Эпикуровская интеллектуальная традиция и внешние блага | Знания, мысли, новости — radnews.ru


Эпикуровская интеллектуальная традиция и внешние блага

Вопрос об отношении к телесным и внешним благам является одним из главных вопросов в античной этике. Все ведущие античные мыслители и философские школы пытались дать ясный ответ на вопрос о том, как относиться к тем благам, которые коренятся за пределами души человека. Проблема соотношения душевных, телесных и внешних благ была одной из ключевых в античной этике, поскольку касалась таких важных понятий как счастье и конечная цель жизни. Высокий ценностный статус душевных благ, под которыми понималась добродетель, признавали все античные философы. Иначе обстояло дело с телесными и внешними благами. Здесь разнообразию мнений не было предела. Так, почти полный отказ от внешних благ и отказ от некоторых телесных благ проповедовали киники (см. [Антология кинизма, 1984. С. 24]). У Аристотеля имелась очень серьезная и проработанная позиция по этому вопросу. Аристотель выделял три вида благ: душевные (добродетель), телесные (здоровье, сила, красота), внешние (деньги, дружба, семья, слава, социальное положение и т. д.).

Согласно Аристотелю, самым важным благом для счастливой жизни является добродетель. Однако одной добродетели недостаточно для счастья. Необходимы также телесные и внешние блага. Таким образом, по мнению Аристотеля, только совокупность всех благ может привести человека к блаженной жизни (см. [Аристотель, 1984. С. 66–68]). Одной из самых интересных позиций в вопросе о телесных и внешних благах придерживались стоики. В отличие от Аристотеля, стоики считали, что добродетели достаточно для счастья. Стоики полагали, что единственным источников счастливой жизни является душа. Соответственно, счастье человека, равно как и несчастье, связано исключительно с его душевным настроем, т. е. добродетелью или пороком. Все остальное, в том числе телесные и внешние блага, не имеют к счастью никакого отношения. Поэтому единственным и подлинным благом стоики признавали только добродетель, а все телесные и внешние вещи они относили к так называемой сфере безразличного (см. [Бровкин В. В., 2011, вып. 4. С. 118–124]).

Эпикур как основатель одной из самых влиятельных философских школ в Античности, разумеется, не мог обойти стороной вопрос об отношении к телесным и внешним благам. Тем более что центр тяжести в его учении находился именно в области морально- этической проблематики. В данной работе мы бы хотели осуществить реконструкцию представлений Эпикура о телесных и внешних благах. Для начала, рассмотрим отношение Эпикура к телесным благам. Высокую ценность Эпикур придает телесному здоровью. В «Письме к Менекею» Эпикур прямо говорит о том, что безмятежность души и телесное здоровье являются целью счастливой жизни (см. [Лукреций, 1947. С. 557, 559]). Телесное здоровье для Эпикура обладает ценностью в первую очередь потому, что оно означает отсутствие страданий тела. А это состояние Эпикур рассматривает в качестве удовольствия, причем не простого, а высшего: «Безмятежность духа и отсутствие страданий тела суть удовольствия покоя [пассивные удовольствия], а радость и веселье рассматриваются как удовольствия движения (активные удовольствия)» (см. [Там же. С. 615]).

Следует ли из этого, что телесное здоровье для Эпикура обладает такой же ценностью, как и душевное спокойствие? Мы полагаем, что это не так. Дело в том, что отсутствие душевного спокойствия, согласно Эпикуру, неизбежно лишает человека счастья. В тоже время отсутствие телесного здоровья и наличие страданий могут и не нарушить счастливой жизни. Это видно на примере самого Эпикура, который незадолго до своей смерти, испытывая ужасные телесные страдания, тем не менее, сохранял бодрость духа и ясность ума (см. [Там же. С. 635, 637]).

