Семья и ее перспективы в современном мире с точки зрения историка | Знания, мысли, новости — radnews.ru


Семья и ее перспективы в современном мире с точки зрения историка

Вопрос о создании семьи и исторических формах, которые она принимала, всегда имел непреложное моральнонравственное (этическое) и практическое значение. И, в первую очередь, значение имеет проблема исторического характера семьи: следует ли воспринимать ее как случайное явление в общеисторическом процессе, или она носит характер некоего постоянного института, имманентно присущего человеческому сообществу. В том, что семьи могли и могут быть организованы диаметрально противоположным образом, сомнений нет. Согласно «Махабхарате», в индийской семье героев Пандавов у пяти братьев была одна жена.

В дальних районах Китая может сохраняться схожая ситуация, что является дополнительной приманкой для туристов. В гаремах восточных владык султан или эмир могли иметь несколько жен и неограниченное число наложниц. Современные эксперименты (шведская семья) также имеют все юридические права. Важно понять, однако, что лежит в основе этой «ячейки общества», какие у нее корни, и существует ли у семьи перспектива.

Для начала перенесемся в отдаленное прошлое – в первый известный современным ученым город Иерихон, насчитывающий без малого десять тысяч лет. Загадочный в своем первенстве, уже на первом этапе своего существования обладавший укреплениями, при отсутствии четких свидетельств неолита в регионе (для этого необходимо правильное земледелие и гончарное ремесло), город остается загадкой.

Исследователь Кэтлин Кэньон вынуждена была ввести для него специальный термин «докерамический неолит». В одном из ранних слоев на территории «храма» была обнаружена скульптурная группа – мужчина, женщина и ребенок со странными сплюснутыми телами. Сложно представить себе более яркое изображение семьи. Две вещи, которые мы знаем про духовную жизнь древних иерихонцев наверняка, это то, что у них была в почете семья и у них был культ предков.

О последнем свидетельствуют модифицированные черепа. После смерти иерихонца его родственники или сограждане хоронили тело, через некоторое время откапывали его или изымали из тайника, отделяли голову от тела и тщательно ее обрабатывали. Результаты работы древних бальзамировщиков были иногда поразительны. Данные факты свидетельствуют о наличии семьи уже на заре неолитической цивилизации – в период, когда происходила т.н. неолитическая революция – создание производящего, а не присваивающего хозяйства.

Нуклеарная семья нередко подается как результат длительной эволюции общества, завершившийся отчасти в наше время. Однако следы нуклеарной семьи, вполне возможно, с равными правами партнеров и добровольным делением функций, можно обнаружить на заре цивилизованного общества. В этом нет ничего удивительного. В биологическом мире нередко наблюдается именно нуклеарная семья, когда родители по очереди отправляются за добычей, поочередно высиживают яйца и т.д.

Кажется, напрашивается идея о том, что партнерство в качестве основы семьи присутствовало всегда. С этим не согласен Э. Тоффлер, известный американский социолог, полагающий, что такая семья стала возможна только в результате промышленной революции. Возможно ли, что патриархальное общество стало промежутком между нуклеарными семьями первобытного и современного общества? Мысль не столь уж абсурдная. Как ни мало мы знаем про семьи палеолита, можно предположить, что роль женщины там была значительной. Об этом свидетельствуют многочисленные Венеры, встречающиеся чаще, чем фаллические фигурки.

Приходим к предварительному выводу: патриархальное скотоводческое общество стало новшеством, радикальным отходом от всемирной традиции поклонения, как сказал бы известный поэт и историк Р. Грейвс, Белой Богине. Но следует ли увязывать напрямую культ и семью? Трудно сомневаться в реальности влияния различных культов, которые не только сохраняются в традициях индуизма (шакти), но и нашли возможности для реабилитации в пределах христианства.

Иудаизм, христианство (причем римо-католики эволюционировали понемногу в направлении марианологии), ислам стали «мужскими» по преимуществу религиями. В меньшей степени это относится к зороастризму. Несмотря на то, что структорообразующие элементы маздаяснийства в целом те же, здесь наблюдается еще и культ Ардвисуры Анахиты, которая сопрягается с Афиной и Артемидой.

Между прочим, несмотря на сходство греческой и римской религий, положение женщин было едва ли не предпочтительней в Риме, а вот в трансцедентномэллинском мире большое значение принадлежало женским божествам. Эволюция религии дело не быстрое и можно предположить, что Афина была богиней-вороной задолго до того, как стала ассоциироваться с совой.

По мнению Р. Грейвса, греческие философы расчистили площадку для мужских игр мыслителей. Заставив забыть древних богов, к которым относились все менее уважительно, они создали предпосылки для проникновения «новой» иудейской культуры. Экспансия с Востока (luxdeorientis) привела к неожиданному обновлению мира, которое происходило слишком тяжело, чтобы могли сохраниться исконные греческие или римские формы государственного бытия.

Как же сказалась эта «перестройка» на семье? Победа франков, ост – и вестготов, лангобардов привела к тому, что были привнесены новые принципы. Салическое право и многочисленные «правды» свидетельствовали о слиянии римских законов с «варварскими». Какие же религиозные и бытовые принципы лежали в основе этих перемен? Предполагаю, что концепция «женского», как священного оставалась актуальной. Время обратиться к поэтам помимо Р. Грейвса. Безусловно, любовная лирика существует в той или иной форме у всех народов – от туарегов до немцев.

При этом нормы поэзии иногда удивительно далеки от реалий общества. Зададимся вопросом, для чего служит любовная лирика. Очевидно, для завоевания внимания и привлечения объекта своего чувства. В обществе, где женщины не имеют права голоса, лирика не нужна. Разумеется, поэт может выражать свои чувства по разному и адресовать их любимой женщине (или мужчине) или рассуждать о любви философически, excathedra, как делает, например, известный наперсник св. Терезы Авильской Хуан Руис.

Женщина, которая может по своему выбору ответить мужчине на чувство, обладает неким набором прав. Эти права, вероятно, не носят политический характер там, где мы говорим о Средневековье, но носят нравственный, и личностный характер. Даже в исламском обществе обычай воспевания женщины, как некоей богини, сохраняется. Тем более, он присутствовал в средневековом западноевропейском обществе. На первых порах эпос превалировал. Песни о героях, Роланде или Сиде отводят женщинам дальний план.

В случае с Артуровским циклом все обстоит гораздо сложнее, так как именно здесь звучал голос бардов, сохранявших отчасти былое могущество филидов. Народный фольклор сохранял следы древних верований повсеместно, включая и славянские традиции. Следы богини Мокоши сохранились в проникнутом финно-угорскими элементами образе Бабы-Яги. Смерть, колодцы-входы и возрождение в жизнь – не только память о традиционных религиях, но сама жизнь, претворенная в психоаналитические образы, не давала остановиться древней традиции. В противном случае, отринув общежитие, мужчины и женщины могли бы постепенно разойтись, став отдельными народами, как случилось с амазонками греческой народной памяти. Народная жизнь предполагала множество обрядов, которые были предназначены для единения людей. Трудности возникали в рамках городской жизни. Здесь традиционные ценности легче преодолевались, и перед местным руководством проявлялись перспективы изменения жизни, производства ее на необычной основе.

Поэты были носителями архаического мышления, а религиозные новаторы ее меняли. Неудивительно, что каждый раз, когда появлялся новый пророк, его учение становилось все в большей степени патриархальным, пока в XIX в.Дж. Смит не призвал, наконец, мормонов к многоженству, включая умерших столетия назад дам. В традиционном патриархальном обществе мужчина ценился намного больше женщины, в том числе потому, что именно он мог отправлять культ предков. Девушки гораздо чаще становились жертвами голода, насилия или в лучшем случае атрибутом власти вождя.

Такая система вполне вписывалась в отношения в зороастрийском или исламском обществе, что не означало отказа от высокого положения отдельных дам, именно в силу особого их отношения с пророками или султанами. Так мать Заратуштры, жены Мухаммеда, особенно Хадиджа и Айша, Богородица христианской традиции являлись высочайшим образцом для поведения женщин. Вернемся к идеям, высказанным Тоффлером о будущей семье («Шок будущего»).

Кризис семьи очевиден уже давно и носит повсеместный характер за пределами традиционного общества. В то же время число зарегистрированных браков остается высоким, несмотря на то, что за ними очень часто следует развод. Причины разводов разноплановы, но они свидетельствуют о неустойчивости семьи как социального института. В то же время очень мало исследований проведено о роли большой семьи, родственников, которые воспринимаются привходящими членами перманентной группы поддержки реальной малой семьей.

Контакты с ними поддерживаются эпизодически, но память о корневой близости сохраняется. Различные системы социальной включенности подразумевают и интернет-сети, общение на работе и в досуговой сфере. Можно ли говорить о том, что семья является чем то принципиально иным по сравнению с общением вне ее? Полагаю, что ответ будет утвердительным. Семья связана с домом и внутренним пространством, возможностью быть наедине или с привычным позитивным окружением, этого не может дать активность на стороне. В наше время Интернет стал (как ранее телевизор) источником доместикации дальних реалий. Новое получило возможность непрерывным потоком втягиваться в жизнь субъекта через привычные ему каналы, а прогресс науки может серьезным образом воздействовать на семью.

Стало возможным создавать (пока в ходе опытах на мышах) существ, у которых несколько родителей. При этом они не имеют значительных проблем со здоровьем. Уже сейчас благодаря экстракорпоральному оплодотворению возможно выбирать качество эмбрионов, их пол и характеристики. Наличие детей в будущей перспективе не имеет обязательной связи не только с семьей, но и деторождением. Нельзя исключать, что в дальнейшем корпорации проявят инициативу, создавая банки эмбрионов.

Необходимость карьерного роста сделает детей не только огромной обузой, но в итоге приведет к тому, что люди начнут обзаводиться ими в позднем возрасте, поскольку биологический фактор утратит свое значение. В то же время воспитание детей, возможно, станет специализацией гораздо в более широком смысле, чем сейчас. Немало людей работают без выходных и не имеют ни малейшей возможности поддерживать детей, предприятие, как известно, убыточное и редко оправдываемое.

Многие индивиды с определенным достатком, осознающие нестабильность семьи как института, сталкиваются с мыслью о том, что иметь ребенка можно и при отсутствии постоянного партнера. Впрочем, чаще всего выручают при этом дальние родственники и гораздо реже друзья, поскольку для российской жизни опираться на элитные школы (пример Англии) затруднительно. Первый широко разрекламированный пример российского отца, получившего ребенка от суррогатной матери, певца Ф. Киркорова вряд ли найдет многочисленных подражателей. В то же время люди, которые имеют детей, все чаще понимают, что подобное предприятие им не под силу. Лишенные нормального досуга и неизбежно выплескивающие свое раздражение на свое потомство они осознают, что переоценили свои силы.

Все чаще матери понимают, что стали заложниками семейной жизни. Наличие детей кардинально снижает возможности полноценной карьеры. Более того, даже при отсутствии карьеры зарабатывание достаточного количества денег не предполагает наличия детей. Следует согласиться с тем же Тоффлером, идеи которого обсуждались выше, что перспективы «профессиональных родителей» очень велики. В современной российской жизни мы все чаще встречаем приемных родителей с большим количеством детей.

В таких семьях родители далеко не всегда имеют какую-то специальную подготовку. Более того, чаще всего, это люди нереализованные в других сферах, которым, кроме как заводить детей, ничего больше не остается. Отдельно может рассматриваться ситуация с детьми в православных семьях. Нельзя не признать, что в них в среднем гораздо больше детей и родители пытаются уделять больше внимания воспитанию.

Часть четко ориентированного православного населения вполне преуспевает в бизнесе и способно воспитывать детей в традициях, которые вполне соответствуют нормам XIX века. Безусловно, тут тоже есть свои подводные камни. Впрочем, западный подход к образованию предполагает религиозный элемент в воспитании гораздо в большей степени, чем он присутствует в современной российской жизни. Речь идет не только о православной Греции, где в школах преподается Закон Божий, а практических о всех европейских странах, кроме явно светских (вроде Франции) и о США.

В Москве работает уже долгое время «Традиционная гимназия», переименованная недавно в Свято-Петровскую школу, директор которой священник Андрей Постернак активно внедряет новации и сделал из подвластного ему учреждения образцовое учебное заведение. Безусловно, получившие там образование дети, в целом гораздо лучше образованы, приспособлены к жизни после окончания гимназии по сравнению с выпускниками общеобразовательных школ. Существуют, безусловно, и определенные сложности, например, с явным нежеланием некоторой части православных людей принимать современный дарвинизм.

Поскольку трудно спорить с профессиональными геологами, палеонтологами и астрономами, возникает некоторый зазор во взглядах детей. Впрочем, введение полноценного православного образования, несмотря на некоторую противоречивость, окажет, скорее, положительное воздействие на адаптацию детей к дальнейшей взрослой жизни. Будет ли оно иметь столь же положительные последствия для родителей? Более чем вероятно, ведь в таких школах учат добрее относиться друг к другу, уважать взрослых, родителей и учителей в первую очередь.

Пример полноценного духовного образования может оказать немаловажную поддержку семье. Тем не менее, перспективы семьи как института в нашей стране, как и в США и зоне ЕС, достаточно туманны. Представим себе путь православного молодого человека или девушку, завершающего(-ую), пусть даже духовный ВУЗ, в виде некоего сада расходящихся тропинок. Скорее всего, с его (ее) стороны будет предпринята попытка связать себя браком со знакомым (знакомой) по ВУЗу. Если он (она) не будет успешным(-ой) в этом предприятии, то очевидно откроются перспективы более широкого ознакомления с брачным рынком.

Интернет-сайты знакомств и прочие услуги приведут, скорее всего, к нескольким романам, за которыми последует пробный брак. Вряд он будет долгим. Скорее, за ним последует срыв отношений и затем новые интернет-знакомства. В конце концов, последует брак уже более постоянный. Учитывая православные взгляды обсуждаемого лица, возможно брак будет первым и последним. Немалую роль играют здесь и некоторые опасения, связанные с неприятностями, относящимися к разрешению на второе венчание, впрочем, совершенно не похожие на то, что происходило в римо-католическом мире. Если развод все-таки произойдет, то за ним, вероятно, последует поздний брак или холостяцкий образ жизни примет постоянный характер, не исключено даже, что с переходом к монашеству. Свои опасности существуют в случае раннего брака. Наиболее очевидно, что для молодой женщины возникают огромные проблемы как с образованием – в случае появления детей, – так и с трудоустройством.

При отсутствии зарабатывающего мужа необходимость зарабатывать деньги ставит дилемму, разрешить которую становится подчас невозможно. Мать должна жертвовать своими детьми, чтобы найти для них средства пропитания. Но если семья существует на деньги мужа, то в таком случае женщина лишается возможности роста и, когда дети вырастают, иногда оказывается, что слишком поздно принимать меры, догоняя своих далеко ушедших подруг.

Существует риск развода после того, как дети выйдут из семьи, когда женщина может оказаться окончательно ненужной. В любом случае, очевидно, что семья в первую очередь – это лекарство от одиночества и ее функции носят исторический характер, постоянно видоизменяясь. Не исключено, что даже функция деторождения будет соотноситься с функциями семьи существенно иным образом, чем это происходит сегодня. Те ожидания, которые испытывают современные мужчины и женщины, вступая в брак, совершенно не те, что были не только в XIX в., но и в советскую эпоху. Хочется верить, что каждый человек раньше или позже четко поставит перед собой вопрос и попытается дать на него только ему из персонального опыта известный ответ: что же действительно представляет из себя брак и зачем он нужен.

А.М. Лотменцев


Комментировать


3 × = двадцать четыре

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru