Ханкала

Ровное плато на северо-востоке от крепости Грозная, казалось бы, существенной исторической значимости не имело. Лишь в 1942 году, когда танковые армады «третьего рейха» стали угрожать Грозному и Малгобеку, здесь размести- лись посадочные площадки советских авиаполков, наносивших удары по врагу. Именно отсюда, из Ханкалы вместе с фронтовыми товарищами ходил на бомбежки танковых колонн врага на самолете Пе-2 боевой штурман Николай Трошев (отец генерал-полковника Г. Трошева), а после заката солнца от станицы Ассиновской взлетали легкие бомбардировщики, прозванные немцами «ночными «ведьмами». Командовала полком легких ночных бомбардировщиков Е. Бершанская (командир авиаполка легких ночных бомбардировщиков По-2).

Шестьдесят лет назад у подножья сопок почти в авральном порядке была развернута авиационная база, ставшая пунктом дислокации 22-й дивизии ВВС (впоследствии дивизии ПВО в составе Бакинского округа противовоздушной обороны). В 1949 году база в Ханкале явилась вынужденной мерой противодействия советского правительства замыслам блока НАТО. Согласно им от холодных берегов Норвегии до знойного Ирана на картах натовских генералов стрелы стратегических наступательных операций охватывали европейскую часть территории СССР. Предполагалось по линии «Архангельск- Астрахань» оккупировать богатейшую часть Советского Союза. Затем, овладев Кавказом, выйти к границам Индии и Пакистана. И, наконец, нельзя забывать, что Кавказ — это стратегический опорный пункт, позволяющий контролировать весь Ближний Восток.

Для Вооруженных Сил СССР обозначились два стратегически очень опасных на- правления — Северо-Западное (в секторе Ленинград-Москва) и акватория Каспийского моря, где в случае прорыва зоны ПВО стратегические бомбардировщики США Б-47 и Б-52 беспрепятственно выходили к подножью южного Урала, военному и ядерному потенциалу страны.

Следует отметить, что наибольшую активность в те годы проявляли южные члены НАТО: Турция и Иран, с авиационных баз которых взлетали самолеты- нарушители и вторгались в воздушное пространство СССР. Ответные меры последовали немедленно. За первой линией ПВО (аэродромы Красноводск, Джебел, Насосная, Кюрдамир, Марнеули и Капитнари) согласно директиве ГШ ВС СССР от 27 декабря 1949 года разместилось усиление — 22-я дивизия ВВС на аэродромах Гудермес, Ханкала, Слепцовская. Соответствующим образом было подобрано и командование авиагруппировки. Дивизию возглавил блестящий ас Великой Отечественной войны генерал-майор С. Луганский, полками командовали Герои Советского Союза И. Колдунов (Слепцовская), В. Рыбалка (Гудермес), П. Литвиненко (Ханкала). На аэродроме в Ханкале служило еще три героя, а в штабе воздушной армии в Ростове-на-Дону во главе с прославленным Александром Покрышкиным было целое созвездие кавалеров «Золотой звезды». «Придворным» ханкалинским авиаполком в год основания гарнизона руководили подполковник П. Литвиненко, полковник А. Полищук (начштаба), полковник А. Онуфринко (полковой комиссар).

Комдив Сергей Данилович Луганский — личность яркая и самобытная, боевая биография которой началась еще на Карельском перешейке, — энергичный, а моментами и взрывной по характеру, он развернул большую работу по обустройству гарнизона. Строилось одновременно все: штабы, стоянки, техдомики, казармы, финские дома, новым улицам тут же присваивались характерные южные названия — Абрикосовая, Зеленая, Тополевая. Несмотря на послевоенные трудности, средства для укрепления обороны были выделены — техника, люди, строительные материалы. Кирпичные здания и щитовые финские домики строились на совесть. Причем строили и параллельно осваивали новую боевую технику, новые способы- боевой подготовки.

Тогда, в 1949 году средств на многое не хватало, но на оборону деньги страна нашла, поэтому командование авиабазы вместе с офицерами и рядовыми военнослужащими трудились, как говорится, не покладая рук. Что отличало послевоенное поколение советских людей, так это взаимовыручка, забота о слабых или менее социально защищенных товарищах. Пилоты «подкармливали» вечно голодных техников (питание техсоставу ввели только с 1954 года), те в свою очередь работали и по выходным дням, проводя ускоренную сборку, ремонт авиатехники и регламент на самолетах, чтобы «с понедельника можно было летать». Работали и отдыхали военнослужащие авиабазы вместе — в единственном тогда в городе кинотеатре «Челюскинцев», «стекляшке» кафе «Мороженое», в ресторане «Дарьял», с окнами, смотревшими на бурную, но еще чистую, как слеза, Сунжу, в идеально ухоженном парке «Последних надежд», на тонувшем в цветах проспекте Революции, с огромной танцевальной площадкой — местом досуга военных. Сегодня могут не поверить, но факт есть факт — прибывших из авиаучилищ выпускников 1949 года В. Комарова, В. Иванова, М. Леденева и других командование освободило от несения суточных нарядов. Их активно начали готовить как боевых летчиков. Да так подготовили, что через полтора года они стали летчиками второго, а через три года — первого класса. А сколько тогда было у командиров других дел — бытовых, хозяйственных, организационных.

Пока шло строительство домов для летного состава, офицеры жили на съемных квартирах, вставая на полеты в три часа утра, проходя до аэродрома по три километра пешком. И все равно ветераны полка, которых удалось еще застать И. Дыкин, В.Попков, Н. Рябинин, Г. Чупров, Н. Черномырдин (старший брат В. Черномырдина) вспоминали эти дни как самые светлые периоды своей жизни.

Зимой 1950 года, несмотря на сложные погодные условия (Ханкала по климату была одним из самых сложных аэродромов СКВО), начались регулярные полеты на первых реактивных истребителях Як-23. О работе на этом прекрасном самолете с восторгом пишет в своих воспоминаниях полковник В. Рыбалка (ВВФ № 12–2007 г.), в сжатые сроки освоивший все самые сложные виды боевой подготовки и маневры в составе полка. Впоследствии эти машины были переданы ВВС Народной Республики Болгарии. Через полгода полк приступил на них к несению боевого дежурства. Луганский постоянно требовал от командиров чаще проводить полеты, много летал и сам. В 1953 году в сжатые сроки был освоен самолет МиГ-15, хорошо зарекомендовавший себя в Корее, одновременно проводились испытания пушки Н-37, готовилась группа асов, способных воевать в сложной боевой и оперативной обстановке. Дивизия довольно быстро превратилась в мобильное соединение, успешно выполнявшее функции активного «полузащитника», полки которой выдвигались в первую линию, создавая или плотную оборону, или перевес сил на нужном направлении. Именно самолеты-перехватчики из Ханкалы, пилотируемые И. Чумаковым и Н. Лебедушкиным, вынудили к посадке углубившийся на территорию Бакинского округа ПВО транспортный самолет английского производства «Каравелла». Полки дивизии не раз выполняли учебно-боевые задачи за Каспием, в Туркмении, на территории Грузии и Азербайджана. Эскадрилья майора А. Ильхмана помогала нести боевое дежурство на Крайнем Севере. В период арабо-израильского конфликта группа офицеров во главе с майором В. Ивановым «гостила» в Алжире.

В 1961 году для усиления южной группировки в Ханкалу из Ростова-на-Дону была переброшена эскадрилья перехватчиков подполковника В. Королева, вооруженная самолетами МиГ-17 пф.

С Ханкалой были связаны судьбы многих известных людей. Командир Слепцовского авиаполка А. Колдунов стал Главнокомандующим Войсками ПВО, главным маршалом авиации. Частым гостем Ханкалы был генерал армии А. Щеглов. Из гарнизона Ханкала вышел летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза В. Комаров и начальник единственного в мире Института авиационно-космической медицины профессор В. Понамаренко. Это и бессменный секретарь парторганизации управления авиаполка подполковник В. Зубченок, один из малой группы военных пилотов, добившихся права летать и воевать после пребывания в плену. Там же проходил службу кавалер трех орденов Красного Знамени подполковник В. Нырков, едва не «порешивший» кулаком сбитого им немецкого аса за то, что тот обозвал его «оборванцем». Первый летчик, освоивший высотный перехватчик Су-9 и первый посадивший его в поле «на живот» Л. Иванов, тоже начинал в Ханкале.

В момент передачи 382-го авиаполка в состав Ставропольского авиаучилища (Н. Голодников, Н. Герасименко, А. Бугрилов) им руководили командир В. Губский, начальник политотдела А. Коробов, начальник штаба А. Чернозуб. В состав училища, кроме Ханкалы, входили гарнизоны Сальск, Слепцовская, Тихорецк, отдельная авиэскадрилья при штабе Ставропольского авиаучилища, база обслуживания первого разряда в краевом центре. Начиналась новая биография гарнизона Ханкала…

А.П.Коробов

Есть в солнечной Адыгее — стране древней культуры и высоких гор, стране живописных ущелий и цветущих долин — одна заветная гора под званием Большой Тхач. Гора Бога назвали ее адыги. По-адыгски Тха — это Бог. Много гор есть в республике. Больших и малых, скальных и ледовых, лесистых и с альпийскими лугами. Одни горы можно обойти и осмотреть за один день, другие за 2 — 3 дня, а чтобы изучить Большой Тхач, не хватит и месяца. Он представляет живой интерес у альпинистов. Они проложили вертикальные маршруты по высоким, совершенно отвесным скальным стенам, ведущим к его вершине. Спелеотуристов влекут подземные сокровища горы. Спелеологи обнаружили здесь очень красивые пещеры. Богатые натечными образованиями карстовые полости, ежегодно собирают в подземелье десятки туристских групп.

Как в древних таинственных средневековых замках, они зажигают свечи и фонари, освещая залы и сырые каменные коридоры, украшенные причудливой колоннадой. Туристов-пешеходников манят темные и коварные ущелья, чья недоступная глубина и суровость скал, разжигает любопытство. Каньоны Большого Тхача или как их называют местные жители «котлы», открывается только отважным и сильным путешественникам. Для туристов, путешествующих в окрестностях горы, здесь целый комплекс интереснейших маршрутов. К обзорным точкам на самый край многометровой пропасти, с которой открывается истинная красота и величие гор Адыгеи, стремятся настоящие романтики и тонкие ценители завораживающей красоты природы.

К причудливым скальным «жандармам» — столбам и утесам, которых здесь множество, и каждый высокий каменный столб — это шедевр искусства, чудо дикой, не тронутой человеком природы, идут поэты, художники и фотографы- профессионалы. Наш путь сегодня лежит на северные скалистые отроги Большого Тхача. Цель — проникнуть в истоки реки Ходзь, в совершенно дикие, никем нехоженые, очень глубокие каньоны горы. Хотим пройти в глубь времен, узнать о прошлом нашей планеты. Большой Тхач — экзотический остров девственно чистой природы отделился от оживленного туристского мира, бездорожьем и глухоманью здешних мест. Вот я уже с друзьями сижу в автобусе Майкоп — Сахрай, счастливый и беззаботный оттого, что снова вырвался в горы.

С интересом рассматриваю из его окон горные леса. Ведь красота дивной природы Адыгеи — мой главный целитель и лекарь. Я стремлюсь к ней, как бабочка на огонь, спешу увидеть, услышать, почувствовать и остановить в своей памяти ее мимолетное и чудотворное дыхание. За прекрасной красотой природы, за чудными мгновениями ее живых красок, я иду всю свою жизнь, ценю ее выше всех земных благ, она мне также необходима, как воздух, вода, пища, уют домашнего очага и ласковое тепло любимых женских рук. Она согревает мою израненную душу, растопляет в груди студеный лед обид и разочарований, горечь неудач, дает всплеск положительных эмоций, которые наполняют меня сладостным нектаром настоящей жизни, поднимают на ратные подвиги и скрашивают мое существование в этом мире. Выйдя за поселок Новопрохладный, углубились в грабовый лес. Старая разбитая дорога, проложенная в узкой лесистой долине, ведет к ис- токам реки Сахрай. Пересохшая от знойного лета твердь горной дороги гулко громыхает под ногами. На небе ни тучки, ни облачка. Во всю ширь раскинулась бездонная синь горного неба. Истомившее нас, горячее дыхание августовского дня, в лесу почти не ощущалось. Лес был на удивление, свеж и прохладен.

Небольшие полянки заросли буйным высокотравьем, из огромных зонтиков лопуха, да кустов папоротника. Только ярко-желтые цветы девясила, как маленькие подсолнухи, послушно поворачивали рыжие личики, вслед за уходящим за горы солнцем. Обмелевшая река Сахрай, плавно перекатывала свои прозрачные струи по широким плесам. Бывший поселок Брылово встретил нас ковром осыпавшихся на дорогу яблок. За очередным поворотом дороги, из-за высоких лесистых хребтов, неожиданно появился красивейший белостенный «монастырский» ансамбль. Это уже отроги Большого Тхача. Выглянувшие из темного леса огромные скальные башни, словно замки сказочного королевства, притягивали взгляд. Здесь сливаются две реки — Большой и Малый Сахрай.

Это живописное место лесорубы назвали Тайванем. На поляне возле старого фундамента от пилорамы, останавливаемся на ночлег и разжигаем костер. Набираем в котелки сияющую чистотой, и холодным блеском, студеную воду. В сером сумраке потонули четкие контуры далеких гор и разделили горизонт на темные и светлые тона. Стемнело очень быстро. Но наш костер, набирая силу, уже затеял свою веселую и трепетную пляску. Громко потрескивая, он бросал в таинственную ночную темь, пучки быстрых и разноцветных искр. Я осторожно протягиваю к нему свои раскрытые ладошки и чувствую, как нежно и ласково втекают в них живые струйки тепла. Совсем как в детстве, когда с мороза попадаешь в объятье матери, тепло ее рук так же желанно и приятно, как и тепло костра. Чудная летняя ночь в горах. Легкий теплый фен принес нам с высоких гор нежный аромат хвои и свежесть. Спать не хотелось, хотя за пологом палатки монотонно шуршал о камни притихший Сахрай, навевая сон и утяжеляя веки.

Я вынес из палатки коврик, и лег на него, устремив свой взгляд в огромное звездное небо. В эти минуты особенно остро чувствуешь близость природы, ее своеобразную прелесть, она переполняет сердце, завораживает и влечет в неизвестность. Завтра запланировали проникнуть в таинственные ущелья скальной горы. А темная ночь уже будоражила мое воображение. Что я там интересного увижу? Романтика новых открытий уже неодолимо меня влекла и очаровывала. Глядя в космос, я увидел, как мир протекает в других измерениях, как на огромном звездном небе стремительно перемещаются космические корабли, перемигиваясь в темноте, с летающими вокруг нас светлячками. Лес, погруженный в безмятежно спокойный сон, не тревожил мои мечты. Плененный его чуткой, бездонной заповедной тишиной, я чувствовал существование своей души и ее трепетное волнение. Утром по крутому склону, в тени широких разлапистых и лохматых веток кавказских пихт, начали подъем на Фирсову поляну. Под пихтами, словно цветы мать-и-мачехи, пробив подушку из опавших иголок, густо высеялись сочные рыжики. Не удержавшись от соблазна, срезали, помыли и сразу засолили в походном котелке. Рыжик — это такой гриб, который после засолки, можно уже есть через три-четыре часа. От поляны Фирсовой по буйному альпийскому высокотравью спускаемся на поляну Кресты, к реке Ходзь. От Крестов открывается вид на гору Большой Тхач, исключительный по красоте и суровости с этого места, он особенно впечатляет. В узкие скальные щели, в которых берет начало река Ходзь, не попадают лучи солнца.

Над местностью громоздятся грандиозные скальные башни. В огромной треугольной скале, на одной из вершин, видна пещера-трещина, просвечивающая насквозь, через массив. В глубь Большого Тхача ведут два очень глубоких и узких каньона, по которым течет река Ходзь. Немного отдохнув, решили проникнуть в узкую скальную теснину первого ущелья, отшлифованную рекой до зеркального блеска. Русло ее оказалось с высокими стенами и очень узким, шириной не более метра. Глубокие скальные чаши заполнены холодной ключевой водой. Попытки пройти теснину по дну не дали результатов. Начали обход каньона, идя вверх по склону.

С трудом, преодолев скальный массив, очутились на выступе, с которого открывался вид на громадный каньон, заросший лесом, вертикально поднимающимся по крутым скалам. Глубоко внизу шумели водопады. Заглянув внутрь каньона, обнаружили совершенно дикий, никем не посещаемый затерянный мир скал, девственного леса и водопадов. Перед нами, как перед первооткрывателями, словно открылась таинственная обручевская земля Санникова — обиталище медведей и колыбель снежного человека. Наткнувшись на совершенно свежий мокрый след медведя, решили не рисковать и не покорять тенистое ущелье. Наметили новый маршрут.

По нему проникнуть во второй скальный котел реки Ходзь, также по дну каньона. И вновь он оказался очень узким и недоступным. Продираясь меж вековых деревьев бука, тиса и пихты, под- нимаемся по правому борту каньона на обзорную точку. Вокруг лежат, вывороченные с корнем, поверженные ветром великаны.

Идем упорно вверх, навстречу неведомым приключениям, не зная, что нас ждет впереди. Каждый уголок заветных дебрей и отвесных скал имеет свою прелесть. За каждым изгибом скального хребта открывается завораживающий и неповторимый вид на глубокое и узкое ущелье реки Ходзь. Скальный хребет, ведущий на гору Корыто, вдруг раскрывается широкой поляной над обрывом. Перед нами открылся изумительный вид на все ущелье и скалу Опасная. Высокие скальные башни и отвесные обрывы украшали 60- метровые, грандиозные водопады, струящиеся на дно глубокого ущелья. Это Орлиные водопады. И словно в подтверждение этому над водо- падами, образовав кольцо, парили огромные белоголовые сипы. Зрелище потрясающее.

В нишах и карнизах диких скал свили свои гнездовья орлы. Водопады называются Орлиными, потому что здесь одновременно парят в воздухе вольные птицы и падающие с большой высоты грандиозные водопады, светящиеся в ореоле радужной водной пыли. Разлеглись на пышной траве, на краю поляны, обрывающейся глубокой пропастью. Долго любовались красочным парением водопадов и орлов, пока под скользящими лучами солнца не раскинулись волнистые крылья облаков. Они словно розовые перья фламинго затекали в ущелье и все ближе и ближе приплывали к нам. Вот уже до них можно притронуться рукой.

В скальный каньон, на встречу облакам, тихо заползал и прятался в гротах густой туман. Пора идти вниз. По пути собрали букет из белых грибов, опят, подберезовиков и сыроежек для вечернего супа. Вечером, натопив построенную здесь баню, парились смолистыми пихтовыми вениками. Еще раз вспоминали и переживали о разведанном, малоизвестном, затерянном мире дикой природы. На следующий день наш поход был запланирован в пещеру Амбицугова. Расположенная высоко в хребте, между скалами горы Опасной, она имеет очень богатое натечное убранство, представляя собой неповторимый, загадочный и диковинный интерьер подземного мира. К ней идет узкая и опасная тропа, висящая над глубокой пропастью.

Узкий скальный гребешок тропы пышно зарос темно-зеленой подушкой из можжевельника, по которой надо осторожно пройти по краю многометрового обрыва. Но наши планы нарушили тяжелые грозовые облака, зацепившиеся за вершину горы. Они плавно заклубились и, медленно растекаясь, опустились в долину, заполняя скалы и ущелья мрачною фатою клубящегося тумана. Зашуршал по листве деревьев косой дождь, захлопало под порывами ветра полотно палаток. Но дождь прошел стороной, лишь окропил сочные травы обильной росой. Решили, чтобы не тратить времени зря, осмотреть еще один фантастический пейзаж узкого и глубокого ущелья под названием Мешок. Он знаменит высокими охровыми стенами скалы Красной. Урочище Мешок встретило нас хаосом из нагроможденных друг на друга и заросших мхами огромных валунов. Утопая роскошной траве, пробираясь меж вековых буков, с интересом осматривали заманчивые картины дикого ущелья. Особенно привлекали каменные глубокие ванны и бассейны реки Ходзь из отполированного розово-белого мрамора.

Ванны из инкрустированного ветвями древнего коралла, были заполнены родниковой водой изумительной чистоты и исключительной прозрачности. Внимательно всмотревшись в прозрачный поток, увидели стайки форели — подводных обитателей царства девственной природы. Мраморные ванны сменялись каскадом небольших водопадов и каменных нагромождений. Вокруг, как в сказке, стояли могучие ветвистые буки, увитые глянцевым ковром колхидского плюща.

Красная скала — огромный утес из красного мраморированного известняка, возвышался над ущельем. Напротив него, ноздреватая, как губка скала, длинными водопадными косами источала веер прозрачных родниковых струй. Место изумительное. Скала, зеленый мох, падающие родники, а под ними грохот, беснующихся в каменных глыбах, водопадов реки Ходзь. Вернулись из похода усталые, и переполненные впечатлениями. Я уверен, что открыл для себя, еще один бесценный энергетический источник. Кладовую сокровищ уникальной природ Адыгеи, источник здоровья, эстетического наслаждения и познания мира родной стороны.

Бормотов Иван Васильевич

Горнолыжная культура Альп и Скандинавии празднует очередное столетие, а вот наши горы начали преображение буквально в последние 10–15 лет. Снежные склоны Красной Поляны, Домбая и Приэльбрусья, прославленные бардами как дикие пристанища бесстрашных альпинистов, теперь уютно именуются курортами.

ЭЛЬБРУС

О самой высокой горе Европы, Эльбрусе (5642 м), немало песен сложено, и побывать на ней – must do в списке каждого российского горнолыжника. Путь к этому пику сродни крестному ходу. Лыжное паломничество на Эльбрус означает, что сами горы для вас много ценнее, чем пледы, шнапс и ночные клубы в долине. Главным призом эльбрусского катальщика станут невероятные виды на раскинувшийся под ногами Главный Кавказский хребет. От нижней поляны Азау (2300 м) можно подняться на канатке до высоты 3800 м. В Европе есть только два лыжных региона с похожими высотами – французский Шамони и швейцарский Церматт. В 2006 году на Эльбрусе появилась новая французская канатка с 8-местными кабинками, а ведь еще несколько лет назад места на подъемник отвоевывались с боем.

Местные трассы обрабатываются ратраками. На поляне Азау под горой, прямо рядом с подъемником, есть много кафешек и гостиниц, но в высокий сезон найти номер там невозможно. Поэтому гости селятся в поселке Терскол в 4 км от Азау в частных гостевых домах и реанимированных советских гостиницах. В 2013 году на высоте 3912 м открылся единственный в своем роде современный высокогорный отель LeapRus, работающий на солнечных батареях. Еще один интересный вариант проживания – старые строительные бочки на высоте станции Гара-Баши (3800 м). Обычно в них пережидают акклиматизацию восходители на Эльбрус, так что вашим соседом запросто может оказаться какая-нибудь легенда альпинизма. Удобств в приюте – никаких, как у былых героев, советских комсомольцев.

В метель главный предмет быта в «апартаментах» – лопата. Но если вам повезет провести в бочках ясную безветренную ночь, это будет одним из лучших приключенческих воспоминаний в жизни. Вся туристическая жизнь Приэльбрусья пропитана кавказским колоритом: шашлычное меню общепита, интерьеры жилфонда в стиле псевдоевроремонт с дополнением в виде рогов и шкур, прогулки на лошадях, таксисты с акцентом, полицейские в форме «по-домашнему» – в спортивном костюме с автоматом наперевес… Кстати, на подъемнике ввиду близости границы в одном кресле могут оказаться сноубордист и пограничник-срочник. Неотъемлемая картина Азау – традиционный «шерстяной» базар с яркими вязаными шапками, носками и шалями, лисьими хвостами, травяными чайными сборами, вареньями, домашним вином, приправами и папахами.

Местные умелицы даже доработали свою фирменную эльбрусскую шапку специально для катальщиков – всех цветов радуги, теплые, головные уборы защищают от ветра почти как наногортекс: этот кавказско-горнолыжный стиль такой самобытный, что в пору выпускать сезонные коллекции Elbrus Outwear. Сезон катания: декабрь – май Скипасс: 600–1500 руб. Средняя стоимость проживания: 700–2500 руб./сутки

ЧЕГЕТ

Первый подъемник в Советском Союзе появился в 1963 году на горе Чегет. Вот с тех пор в этом горном заповедном крае практически ничего не изменилось, разве что расположенная на высоте чебуречная расширяет объемы производства. Гора Чегет – настоящий горнолыжный заповедник. Здесь говорят: «На Чегете нет трасс, есть направления». С годами меняются только привозимые туристами более совершенные модели лыж, все остальное сохранилось с тех пор, когда первый

лыжник оставил свой извилистый след на высоте 3070 м: ни трасс, ни ратраков – только то, что дала мать-природа. Езжай куда хочешь. Чегет хорош для очень опытных лыжников, которые точно знают, чего хотят от горы: бугры, фрирайд, лес, почти вертикальные и нередко ледяные склоны, «сад камней». Ограничений нет, только берегите себя. На склоне часто можно встретить сидящего посреди «дороги» обессиленного новичка, который не рассчитал силы и потерял/сломал лыжи. Будь это Европа, всем выдавали бы футболку с надписью «I survived Cheget». С проживанием такая же история, как на Эльбрусе. До Терскола всего один километр: советские гостиницы, квартиры в панельных пятиэтажках, частные отели разной ценовой категории. На чегетских подъемниках можно прочувствовать, каково было лыжникам в середине прошлого века. Зато и цена на канатки – самая низкая на Кавказе. Сезон катания: декабрь – май Скипасс: 800 руб. Средняя стоимость проживания: 2000–8000 руб./сутки Трассы: 35 км (Эльбрус + Чегет)

ДОМБАЙ

Домбайские горы – культовое место для поклонников гор и признанные несколькими поколениями горнолыжников самыми красивыми горы Кавказа. Вершина Домбай-Ульген дотянулась до отметки 4046 м – Австрия бы позавидовала. Сама же домбайская поляна, где кипит быт курорта, лежит на высоте 1600 м. В отличие

от дикого и необузданного Чегета, Домбай можно считать семейным курортом: трассы на склонах горы Мусса-Ачитара обрабатываются ратраком, есть места для обучения, сами трассы несложные. Их на домбайских склонах не так много, но после хорошего снегопада есть просторы для фрирайдовых приключений. Погода зимой, в отличие от условий в ледяном Приэльбрусье, достаточно мягкая, в среднем –5 °C, кататься очень комфортно, на вершине даже можно загорать. Плохая погода и нулевая видимость здесь редкость, сказочные пейзажи окружают катальщиков на любой из трасс.

Широкие поля Домбая дают простор для катания вне толпы, а новичкам помогают справиться с клаустрофобией – поначалу трассы имеют свойство казаться слишком узкими. Жить на Домбае можно с разной степенью комфорта: в поселке с полсотни трехзвездочных гостиниц, коттеджей – правда, только единицы участвуют в системе Booking.com. Большая часть гостиниц принадлежит семьям, кавказское гостеприимство прилагается, ведь каждый надеется завоевать любовь постоянного клиента. Есть колоритные ночные дискотеки «назад в 90-е». Сезон: декабрь – апрель Скипасс: от 200 руб. за подъем, до 1400 руб./день Средняя стоимость проживания: 1000–8000 руб./сутки Трассы: 20 км

КРАСНАЯ ПОЛЯНА

Если альпийские снежные луга насчитывают по 250 км на одну долину с единым скипассом, то в нашем случае лучший из курортов, олимпийский, имеет пока всего 77 км, но в масштабах страны мы говорим «целых 77!», потому что это лучшая инфраструктура в стране, приближенная к мировым стандартам. В Поляне есть французские шеф-повара, многозвездочные сетевые отели, ночные клубы, боулинг, кинотеатр и высокогорные рестораны. Но есть и легендарные места вроде бара «Трикони», которые многие годы, еще до олимпийской гонки, служили приютами краснополянским катальщикам.

Красная Поляна лежит всего в тридцати километрах от побережья Черного моря. С появлением шикарной инфраструктуры и запуском железнодорожного сообщения между городом и горами это место стало курортом № 1 для широкого круга катальщиков. Собственно, Поляна сегодня – это три современных курорта: «Роза Хутор», «Газпром» и «Горная карусель». Сочинские горы всегда славились особенным качеством снега, отличного от приэльбрусского или домбайского.

«Роза Хутор».

Наследие Олимпиады-2014 сделало «Розу Хутор» самым продвинутым курортом краснополянской троицы, да и всей страны. Трассы для истинных горнолыжных эстетов, спроектированные знаменитым олимпийским чемпионом Бернаром Русси, есть далеко не на каждом курорте мира. На «Розе Хутор» работает 16 подъемников, а жилья вдоль реки Мзымты построено на тысячи и тысячи гостей. Бывшая горная олимпийская деревня на высоте 1170 м тоже теперь числится в гостиничном фонде. Так что можно или жить у подъемника, или вообще просыпаться уже на склоне. Цены, правда, тоже стремятся к европейскому уровню. Зато на «первый снег» курорт проводит акцию: 7 дней проживания + скипасс стоят 10 000 руб. «Путевки» разлетаются быстрее чегетских хычинов. Сезон: декабрь – март Скипасс: 1650 руб./день Средняя стоимость проживания: 3500–12000 руб./сутки Трассы: 77 км

«Горная Карусель». В хорошую погоду с верхней точки хребта Аибга на «Горной Карусели» видно море – впечатление от панорамы удивительное. Нижняя станция курорта находится в поселке Эсто-Садок в 5 км от «Розы Хутор». Трассы «Карусели» несложные, зато пухлого снега тут в избытке, особенно весной. Для освоения искусства фрирайда это лучшее место, с широкими полями и реликтовым лесом. В Эсто-Садке можно найти более дешевое жилье по сравнению с «Розой Хутор», да и скипасс чуть «полегче». На «Горной Карусели» весной открывается крупнейший российский сноуборд-лагерь Quiksilver New Star Sochi Camp: вечеринки с лучшими московскими диджеями не прерываются ни на минуту, и вся «Карусель» стоит на ушах. Для парка устанавливаются спеццены на пакет «жилье + скипасс». После того как под «Горной Каруселью» вырос поселок Горки Город, под склонами появилась инфраструктура – премиум и бюджетные отели, аквапарк, спа-комплекс и даже торгово-развлекательный центр. Скипасс: 900–1600 руб./день Средняя стоимость проживания: 1000–8000 руб./сутки за номер Трассы: 33 км

«Газпром». Несмотря на громкое название, это самый «компактный» горно-туристический центр Поляны – 15 км трасс на склонах хребта Псехако. Зато у подножия расположился самый шикарный в долине реки Мзымты отель со спацентром «Гранд Отель Поляна». Шутят, что это курорт построен вокруг отеля, а не отель у курорта. Трассы находятся ниже курортовсоседей – на высоте 1650 м, но со снегом все в порядке (недаром наш президент катается именно здесь). Трассы абсолютно несложные, понравятся начинающим лыжникам. Пять трасс освещаются для вечернего катания. Сезон: декабрь – март Скипасс: 1000–1500 руб./день Средняя стоимость проживания: 5000–10000 руб./сутки за номер Трассы: 15 км

Х.Шошина