В качестве подтверждения данной точки зрения можно привести сообщение Цицерона, в котором говорится о том, что мудрец Эпикура «даже в Фаларидовом быке будет твердить: «Как приятно!» Как равнодушен я ко всему этому!» [Цицерон, 1975. С. 253]. Прояснить ситуацию вокруг отношения Эпикура к телесному здоровью может его позиция в вопросе о страданиях. Эпикур полагает, что любое страдание достойно презрения. Слабая боль не должна беспокоить по причине того, что она легко переносится. А сильная боль не должна беспокоить по причине того, что она либо кратковременна, либо быстро приводит к смерти (см. [Лукреций, 1947. С. 613, 645]). Что же касается смерти, то ее, по мнению Эпикура, вообще не стоит бояться, поскольку она не имеет никакого отношения к жизни и поэтому в ней нет никакого зла. Таким образом, мы можем сделать следующий вывод. Для Эпикура телесное здоровье, несомненно, обладает высокой ценностью. Но Эпикур его рассматривает не в качестве самостоятельного блага, а, скорее, в качестве вспомогательного, которое способствует покою и укрепляет безмятежность души. Перейдем к рассмотрению таких телесных благ как сила и красота. В сохранившихся текстах Эпикура почти ничего не говорится о том, что думает об этих благах наш философ. Тем не менее, у нас есть основания говорить о том, что Эпикур не придавал практически никакого значения таким благам как телесная сила и красота. Это можно понять, исходя из того, что для Эпикура главным критерием, определяющим ценность тех или иных вещей, является то, насколько та или иная вещь способствует обретению душевного спокойствия.

Эпикур высоко оценивает все, что приближает человека к безмятежности души. Соответственно, на все, что лишает человека покоя, Эпикур смотрит крайне негативно. Очень хорошо данное положение подтверждают следующие слова философа: «Красоту, добродетель и тому подобное следует ценить, если они доставляют удовольствие; если же не доставляют, то надо с ними распрощаться» [Там же. С. 629]. Сила и красота, при таком раскладе, очевидно, вряд ли могут вызывать какой-либо интерес у Эпикура, поскольку они имеют очень слабое отношение, как к достижению душевного спокойствия, так и к тревогам и страданиям. Следовательно, мы можем уверенно говорить о том, что к таким телесным благам как сила и красота Эпикур относился равнодушно.

Теперь рассмотрим отношение Эпикура к внешним благам. Существуют ли для Эпикура внешние блага, которые он оценивает очень высоко? Такие блага, без которых, по мнению философа, невозможна счастливая жизнь? Или он встает в один ряд с многочисленными мыслителями древности, для которых единственным источником счастья была душа? Тексты Эпикура дают однозначный ответ на эти вопросы. Внешними благами, необходимыми для блаженной жизни, Эпикур считает безопасность и дружбу. Безопасность является одним из главных условий тихой и спокойной жизни. По мысли Эпикура, очень сложно предаваться наслаждению покоя, находясь в опасности. Что, в таком случае, может гарантировать безопасную жизнь? Эпикур отвечает: тихая, незаметная и законопослушная жизнь. По мнению Эпикура, безопасность достигается и другими способами, например, с помощью денег, влияния, власти, но все эти способы ненадежны и таят в себе существенные недостатки. Вот слова самого Эпикура: «Хотя безопасность от людей достигается до некоторой степени благодаря некоторой силе, удаляющей [беспокоящих людей], и благосостоянию [богатству], но самой настоящей бывает безопасность благодаря тихой жизни и удалению от толпы» [Там же. С. 603].

Стремление Эпикура к спокойной и безопасной жизни нашло отражение в одном из его главных жизненных принципов, который звучит «Живи незаметно!» [Там же. С. 649]. Стремление к безопасной жизни самым тесным образом связано с еще одним внешним благом, которое Эпикур ценил превыше всего. Речь идет о дружбе. Эпикур очень красноречив, когда говорит о дружбе. Достаточно привести следующие высказывания философа, чтобы понять его отношение к этому благу: «Из всего того, что мудрость доставляет себе для счастья всей жизни, самое важное есть обладание дружбой» [Там же. С. 607]; «Благородный человек всего более занят мудростью и дружбой [предается мудрости и дружбе]: одна из них есть благо смертное, другая – бессмертное» [Там же. С. 625].

Бессмертным это благо делает то, что оно дарует человеку необходимые для блаженной жизни условия. Это и безопасность, которую порождает дружба, и радость от общения, и чувство уверенности в завтрашнем дне. Дружеское общение для Эпикура очень важно и он не устает об этом говорить. Безопасность и дружба для Эпикура являются единственными ценными внешними благами. К остальным внешним благам у Эпикура совершенно иное отношение. Достаточно прохладно философ смотрит на такие вещи как семья, брак и дети. В этом нет ничего удивительного, так как семейные и родительские обязанности связаны с большим количеством всевозможных забот и тревог. У Эпикура, который выстраивает все свое философское учение вокруг идеи безмятежности души, подобное положение дел, понятное дело, не может вызывать большого энтузиазма.

Да, семья и дети могут привнести в жизнь много радости и положительных эмоций. Но одновременно с этим в жизни появятся дополнительная ответственность, заботы и неизбежные беспокойства. В результате, о душевном спокойствии можно будет забыть. Таким образом, семья и дети ставят под угрозу безмятежную счастливую жизнь эпикурейца (см. [Бровкин В. В., 2013, вып. 1. С. 141–142]). Но, если к семье и детям у Эпикура настороженное и прохладное отношение, то к таким вещам как деньги, власть и слава – откровенно негативное. Связано это с тем, что все эти, так называемые блага, по мнению Эпикура, несут одни проблемы. По поводу стремления к богатству Эпикур говорит следующее: «Любовь к деньгам, приобретенным нечестным путем нечестива; к деньгам, приобретенным честным путем, позорна: непристойна грязная скаредность даже и при честности» [Там же. С. 619]. Стремление к деньгам, отмечает Эпикур, заставляет забыть человека о душевном спокойствии и добродетели и предаться всевозможным порокам и губительным действиям. Погоня за деньгами означает отказ от подлинного счастья и свободы. Ничем не лучше стремление к власти и славе. Преследование этих мнимых благ, по мнению Эпикура, всегда оборачивается борьбой и соперничеством. А в этих условиях не приходится уже и говорить о тихой и спокойной жизни (см. [Бровкин В. В., 2013, вып. 2. С. 127–130]).

Так что Эпикур призывает полностью отказаться от стремления к богатству, власти, славе и почестям. Итак, в ходе проведенной реконструкции представлений Эпикура о телесных и внешних благах мы установили следующее. К числу необходимых для счастливой жизни телесных и внешних благ Эпикур относит телесное здоровье, дружбу и безопасность. К таким вещам как сила и красота Эпикур относится безразлично. Семью и детей философ считает нежелательными. Стремление к богатству, роскоши, власти и славе Эпикур резко осуждает.

Литература Антология кинизма. Антисфен, Диоген, Кратет, Керкид, Дион. Под ред. И. М. Нахова. М., 1984. Аристотель. Никомахова этика // Аристотель. Сочинения: В 4-х т. Т. 4. М.: Мысль, 1984. Бровкин В. В. Место телесных и внешних благ у ранних стоиков // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: Философия. 2011. Т. 9, вып. 4. С. 118–124. Бровкин В. В. Эпикур о естественных, но не необходимых желаниях // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: Философия. 2013. Т. 11, вып. 1. С. 138–143. Бровкин В. В. Эпикур о не естественных и не необходимых желаниях // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: Философия. 2013. Т. 11, вып. 2. С. 126–132. Лукреций. О природе вещей. М., 1947. Т. 2: Статьи, комментарии, фрагменты Эпикура и Эмпедокла. Цицерон. Тускуланские беседы // Цицерон. Избр. соч. М.: Худож. лит., 1975.

В.В. Бровкин


Комментировать


× 2 = шесть

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru