Смерть в праздники

1

Уже неоднократно обсуждалась тема роста смертности в связи с праздниками. Наибольшее внимание исследователей привлекли новогодне-рождественские праздники. В связи с ними был показан рост смертей от внешних причин [1; 2]. Изучались сердечно-сосудистые [3; 4; 5], при патологии дыхательной системы [6] и другие виды смертности [4]. В качестве факторов повышения смертности в новогодне-рождественские праздники, называлось переедание и алкоголизация, снижение качества медицинской помощи и снижение витальной опасности в эти дни, а также заболеваемость в связи с низкой температурой.

Последнее в качестве существенного фактора не подтверждается опытом Новой Зеландии, где рождество и новый год приходятся на летний период, но смертность также растет в эти праздники [7]. В России интерес к смертности в январе проявился однажды и касался он повышения сердечно-сосудистой и общей смертности в г. Кемерово [8]. В России другой аспект роста смертности в январе – криминологический: рост убийств [9].

Целью работы было исследование смертности в связи с праздниками в России на основе распределения смертей в течение года. Материалом служили данные о ежедневном количестве смертей в 2000– 2017 гг., которые были получены с помощью дополнительной обработки собранных Росстатом анонимных микроданных об умерших. Эти данные составляли: 1) общее количество смертей в стране (всего 37 199 372 случаев), 2) случайные отравления алкоголем (X45) в сумме с отравлениями алкоголем с неопределенными намерениями (Y15), всего 501 507 случаев, и 3) убийства (всего 449 427). Эти данные имели распределение по гендерному признаку. Годичный тренд общей смертности в 2000–2016 гг. определяется прогредиентным снижением количества смертей к августу-сентябрю и возвратным ростом к январю следующего года. На этом фоне отчетливо выделяются пики, соответствующие 1 января, 23 февраля, 8 марта, 1 и 9 мая.

Максимум 1 января существенно превосходит пики других праздников. С 2 января начинается экспоненциальное снижение смертей. Для количественной оценки роста смертей в связи с новым годом была определена дата возврата к «нормальному» уровню смертности (17 января) и рассчитан кубический полином для периода с 18 января по 31 декабря. По его формуле сделан ретроспективный прогноз для 1–17 января – как бы умирали люди в отсутствие этого праздника. Зона ниже полинома соответствует 101,8 тысячам смертей, а выше и за счет нового года – 8,4 тысячам в среднем (от 4,5 до 12 тысяч). В 2000–2014 гг. наблюдалось соотношение январского прироста по сравнению с соседними месяцами в 3 раза, но с 2015 г. прирост составил 4 раза. Анализ остальных праздников показал, что «праздничная» добавка составляет в среднем 706 смертей на праздник или 2,8 тысячи в сумме. Смерти при отравлении алкоголем обнаруживают максимумы, приходящиеся на 1 января, 28 февраля, 8 марта, 1 и 9 мая. Для анализа отравлений был использован тот же метод, что и для общей смертности.

Точка «нормализации» смертности для отравлений наступила раньше (5 января плюс дополнительный пик 7 января). Зона ниже полинома соответствует 846 смертям в год, а выше полинома – 383 смертям, что составляет 47% от зоны ниже полинома. Убийства распределяются в течение года довольно равномерно, в среднем 67,7 убийств в день. Их рост в связи с новым годом начинается 28 декабря и достигает максимума 1 января – в среднем 220 смертей в этот день, что в 3,2 раза больше средней остальных дней. Это соотношение с небольшими колебаниями сохраняется на протяжении 2001–2014 гг., и только в последние годы существенно возрастает до 4,0. Всего в связи с новым годом, Рождеством и старым новым годом дополнительно бывают убиты 311 человек, а за 18 лет (2000–2017 гг.) – 5,6 тысяч. Смерти мужчин и женщин в связи с праздниками распределяются сходным образом, хотя потери женщин убитыми в 3 раза меньше, также как и при других видах смертей. Роль длительности праздников в новый год никак не сказалась на тяжести их последствий. Существенное, до 8–11 дней удлинение праздников началось с 2005 г. Как до, так и после этого размеры и динамика дополнительных смертей была сходной с максимумом 1 января. Заключение. Тяжёлый человеческий урон сопровождает все главные праздники, но особенно тяжкий в январе (в сумме более 11 тысяч). Заболеваемость еще выше. Ранее это показано на примере алкогольных психозов в Архангельске, Екатеринбурге, Москве, Челябинске, Чите, а также в Крыму [10]. Главной причиной смертельных отравлений алкоголем и алкогольных психозов является злоупотребление алкоголем. Эта же причина, по-видимому, является главной и для общей смертности. Дополнительно об этом свидетельствует максимум продаж крепких напитков в декабре, особенно в последнюю неделю месяца. Легко показать, что январский прирост не связан с похолоданием (грипп, ОРВИ, пневмония), а также с длительностью праздников. Увеличение праздничной смертности в России как результат новогодне-рождественского празднества не уникально.

Это явление было исследовано в нескольких странах, например, Англии [11] и Новой Зеландии [7]. В США [4] исследовали все смерти в 1979–2004 гг. и показали, что за две недели, начиная с Рождества «избыточное» количество смертей составляет 42325 естественных смертей за 25 лет (1693 смертей в год). Сравнение с США, где население в два раза больше российского, показывает, что в России приращение смертей в новогодне-рождественские праздники огромно (8,4 против 1,7 тысяч). Смерти в связи с новым годом – предотвратимые потери, и сократить их можно несколькими способами. Главным было бы информирование населения о риске умереть в новый год. Второе – ограничение продаж крепкого алкоголя в декабре посредством нормирования или другими способами. Третье – изменение культуры потребления за счет смещения потребления с крепких на слабоалкогольные напитки, как в новый год, так и в остальное время, посредством разумной ценовой политики. Крепкие напитки, а проще говоря, водка – главная беда нашего потребления.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ И ИСТОЧНИКОВ

1. Bergen H., Hawton K. Variation in deliberate self-harm around Christmas and New Year. Social Science &Medicine 2007; 65 (5): 855-867. 2. Bridges, F.S. Rates of homicide and suicide on major national holidays. PsychologicalReports 2004; 94 (2): 723–724. 3. Kloner R.A., Poole W.K., Perritt R.L. When throughout the year is coronary death most likely to occur? A 12‐year population‐based analysis of more than 220 000 cases. Circulation 1999;100 (8): 1630–1634. 4. Phillips D., Barker G.E., Brewer K.M. Christmas and New Year as risk factors for death. Social Science &Medicine 2010; 71 (8): 1463-1471. 5. Phillips DP, Jason R. J., Abramson I.S., Phillips R.R. Cardiac mortality is higher around Christmas and New Year’s than at any other time the holidays as a risk factor for death. Circulation 2004; 110 (25): 3781–3788. 6. SimouE., BrittonJ., Leonardi-BeeJ.,Alcohol and the risk of pneumonia: a systematic review and meta-analysis. BMJ Open. 2018; 8: е022344. doi:10.1136./bmjopen2018-022344.

7. Knight J., Schilling C., Barnett A., Jackson R., ClarkePh. Revisiting the “Christmas Holiday Effect” in the Southern Hemisphere. Journal of the American Heart Association 2016; 5:e005098. 8. Барабаш О.Л., Алтарев С.С., Фомина Н.В. Неблагоприятное влияние периода новогодних праздников на показатели общей и кардиоваскулярной смертности. Кардиология 2010;(11): 35-39. 9. Жаксымбаев М. Динамика смертности от убийств в России // Демоскоп Weekly № 535–536 10–31 декабря 2012 http://www.demoscope.ru/weekly/2012/0535/ analit09.php 10. Двирский А.А. О роли генетических факторов в проявлении алкогольного делирия. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова 1999; 99 (10): 48–50. 11. Milne E.M.G. Mortality spike at New Year but not Christmas in North East England. Eur J Epidemiol 2005; 20 (10): 849–854.

Немцов А.В.


Комментировать


пять × = 10

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru