвела, когда вызрела? — Я весной взошла, летом вызрела, Я весной цвела, летом вызрела. — Под тобою ли, под рябинушкой. Что не мак цветет, не трава растет, Не трава растет, не огонь горит, Не огонь горит, — ретиво сердце, Ретиво сердце молодеческое, Ах, горит, горит, как смола кипит. По душе ль другие. По лебедушке, По лебедушке, по голубушке, По голубушке, красной девице.

Ты душа ль, душа красна девица, На заре ль, заре, заре утренней, При восходе ли светла солнышка, Не простившися с отцом, с матерью, Не видавшись с добрым молодцем, Жизнь оставила, скончалася. Ой вы, ветры, ветры теплые, Ветры теплые, вы весенние, Вы не дуйте здесь, вас не надобно! Прилетайте вы, ветры буйные. Что со северной со сторонушки, Вы развейте здесь мать сыру землю, И развивши по чисту полю, По чисту полю по широкому, Вы раскройте мне гробову доску. Уж и дайте вы мне в последний раз Распрощаться с моей милою, С моей милою, с душой девицей! Окропив ее горючей слезой, Я вздохну, умру подле ней тогда.

(сб. А. И. Соболевского «Великорусские народные песни». Т. V. № 721).

Таким образом, в приведенных примерах мы сталкиваемся со значительными изменениями текста одной и той же песни. Все это еще раз подтверждает, что песни не устойчивы, они живут, видоизменяются. Наряду с ними видоизменяются и попавшие в народ произведения художественной литературы: стихотворения, романсы, приобретающие там известный оттенок народности.

Как наиболее яркий пример приведу стихотворение А. С. Пушкина «Узник», видоизмененное после того, как оно стало уже жить в устах народа:

Сидит за решеткуй орел молодой, Орелик, орелик, орел молодой, Сидит за решеткуй орел молодой. Клюет и бросает, сам смотрит в окно, (2) К нему прилетает товарищ его. (2) Товарищ мой вернай, давай улетим, (2) Где солнце не светит, луна никогда, (2) Лишь только гуляет красотка ходна. (2)

Приведем некоторые примеры лучших старинных русских песен, живущих в Тверской губернии.

Соловеюшко ты мой соловей, соловеюшко прелюбезный ты мой. Ты мой, ты мой молодой и молодой.

Ты зачемы же в садик ко мне прилета, прилетаешь? Жалобынахонико и во саду поешь, и ты поешь? Шибче, громыче, соловеюшко, свищи, Поскорее милого, милого ко мне пришли, и ты пришли. Прибудь, миленький, ко мне, ко мне на часок, На часок на последний, на последний вечерок, И на последний ко мне вечерок. Уж мы сядем с тобой вместе, с тобой вместе И разделим горе с тобой пополам, и пополам. Ты живи-кась, ты живи-кась, милый супокой. А я одна буду, девушка, страдать. Горьки слезы буду проливать, и проливать. И никто меня, меня, девушки, никто не уймет, Что ни вьюга, ни погода, ни осенние частые дожди. И только уймет меня, девушку, меня, девушку. Задержит одна вешняя, вешняя вода, большая вешняя вода.

В заключение несколько слов о классификации песен нашего сборника. Песенный материал подразделен на следующие группы. А. Песни повествовательного характера — эпические, отражающие исторические события и бытовые явления. Значительную часть из них занимают так называемые низшие эпические песни, отражающие преимущественно семейный быт, темы которых самые разнообразные. Существует ряд песен о том, «как жена с мужем не в ладу жила», в которых жена убивает мужа или муж жену (см.№ 178 «У колодца да было у глубокого», № 177 «Зимушка зима»). Распространены и песни на темы: о жизни с разбойником, о возвращении солдат на родину и о встрече их с матерью, или о смерти солдата и безутешном горе матери (см. № 173 «Ох, вы, горы Воробьевские»).

К эпическим произведениям отнесен и духовный стих — песня духовного содержания, черпающая свой материал из церковных гимнов и книг. Распеваются они большею частью каликами перехожими, странниками, богомольцами. Б. Песни обрядовые. Русская народная свадьба переполнена обрядами, приметами и песнями, ведущими свое начало от глубокой древности и заключающими в себе пережитки древнерусского быта.

Особенно интересно это проследить на песнях-причетах или плачах невесты, в которых жених часто называется «недругом», «погубителем» и «купцом». Во многих из них невеста просит ее не продавать, не бить рука об руку. Это говорит нам о древних формах брака на Руси — периода умыкания и купли невест, когда жених действительно является недругом и купцом. В позднее время большинство браков также заканчивается по соглашению родителей, где воля детей в расчет не принимается.

В целом ряде причетов слышатся укоры девушек родителям, выдающим ее замуж против воли. С грустью прощается она в плачах-причетах с вольной волюшкой, красотой девичьей и родной сторонкой, потому что в семье мужа на чужой стороне жизнь ее рисуется тяжелой. И веет от таких песен патриархальным гнетом семьи и мужа. В немногих песнях можно встретить лишь некоторые указания на счастливую взаимность и согласие, но и в них слышатся жалобы на тяжелые условия семейной жизни. Наряду с плачами невесты существуют и песни, поющиеся девушками, подругами невесты, на свадьбе невесте, жениху и гостям. Темами этих песен служат или грустное настроение невесты, или упреки девушек невесте в измене.

Встречаются песни, поющиеся исключительно сироте. Жениху и невесте, гостям большею частью поются «величальные» песни, за которые девушки просят денег. В случае отказа, неуплаты, девушками поются песни сатирического характера, в которых они корят неплатящего. Многие свадебные песни, больше величальные, говорят нам не о крестьянской жизни. Упоминаются в них «князья», «бояре», «тысяцкие».

Жених часто называется в них «князем», а невеста «княгиней». Это позволяет думать, что многие черты свадебного ритуала заимствованы крестьянством из высших классов прежнего времени. Девушками, подругами невесты, поются и песни, приуроченные к обрядам, с течением времени большая часть которых из живого действия превратилась в бессознательно, по традиции совершаемые обычаи. В. Похоронные причеты, в которых слышится много горя и тоски. В некоторых местах используются они и до сего времени профессионалками-плакальщицами, но нередко рядом с наемными плакальщицами в некоторых причетах выражают свои чувства и сами близкие покойному люди (№ 348 «Похоронный причет», № 360 «Причет по утонувшему племяннику»). Для каждого члена семьи существует особое причитание.

Обычно в таких песнях-причетах звучит недоверие к смерти человека (№ 355 «Причет по мужу», № 361 «Причет по своей сиротской доле»). В ряде похоронных причетов слышатся и вопросы: куда «собрался» покойный? «Во какую путь-дороженьку?», «На кого покинул?». Нередко выражается и желание плакальщиц о том, чтобы умерший явился снова живым, «распечатал свои уста сахарные», «открыл бы очи ясные», «Прилетел бы кукушечкой» и т. д. Г. Хороводные, игровые и плясовые песни. Д. Семейные песни, в которых выливаются чувства, вызванные обстоятельствами семейной жизни. Здесь преобладающей темой песен является отсутствие семейного счастья, тяжелые условия семейной жизни, где страдающим лицом в большинстве случаев бывает женщина. Часто говорится и о взаимном недовольстве супругов, об удалении нелюбимой жены, о смерти, разлуке, измене и т. д.

Е. Любовные песни, мотивами которых являются «загубленное счастье», связанное с разлукой, изменой или смертью, а также и счастливая любовь ( № 393 «Соловеюшко, ты, мой, соловей»). Любовные песни рисуют образы возлюбленных. Ж. Солдатские песни, сложившиеся в солдатской среде или проникшие в нее извне. Темами большинства солдатских песен служат походы, бои; нередко в них выражаются и грустные мысли о смерти, связанные с солдатской жизнью, а также темой песен служат раны и смерть солдат на чужбине. 3. Юмористические песни, в которых нашел себе выражение здоровый народный юмор. И. Переделки стихотворений и романсов. К. Частушки.

Большой популярностью в современной деревне пользуются частушки, т.е. коротенькие песенки, в большинстве случаев представляющие собою рифмованные четверостишия, имеющие определенный музыкальный ритм. Быстро рождаясь, частушка дает отклик на все новые явления жизни, на все волнующие вопросы дня. Быстро забываясь, умирают старые частушки, а на смену им также быстро слагаются целые серии новых. Так, теперь очень редко можно встретить частушку, которая бы отражала пережитое событие. Примером умирания частушки могут служить частушки об империалистической войне, распевавшиеся когда-то, но забытые теперь.

1 Распроклятый царь германский Рано начал воевать. Перебил моих всех кровочек, С кем буду я гулять? Ты, Германия, Германия, Германская война. Ты оставила, Германия, Без милого меня. На германском-то на поле Дружка ранили мово, В незнакомую больницу Положили одного.

Революция, гражданская война, ломка. Но вот частушки, в которых с сочувствием говорится о том, что пошатнулись старые устои деревенской жизни.

1 Я у батьки не спрошусь, В коммунисты запишусь.

2 Под моим окошком Распевала птичка. Мой отец большевик, А я большевичка.

3 Я не выду за порог, Проведу-ка я денек С комсомольцами, Не с богомольцами.

4 Ох, яблоко, С боку верчено. С комсомольцем живу, Я не венчана.

С революцией в крестьянскую веру проникает антирелигиозное настроение, и в частушках слышится новое отношение к духовенству и религии.

1 У Николы попы воры, А у Спаса колдуны. У Николы — колоколы, А у Спаса — чугуны. Нет на свете озорнее Толстопузыих попов. Они грабят, обдирают Деревенских бедняков. Пароход идет. Волны кольцами. Будем рыбу кормить Богомольцами.

Ах, ты, бог, ах, ты, бог, Что ты ботаешь? На небе сидишь, Не работаешь? Самогонка, спекуляция, процветавшие в годы голодовки, позднее нэп — также дали ряд частушек. Самогонка. Как Андрониха деревня На высоком месте. Они гонят самогонку Все окошки вместе. Спекуляция. 1 Матрос молодой Нынче женится. Спекулянтку берет Приоденется.

Нэп. Я на бочке сижу, А под бочкой склянка. Мой муж спекулянт, А я — спекулянтка. Не хватает средств и силы. Тришкин лавочку открыл. Расширяет оборот — То и дело продает. Наряду с частушками, связанными с революцией, мы встречаем массу частушек, темами которых являются любовь и другие душевные переживания.

1 Любовь не что-нибудь такое, Не платочек носовой. Платочек снегом занесет, Любовь нигде не пропадет.

2 Нету года без июля, А июля без цветов. Нет любви без поцелуя, А иначе не любовь.

3 На горе стоит аптека. Она сушит человека. Сушит девицу любовь Со пятнадцати годов. Взаимная любовь в них выражается так: 1 Лучше Пети нет на свете, Уважительный такой. Уважает, провожает Поздно вечером домой.

Несчастливая любовь

Или так: 2 Пирьходила через речку Я по жердочке. Меня милый целовал В саму мордочку. «зараза»: 1 Кака любовь, кака зараза! Вчера плакала два раза. Как увижу, так зальюсь, С какой заразой расстаюсь. 2 Последний лист бумаги трачу, Во слезах письмо пишу. Если ты меня покинешь, Я сама себя решу. Перед зеркалом стояла, Бело платье мерила. Мне сказали, что измена, Я им не поверила.

Но вот частушки, которые выражают другие душевные настроения:

1 Где ни пью я, ни гуляю, Скучно сердцу моему. Пойду по бережку крутому, Разгоню печаль-тоску.

2 Я сегодня при печали. Черна юбочка на мне. Еще боле при печали — Мой залетка на войне.

3 Родна маменька не знает. Что на сердце на моем. На моем на ретивом Вода холодная со льдом.

4 Грянь-ка, туча градовая, Грянь-ка, туча, на меня. Убей-ка, туча градовая, С большой досадушки меня. Быт деревни также нашел отражение в частушках.

Целый ряд частушек говорит о крестьянских работах.

1 Моя любимая работа — За лесочком боронить. Случай миленький проедет. Можно с ним поговорить.

2 Я косила у пруда, Не дает косить вода. Машу беленьким платочком: Поди, миленький, сюда.

3 Я сидела у окошка. Пряла беленький ленок. В ту сторонушку глядела, Где мой миленький живет.

4 Из-под горочки белеется — Девочка идет. Она неполные ведерочки На чай воды несет.

5 Кто-то, кто-то в лесу рубит, Кто-то елочку спечет. Коля в беленькой рубашечке. Его солнышко печет.

6 Коля, Коля дрова колет, Коля в ниточку кладет. Коля Полю дожидает, Когда с поседки пойдет.

Некоторые частушки обрисовывают картины семейной деревенской жизни.

1 ч Из колодца вода льется, Вода волноватая. Муж напьется, подерется, А я виноватая.

2 Батька баню продает, Матка плачет, не дает. Батька матку поцелует, Матка козырем пойдет.

3 Под окном стоит береза, От березы в избу тень. За свово, за деревенского Ругают каждый день.

4 Пусти, маменька, на улицу: Головушка болит. Не обманывай, плутовка, У крыльца милый стоит. Мода также нашла себе отзвук в частушках.3 1 Наши девки зафорсили На высоких каблуках. А ребята за ними В ковыреных сапогах. 2 Папенька и маменька, Я у вас немаленька. Мне семнадцатый годок, Купите шелковый платок.

Чья это? Чья это такая? Богачева дочка. У ней в талию пальто, На груди цепочка. У мово у милого Темно-зелена троечка, Темно-зелена троечка, С улыбкой поговорочка. Мода более позднего времени: Я из белого батиста Сошью юбку себе клеш. На лицо я не красива, Да характер мой хорош.

6 Ах, клешики, Что наделали? Бабьи юбки на клеши Переделали. Не проходит деревня бесследно и мимо событий, сколько-нибудь останавливающих ее внимание. Так, деревня моментально откликнулась частушками на экспедиции Тверского педагогического института в Старицкий уезд 1923 г. Ими она выразила свое отношение к неожиданным посетителям — нашему уважаемому профессору Ю. М. Соколову, А. Н. Вершинскому и их спутникам.4 1 Ходит в шляпе господин, Собирает песни. Уж он ходит не один, Рота девок ходит с ним. Не ходите вы, ребята, С городским девкам гулять: Они работать не умеют, Только сказки им писать.

О развлечении участников экспедиции также моментально сложилась частушка. 3 А прибауточки про власть Анюта пела не боясь. Пришли девки с карандашом. Записали целиком. Вот другой пример. Здесь частушка запечатлевает слухи о «живых покойниках» в Ленинграде и Москве: 1 Ох, яблочко На чугунчике.

В Ленинграде появились Попрыгунчики. Ноги, руки на пружинах, А во рту горит огонь. Они грабят, убивают, А потом бегут домой. 2 Ох, яблочко В рукомойничке. В Москве появились «Покойнички».

Масса частушек носит сатирический характер. Они высмеивают недостатки и пороки не только отдельных личностей, но часто и целой местности.

1 Как в Игнатьевском-то поле Растет травка лебеда. А игнатьевски девчонки Все такая лохмота.

2 Ах, река, река, река, Все отлоги берега. Берега отлогие, Мальчишки кривоногие.

3 Мой миленок не красы — Одни скулы да усы. Аккуратненький носок Из 25-ти досок.

Частушка служит и орудием самозащиты. Так, в ответ на насмешки поют:

1 Что ты, Сенюшка Потапыч, Губки сжавши ходишь? Ты про девушек поешь, На себя не смотришь.

Шестерки, семерки Гадательные. Кузнецовские девчонки Завлекательные. Отношение к общественному мнению в частушках скептическое. Пускай говорят, Пускай посудачат. Мои карие глаза Скоро не заплачут. Существует еще ряд частушек плясовых, служащих аккомпанементом пляски. Содержание их шуточное, часто с упоминанием о пляске.

Нередко целые серии частушек посвящаются гармонисту.

1 Идти плясать Или воротиться? Недалеко убежать Милого спроситься.

2 Почаще, почаще, Пореже ничего. Гармонист какой хороший, Я влюбилася в него. В заключение одно-два замечания о формальной стороне частушек. Склад стиха частушки большею частию народно-поэтический, представляющий собой рифмованное четверостишие, стихи которого рифмуются самым разнообразным образом.

Первый стих часто рифмуется со вторым, а третий — с четвертым.

Например:

1 Кака любовь, кака зараза! Вчера плакала два раза. Как увижу, так зальюсь, С какой заразой расстаюсь.

2 Топну ногой. Покачаю головой. Мой муж в тюрьме, Не попасть бы мне.

Часто первый стих частушки рифмуется с третьим, второй же — с четвертым.

Например:

1 Я сегодня при печали. Черна юбочка на мне. Еще боле при печали — Мой залетка на войне

. 2 Чечовику молотила, Чечовику веяла. Дома меру позабыла, Башмаками мерила. Или первый и третий стих не рифмуются вовсе, а второй рифмуется с четвертым.

Например:

1 У меня калоши есть. Берегу их к лету. А по совести сказать, У меня их нету.

2 Скажите милому мому, Сильно я хвораю. Девятый день десятый хлеб Насилу доедаю. Встречаются частушки с рифмой только двух последних стихов. Например: 1 Ванька с Питера приехал. Гармошку новую купил. Гармошка новая с басами, Играет разными голосами! * 2 Мне не надобно гармошки — И на пузе играть можно. Если лопнет — наплевать: Под рубахой не видать.

Нередко вся частушка имеет одну и ту же рифму:

1 В воскресенье был день, Зацепил мужик за пень. Отцепить было лень, Простоял он целый день.

2 Не по-тятькиному, Не по-мамкиному. Пускай будет по-мому, Одна курочка в дому. Кроме четырехстишных, частушки встречаются с шестью и с восемью стихами. 1 Изгородочки трясутся, К нам ляксандровски нясутся. Огуречик наперед, Его тальяночка орет. Еще Колька Чимахан, Еще Ленечка Юрчан.

2 Ох, яблочко На чугунчике. В Ленинграде появились Попрыгунчики. Ноги, руки на пружинах, А во рту горит огонь. Они грабят, убивают, А потом бегут домой. Встречаются частушки, имеющие вопросно-ответную форму.

Обычно это частушки женские — любовные или плясовые.

Например: 1 Таня, у тебя хороший, А ты любишь моего.

Люби на доброе здоровье, Не жалею я его. 2 Дорога подружка Таня, Это все напрасно, Я залеточку твово Любить не согласна. Нельзя обойти молчанием того, что частушки не отличаются богатством художественных образов.

Сказка — это складка, не имеющая такой устойчивой формы и содержания, как песня. Ведь «из песни слова не выкинешь». Сказка — вымысел, в котором каждый рассказчик чувствует свободу личного творчества. В сказках фантастическое, чудесное, мифическое, бытовое и поучительное причудливо переплетаются между собой. Поэтому разграничивать сказки на строгие отделы не приходится.

Героями сказок являются люди разных социальных слоев. В них мы видим и царей, и трудовых людей. Нередко в сказках и стихийные силы природы имеют человекообразный вид. Наряду с ними в сказках встречаются и другие чудесные, но человекообразные существа: Баба-Яга, Кощей Бессмертный, и т. п. ( № 593, 602, 603), а также и животные, думающие и действующие по-человечески. В некоторых сказках выявляется поучение, причем добро всегда торжествует над злом, правда над неправдою, простота над жестокостью. Сказок включено в сборник меньше, чем песен.

Объясняется это, во-первых, кратковременностью экспедиций и, во-вторых, отсутствием времени у крестьян для сложения сказок, вызываемым экономикой края. Суеверия в деревне еще не изжиты. И в наши дни в крестьянской среде еще существует много рассказов, примет и обрядов, основанных на вере в таинственные силы природы. Народная фантазия создала целый ряд существ, являющихся предметами суеверных почитании: леший, домовой, водяной и т. д. Вера в крестьянском быту во вредоносную и благотворную силу слова привела к заговорам и колдовству.

Заговоры — магические народные заклинания, часто применяемые как лечебное средство. Колдовство же — мнимое искусство вступать в сношения с «духами» и при помощи их вызывать «сверхъестественные» явления. К колдовству же относится и так называемая аграрная магия, т. е. заклинания, связанные с сельскими работами.

М.И. Рожнова


Комментировать


× 6 = сорок восемь

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru