С «Путешествия из Петербурга в Москву» начинается демократическое художественное народознание. В литературу приходит писатель-гражданин, путешествующий по родной земле не в качестве постороннего наблюдателя, а как революционный просветитель и социолог, изучающий народную жизнь и пропагандирующий необходимость освободительной борьбы. Сама идея сближения с народом, служения ему, столь чтимая Радищевым, передается от поколения к поколению, захватывает философию, литературу, публицистику, проходит через нравственные искания русской интеллигенции, постоянно думавшей о судьбах своей страны, своего народа. Крылов, Грибоедов, декабристы и Пушкин продолжают начавшееся в XVIII веке движение в защиту простого человека. Однако в XIX век переходит и другая традиция, отмеченная стилизаторством, лубочной народностью, внешним фольклорным экспериментаторством в области «народного стихосложения». Внешний фольклоризм всегда являлся врагом реализма и истинной народности.

Так, у Карамзина и в особенности у его эпигонов вместо неприглядной правды, «страданий человечества» появляются красивые картинки, приторная чувствительность, добрые помещики и веселые крестьяне, «горячие любовники в крестьянском состоянии» (так называется одна из глав «Путешествия в полуденную Россию» В. Измайлова). И это в мрачные годы царствования Павла I, когда из пятидесяти двух губерний тридцать две были охвачены крестьянскими восстаниями! Но вскоре после окончания войны с Наполеоном в России появляются «истинные сыны отечества» (так называли себя члены Союза спасения).

Они ищут встречи с народом. Даже Евгений Онегин, психологически раздвоенный и нравственно надломленный, для врачевания своей души совершает путешествие по тем самым местам, где когда-то творилась национальная история и происходили важнейшие события народной жизни (у стен древнего Новгорода, на Волге, где хранились воспоминания о Разине). Хотя разрыв со средой, попирающей элементарные человеческие права, у Чацких и Онегиных часто кончается ужасом бездорожья или возвращением «лишнего человека» обратно в дворянскую усадьбу, освободительный поход и в жизни и в литературе, начатый Радищевым, продолжается и приводит дворянских революционеров на Сенатскую площадь, где состоится первое вооруженное восстание против царя и помещиков. Декабристы слишком осторожно относились к крестьянским движениям, не желали, чтобы события захлестнули деревню, превратились во всероссийское крестьянское восстание. И все же встреча с народом на Сенатской площади произошла, и она была поучительна.

Среди солдат оказалось много единомышленников дворянских революционеров. Декабризм — это и Северное общество, и Сенатская площадь 14 декабря 1825 года, и еще многое другое, более скрытое, перешедшее в поэзию, в быт, в отношения между людьми. «Домашние» формы декабризма появлялись в избранном кругу идейных союзников, в «священном союзе друзей», на заседаниях «Зеленой лампы» и на русских завтраках Рылеева. Ими были охвачены подчас совсем частные уголки жизни, личные, семейные переживания, второстепенные события. С какой любовью говорит виднейший поэт-декабрист Кюхельбекер, явившийся на Сенатскую площадь с пистолетом в руке, о своих народных «наставниках»: «Первыми моими наставниками в русской словесности были моя кормилица Марина да няньки мои Корниловна и Татьяна» ‘. Судьба свела Кюхельбекера с крепостным крестьянином Семеном Балашовым. Этот «дядька» был настоящим, искренним другом Кюхельбекера, его верным товарищем и заступником. После неудавшегося восстания 14 декабря Семен Балашов помогает Кюхельбекеру переодеться в свое простонародное платье и вместе с ним бежит в Варшаву; обоих их арестовывают, заковывают в кандалы и сажают в Петропавловскую крепость. Утром 14 декабря, беседуя с Н. Бестужевым, Рылеев говорил: «…Если кто-либо выйдет на площадь, я стану в ряды солдат с сумою через плечо и с ружьем в руках». Николай Бестужев заметил, что во фраке этого нельзя делать. Рылеев продолжал: «…A может быть, надену русский кафтан, чтобы сроднить солдата с поселянином в первом действии их взаимной свободы».

Однако Бестужев и это отсоветовал: «Русский солдат не понимает этих тонкостей патриотизма, и ты скорее подвергнешься опасности от удара прикладом, нежели сочувствию к твоему благородному, но неуместному поступку. К чему этот маскарад?» Выслушав Бестужева, Рылеев задумался и сказал: «В самом деле, это слишком романтически…» 1 2 Дворянский революционер, руководитель Северного общества и вдохновитель декабрьского восстания, в кафтане и с сумой за плечами действительно выглядел бы слишком романтично. Но революционные народники не откажутся от идеи переодевания. Ровно через пятьдесят лет, но уже не у Зимнего дворца, а на деревенской площади, подобный «маскарад» произойдет. Революционные разночинцы, решив сблизиться с крестьянами, без долгих прений меняют фраки и сюртуки на крестьянское платье. И делают это, чтобы сродниться с русским мужиком, войти в его доверие, через «кафтан» проникнуть в крестьянскую душу. Стилизация продолжается и в жизни и в литературе. У декабристов, как и у революционных народников, «переодевание» сопряжено с политическими замыслами, с революционной пропагандой. Декабристская поэзия, участвуя в романтическом «маскараде», идет на прямое сближение с фольклором, чтобы затем «сроднить» народную поэзию с тираноборчеством, с высокой гражданственностью. В бесчисленных подражаниях фольклору первой четверти XIX века уже делались попытки создать «народную поэзию» литературными средствами, не только перенести фольклор, пропущенный через фильтр дворянской эстетики, в богатый особняк, но и вернуть народу его же песни и сказки в новой редакции (художественной и идейной), создать демократические книги для крестьян и солдат. Так возникают и лубочные книги, сковывающие народное сознание, так возникают и демократические книги для народа, в которых и сам фольклор участвует в распространении свободолюбия, декабристских идеалов ‘.

В фольклоре были заложены ценнейшие качества и материалы для гражданской поэзии. «В Москве,— пишет И. Г. Прыжов,— была задавлена вся народная жизнь, а тем паче и возможность драмы. Но это самое гонение на народ послужило источником возникновения нового комического элемента, погибшего под деспотизмом XVIII века, а в сущности и до сих пор живущего в народе». Прыжов ссылается на сатирические произведения и «лубочные картины» («Хождение Саввы, большой славы» и «Погребение кота мышами»). «К ним присоединяются песни и сказки про поповичей и т. д. и’бесчисленное количество пословиц,— и все это наполнено такой едкой и глубокой сатирой, о которой нашим буржуазным писателям никогда и не грезилось»1. Слова Прыжова относятся к тем писателям, которые в угоду своим классовым убеждениям отрицали народное творчество или понимали его односторонне, вкладывая в подражания фольклору безобидное содержание. С другой стороны, были писатели, бравшие из фольклора социальные мотивы, видевшие в нем отражение заветных народных чаяний. Декабристы-романтики, Пушкин и Лермонтов находили в древних эпических песнях, наряду с русской летописью, народными песнями и сказками, яркое проявление национальной самобытности, народного свободомыслия, образцы гражданской патетики. Пытаясь определить отношение фольклора к современной действительности, они обнаруживают в фольклоре убедительные свидетельства о неблагополучии в жизни страны, об отрицательном отношении народа к помещикам и попам.

Но декабристы-романтики, в отличие от Пушкина, еще довольно узко понимают народность, они используют фольклор для выражения собственных настроений и политических идей, слишком рационально к нему относятся. Декабристские эпические герои — не средневековые рыцари или меланхолические мечтатели, а непременно смелые воины, которые действуют и мыслят в духе нравственного кодекса дворянских революционеров. Стилизация непременно тянет за собой «фрак» или тот же самый «зипун», но перешитый по новой моде. П. А. Плетнев как-то заметил по поводу «Сказки о Иване Царевиче и сером волке» Жуковского: «Видно, что эта сказка идет не из избы мужицкой, а из барского дома…»1 2 Декабристские фольклорные стихи выходили тоже не из крестьянской избы, а из дворянского особняка, нз квартиры Рылеева на Мойке. Но это был тот «барский дом», где собирались члены тайного Северного общества. На русских завтраках Рылеева (с непременным кочаном квашеной капусты) распевались народные песни и складывались новые, которые должны были стать достоянием народа, перекочевать в солдатские казармы и крестьянские избы, стать в один ряд с другими жанрами гражданской поэзии. Декабристские романтики первыми в России пытались создать для народа революционные песни. Осенью 1823 года на одном из заседаний Северного общества Рылеев предложил воздействовать на общественное мнение распространением свободолюбивых и антиправительственных песен. С декабристских песен начинается революционная потаенная поэзия. Рылеев и Бестужев в песне «Ах, тошно мне…» сумели выразить народное мнение об аракчеевской России, сроднить свою песню с лучшими образцами крестьянско-солдатской поэзии, с такими произведениями антикрепостнического фольклора, как «Плач холопов», «Глас вопиющего в военных поселениях», поэма «Солдатская жизнь» и песня «Как по реке, по реке…».

Подсказанные народом, песни Рылеева и Бестужева не могли не вернуться в народ, не получить в его среде широкого распространения. Для дворянских революционеров было недостаточно создавать песни в народном духе, они стремились идейно приподнять фольклор, наполнить его новым политическим содержанием. «Подблюдные песни» — особый цикл в народной поэзии — гадания о личной судьбе, песни достаточно нейтральные по отношению к вопросам жизни общенародной. Александр Бестужев, беря за образец эти песни, превращает их в тираноборческие стихотворения. В область мирной, созерцательно-лирической поэзии он вносит политическую ноту, крайне революционную по своему смыслу. Сохраняются мотивы фольклора, его мелодика, связь строк, стилистические фигуры, а суть дела совершенно меняется. Там, где в фольклоре патриархальное прославление государя,— у Бестужева прославление антимонархической свободы, вооруженной тираноборческим кинжалом; где в фольклоре безобидный разукрашенный сказочный обряд,— у Бестужева почти на том же словесном материале образ мужика с топором, с топором народной расправы; где в фольклоре говорится о девичьей судьбе,— там декабристы убежденно пророчат свободу России ‘. 1

Необходимо при этом отметить двойственность позиции дворянских революционеров, создателей революционных песен. Сила агитационного воздействия, заложенная в таких мятежных песнях, как «Ах, тошно мне…» или «Уж как шел кузнец…» вызывала опасение в них самих. Страшась народной революции, они опасались, что подобные песни могли приблизить час кровавой расправы крестьян над помещиками. Декабристский опыт в создании агитационных песен и стихотворений стал достоянием последующих революционных поколений. Эти поколения, вышедшие из разночинной среды и перешедшие на позиции народа, не сомневались в необходимости самого широкого распространения вольного слова в народе. Почти каждое революционное тайное общество обращалось к революционной поэзии. Если не появлялся поэт, способный создать оригинальные произведения, то находились «соавторы» («вторые Рылеевы»), перерабатывавшие старые стихи на новый лад.

В.Г. Базанов

Основоположник отечественной телефонии, талантливый изобретатель Павел Михайлович Голубицкий (1845—1911)

Основоположник отечественной телефонии, талантливый изобретатель Павел Михайлович Голубицкий (1845—1911) был владельцем родового имения Почуево под Тарусой. И почти 35 лет служил в Тарусе обыкновенным государственным чиновником. С конца 1875 года избран участковым мировым судьей, а с 1890 по 1909 год был земским начальником 1-го участка Тарусского уезда — работа нелегкая, ему были подведомственны 4 волости, 83 села и деревни, и в год через него проходило до 400 дел. Он не мог отказаться от этой работы, так как других средств к существованию в семье не было.

Имя свое Голубицкий увековечил благодаря телефонии, но ей он мог посвящать только личное время, и она стала для него всего лишь увлечением. В своем имении Почуево Павел Михайлович создал первую в России телефонную мастерскую, а по сути — завод с исследовательской лабораторией и богатой библиотекой. Эта знаменитая мастерская в последующем имела определенную экономическую самостоятельность и даже свой фирменный бланк. Был и личный фирменный бланк: «Павел Михайлович Голубицкий — изобретатель телефонов».

Мастерская площадью 10—12 кв. м с оборудованием на 2 тысячи рублей располагалась в 15 м от господского дома. В ней работали четыре человека. В этой мастерской было изготовлено более 100 аппаратов. Губительным для мастерской стал выход в свет Правительственной телефонной регалии, запрещающей телефонизацию объектов частными лицами, после чего заказы на телефонную технику прекратились. С 1888 года в мастерской изготавливают сельскохозяйственные орудия, инвентарь. Делались дешевые малогабаритные плужки, сеялки для крестьянских хозяйств. А еще производили ремонт охотничьих ружей.

К этому времени имя изобретателя и качество его телефонной техники были широко известны во всем мире. В Почуево приехал иностранец — англичанин и предложил Голубицкому продать его мастерскую и всю документацию. Павел Михайлович был бедным помещиком, телефония приносила только убытки, поэтому его имение было в постоянном залоге. Но англичанин получил отказ и удалился, пригрозив, что Голубицкий еще горько пожалеет об этом. 16 (28) марта 1892 года мастерская была подожжена и сгорела дотла. Одновременно с пожаром исчез работавший в мастерской старший мастер Василий Ильич Блинов. Исчез, прихватив с собой чертежи. Возможно, его подкупил побывавший в Почуеве англичанин. К счастью, господский дом уцелел, и в нем сохранились несколько готовых телефонных аппаратов, а также техническая документация по патентам и новым разработкам — ценнейший материал! Но его судьба, к сожалению, трагична…

Вклад Голубицкого в развитие всемирной телефонной техники огромен: около десяти патентов — российских, немецких, французских; телефонизация ряда русских городов, в том числе Калуги в 1885 году, телефонизация железных дорог, участие в российских и зарубежных выставках, на одной из которых он был награжден золотой медалью. «Телефоны Ваши поистине прекрасно действуют, они совершенно равны по действию лучшим, которые я употребляю», — писал Голубицкому английский физик Присс, главный инженер Лондонского телеграфа.

Голубицкий устроил в Тарусе испытательную телефонную линию в одну версту. Затем соединил телефоном Почуево с Тарусой. Всесторонне исследовав телефон американца А. Белла, признанного изобретателя телефона, Голубицкий в 1882 году создает одно из самых значительных своих изобретений — многополюсный телефон, который используется до сегодняшнего дня. Он предложил несколько вариантов двух- и четырехполюсных телефонов, намного более эффективных, чем у иностранных конкурентов.

Одним из слабых мест телефонов того времени был микрофон, и Голубицкий изобретает микрофон с гребенчатым расположением углей, микрофон с угольным порошком. Телефонная трубка, объединяющая телефон с микрофоном, а также рычаг переключения аппарата с вызова на разговор — тоже его изобретение.

Вершиной творчества ученого стало изобретение системы центральной батареи для питания абонентских аппаратов, без которой немыслимы современные телефонные сети.

Изобретения Голубицкого опередили свой век и до сих пор используются в телефонии. Многие предложения по внедрению телефонной техники (а позже и сельхозтехники) не нашли поддержки ни на уровне губернии, ни в правительственных кругах России, отдававших предпочтение иностранным фирмам…

Большое внимание уделял Голубицкий культурно-просветительной деятельности. Он сумел организовать при земских и церковно-приходских школах уезда шестнадцать библиотек. На свои личные средства? а также с помощью пожертвователей закупил в Москве и Петербурге большое количество книг — художественных, по садоводству, пчеловодству, удобрению почв, животноводству и даже на тему «Как устроить общество трезвости».

Павел Михайлович приобрел «волшебный фонарь», с помощью которого отвлекал население от «зеленого змея» — устраивал вечера, собиравшие до 200 человек, с чтением лекций по искусству, религии и показом картин современных русских художников. Обучал крестьянских детей слесарному и столярному делу и не раз обращался к властям за разрешением создать в своем имении на основе его мастерской ремесленное училище. Земское собрание выразило Голубицкому «полное сочувствие благому и полезному делу»… и этим ограничилось.

Павел Михайлович был знаком с Софьей Васильевной Ковалевской, Василием Дмитриевичем Поленовым, Константином Эдуардовичем Циолковским. Оказывал им существенную поддержку. Известно, что Голубицкий помог мужу Ковалевской займом в 4 тысячи рублей для его издательских дел. Ездил в Боровск к Циолковскому, когда тот еще служил учителем, и ужаснулся его бедности. Потом неоднократно посещал его в Калуге и опубликовал две статьи в «Калужских губернских ведомостях» с призывом о помощи изобретателю — «пророку в родном Отечестве».

В. Д. Поленов в письме к друзьям сообщал, что Голубицкий помогал ему строить дом в Борке. В свою очередь, Василий Дмитриевич дал ученому несколько уроков живописи, и Павел Михайлович стал писать картины с натуры. К сожалению, его работы до нас не дошли, зато сохранились некоторые из его стихов.

Дружил П. М. Голубицкий и с князем С. Д. Горчаковым, потомственным владельцем сел Барятино и Роща, земским начальником 2-го участка Тарусского уезда. Князь даже замещал друга в случае его отсутствия. Голубицкий получал жалованье 2200 рублей в год с учетом разъездных и харчевых. При отправке его в отставку Калужская губерния и лично С. Д. Горчаков, ставший к тому времени губернатором, ходатайствовали о назначении ему пенсии — 1600 рублей в год. Но Правительствующий сенат уволил его приказом № 72 от 19 октября 1909 года с пенсией 800 рублей в год. Голубицкому не зачли в трудовой стаж его службу почетным мировым судьей, мировым посредником и кандидатом в предводители дворянства Тарусы, а о его заслугах в телефонии даже не вспомнили.

Несколько слов о судьбе архива Павла Михайловича Голубицкого. В 1891 году Павел Михайлович вступил во второй брак с Марией Эварестовной Целина-Иодко. От этого брака родилось четверо детей: Эварест, Мария, Михаил и Павел. Эварест и Михаил утонули в реке.

В 1901 году Голубицкие переезжают на жительство в село Салтыково Тарусского уезда в имение жены. Здесь Голубицкий продолжал заниматься телефонией, но, к сожалению, результатов этой деятельности мы не знаем. Жена постоянно ругала его за то, что «он весь дом опутал проводами, а хозяйством не занимается».

После смерти изобретателя вдова продала имение и переехала с детьми в город Серпухов в дом купчихи Кандыриной по улице Калужской, недалеко от тюрьмы. Документы и аппараты изобретателя были тщательно упакованы и взяты с собой. При этом Мария Эварестовна сказала: «С этим мы не пропадем».

В 1924 году Голубицкая скончалась, и обладателем архива стала Мария Павловна, человек большой души, образованный, но наивный и непрактичный. Дочь понимала значимость архива отца, поскольку во многих направлениях телефонии он был первым не только в России, но и во всем мире. Отец неоднократно говорил: «Детки, ведь я был первым, первым… А хвалят иностранцев. Воровством первыми стали».

Мария Павловна решила преподнести весь архив отца государству и обратилась в Серпуховской историко-художественный музей. Но услышала в ответ: «Не стоит поднимать пыль хлама не нужного теперь» (из письма Марии Павловны краеведу Н. М. Маслову от 7 января 1955 года). Обескураженная таким ответом, Мария Павловна заколотила документы отца в ящик вместе с телефонными аппаратами, поставила в сарай во дворе дома по улице Вокзальной, где она проживала.

Когда же через некоторое время заглянула туда, то ящик был пуст, рядом валялись только телефонные аппараты ее отца. Эти аппараты она впоследствии продала технику К. Я. Милевскому, и они сгорели в бараке близ Серпухова, когда во время войны немцы подожгли жилье, загнав жителей в сарай.

Часть архива, в основном уже семейного, Мария Павловна оставила на хранение у своей подруги Волокитиной (Беляевой) Ольги Георгиевны в том же доме по улице Вокзальной (сейчас Ворошилова). Хранить архив при себе она не могла, так как сменила несколько мест жительства и в итоге, тяжело больная, попала в инвалидный дом на станции Куровская.

Дочь изобретателя в последней ее обители разыскал калужский краевед Н. М. Маслов. Ею и архивом ее отца заинтересовался Политехнический музей в Москве, непосредственно А. В. Яроцкий. И в треугольнике Мария Павловна — Н. М, Маслов — А. В. Яроцкий завязалась активная переписка, главной целью которой было найти архив. Правда, переписка иногда задерживалась на несколько месяцев из-за отсутствия у Марии Павловны денег на почтовую марку. Но она все же побывала в Серпухове у О. Г. Беляевой и пыталась получить от нее документы отца, но тщетно. Под различными предлогами, даже с уклончивыми любезностями, ей постоянно отказывали. Вполне возможно, ценные бумаги были проданы. В итоге в 1954 году к Беляевой прибыли представители Политехнического музея с Марией Павловной, но нашли лишь несколько семейных фотографий. Архив в Серпухове исчез уже вторично.

Потомки помнят Павла Михайловича Голубицкого. Недавно вблизи места его захоронения у деревни Юрятино на берегу реки Протва установлен памятный крест. В Тарусе его именем названа улица, на здании почты установлена мемориальная доска: «Павел Михайлович Голубицкий, изобретатель в области телефонии, жил и работал в Тарусе и уезде в 1876 — 1911 гг.». Администрация Тарусы учредила и ежегодно вручает грант изобретателя студентам вузов. В октябре 2001 года Законодательным собранием Калужской области Павлу Михайловичу Голубицкому присвоено звание «Почетный гражданин Калужской области». Телевидением города Калуги и города Протвино о нем снято четыре документально-публицистических фильма. Но многочисленные попытки создать музей П. М. Голубицкого в городе Таруса, к сожалению, не дают результата. А материал собран огромный, в том числе и мемориальные вещи…

В.В. Щербаков

Аннотация. Гражданская активность в современной России характеризуется вовлечением широких масс населения. Созданные группы инициативных граждан, а также юридически оформленные общественные объединения разрабатывают и реализуют комплексы мер по вовлечению в свою активность новых активистов для достижения поставленных целей. В работе представлен анализ опыта использования возможностей глобальной сети Интернет данными группами и объединениями для вовлечения активистов и кооперации с другими инициативами и объединениями. Ключевые слова: Интернет, кооперация, мобилизация, гражданская активность.

Гражданская активность в современной России характеризуется, в том числе двумя особенностями: расширением работы в глобальной сети Интернет и формированием широких коалиций и коопераций с целью достижения своих целей и задач. Такие институты гражданского общества как НКО уступают в эффективности вовлечения граждан в свою деятельность. Это связано с рядом преимуществ сетевых неформальных движений, в том числе использование ими технологий мобилизации и взаимодействия с потенциальными активистами и с уходящими в прошлое методами работы НКО. Главным фактором вовлечения граждан в сетевые неформальные движения является соотнесение своих целей с целями движения. Главный для этого инструмент – Интернет.

Неотъемлемая составляющая – эмоционально-психологическая, мотивация. В первую очередь через коммуникационные каналы Интернета вовлечение в такие структуры упрощена неформальными диалогами и личными отношениями. Различные краудсорсинговые платформы, виртуальные сообщества выполняют функции информирования, тем самым мотивируя к участию. Происходит взаимодействие, коммуникация, которая позволяет выразить себя, стать частью целого. При этом активисты и ресурсы, которыми они обладают, выступают инструментом сетевой мобилизации. Таким образом, столь малое присутствие НКО в Интернете, неиспользование современных технологий, которые позволили бы привлечь к себе внимание, низкая активность построения коалиций, партнеров и сетей не позволяет НКО качественно и количественно вовлекать граждан.

Неумение или непонимание необходимости само презентации, отсутствие выхода в публичную сферу деятельности, неиспользование новых форматов, мероприятий, которые дали бы возможность активисту найти себя и само выразиться. Замкнутость НКО, ориентация деятельности на себя, а не извне, не на достижение целей движения, не позволяет вовлечь граждан и замотивировать их. Причиной этому является отягощение НКО формализацией, отчетностью и бюрократии во взаимодействии с органами власти. Поэтому НКО не могут вырваться из этого круга, получить новые компетенции и привлечь молодых увлеченных специалистов. Однако успешные примеры региона постепенного использования сетевых принципов организации и технологий мобилизации заставляет подтвердить возможность это реализовать.

Таким образом, общественные объединения делают попытки установления контактов с различными субъектами и объектами мобилизации. По данным социологических исследований и по нашим наблюдениям, нельзя сказать, что сейчас они эффективно с этим справляются. Предстоит еще многое исправить и наладить в этих взаимодействиях. Вовлечение первостепенных кругов волонтеров, экспертов станет началом расширения поля влияния общественных объединений. Для этого организациям нужно приложить несколько больше сил для установления точек соприкосновения и пересечения с потенциальными участниками движений, активистами, органами власти, экспертными сообществами. Введение такой практики в свою деятельность, специальное выбрасывание себя из зоны комфортного действия начнет работать на общественные объединения и их значимость на территории субъекта.

С целью выявления механизмов вовлечения граждан, активистов, иных партнеров в деятельность общественных объединений были проведено интервью 10 представителей общественных объединений из разных регионов России: — Новгородский региональный общественный фонд содействию некоммерческим проектам; — Благотворительный фонд Наши дети (г.Уфа); — «Наше будущее» (НКО на стадии регистрации, Якутск) — Нижегородская Ассоциация неправительственных некоммерческих организаций «Служение»; — Благотворительный фонд «Дедморозим» (г.Пермь); — Благотворительный фонд «Детские домики» (г. Казань); — Университетский волонтерский центр ПГНИУ (г. Пермь); — Проект «Молотов 41-45» (г.Пермь); — Экологическое движение «Мусора.Больше.Нет» (Санкт- Петербург); — Региональное агентство творческих инициатив (Ярославль). Организации имеют различную организационно-правовую форму, часть из них не имеет статуса юридического лица. Выбор этих общественных объединений основан на рекомендациях региональных экспертов-журналистов, работающих с третьим сектором. Несмотря на то, что некоторые организации не ориентированы на массовое вовлечение граждан, в малых количествах, опосредовано, но они также используют механизмы вовлечения граждан. Использование определенных практик зависит от потребностей организации — разные организационные формы дают и разные возможности для вовлечения.

Однако повысить эффективность вовлечения помогут элементы сетевого движения, включающего ориентацию на личное неформальное общение, выстраивание доверительных отношений и, самое мотивирующее, общность убеждений и мироощущения. Находясь на различных уровнях развития, в целом, исследуемые организации действуют в рамках одной модели поведения по привлечению граждан. При этом структуры существуют автономно друг от друга. Следовательно, можно предположить, что при обнаружении успешной практики в одной организации, практику можно внедрить в другую. Механизмы взаимодействия и коммуникации имеют самый обширный список по количеству используемых сегодня техник. Традиционными механизмами, которые, так или иначе, пользуются все 10 организаций, участвующих в исследовании, это обращение к знакомым и друзьям. Во-первых, это самый простой способ вовлечения, а во-вторых, ввиду доверия к своему окружению в нем мы ищем поддержку. Передавая информацию по цепочке, создается сеть проинформированных людей. При этом зачастую знакомые становятся первым окружением лидера и его командой.

С целью дальнейшего распространения информации, организации разворачивают работу в социальных сетях, но в разной степени, необходимой для них. Так, например, Новгородский региональный общественный фонд содействию некоммерческим проектам использует сети при необходимости, непосредственно перед мероприятием и после. Благотворительный фонд «Наши дети» использует группы для разных целевых аудиторий, при этом публикует разные сообщения. В ходе интервью все объединения, отвечая на вопрос о механизмах вовлечения граждан, в первую очередь упоминали о своих Интернет ресурсах. Все общественные объединения, рассмотренные в исследовании, имеют сайты и в разной мере, но используют их. Помимо собственного сайта организации или проекта, есть представительство в социальных сетях. Некоторые организации имеют отдельные сайты проектов, как, например, «Добрый Нижний», «Центр активных людей» — проекты Нижегородской Ассоциация неправительственных некоммерческих организаций «Служение»; Фестиваль «Архитектура движения», «TEXTIL» — проекты Агентства творческих инициатив «Лифт». Следует отметить, что сайты организаций как минимум содержат в себе необходимую информацию, хотя некоторые из них имеют несколько устарелую и не интуитивную навигацию.

Но все же большинство используемых сайтов организаций имеют современный дизайн, выходы на социальные сети, возможность подписки на рассылку. Интерактивный, приятный для визуального восприятия сайт проекта «Молотов 41-45» (http://molotov4145.ru/) удерживают аудиторию, пришедшую на его Интернет-страницу. Такие организации, как Агентство творческих инициатив «Лифт», фонд «Дедморозим», Мусора.Больше.Нет используют инфографику, приложение Instagram. По большей части университетский волонтерский центр использует социальную сеть, где регулярно делает публикации, в том числе с места событий, акций. Благотворительный фонд «Наши дети» делает упор работы в социальных сетях, особенно в facebook через страничку лидера организации. Все благотворительные фонды используют на своих сайтах различные способы перевода пожертвований. Над созданием собственного приложения уже задумался фонд «Дедморозим», но пока его представители не определились, каким оно должно быть, чтобы быть, по словам представителя фонда, «классным», но это дело ближайшего года. Элементы интерактивности включают в себя публикации в социальных сетях с опросами, интерактивными ответами, подборами фотографий с хэштегами и т.д.

Постепенно входящий в использование НКО, особенно среди молодого поколения, инструмент — видеозаписи на youtube, vimeo или просто в социальных сетях. Группа Vkontakte работает для волонтеров, способных помочь физически или интеллектуально. Группа в Facebook собирает в себе состоятельных благотворителей. Как отметил руководитель фонда, Vkontakte характеризуется быстрой скоростью распространения объявлений. Например, представители фонда размещают листовку с текстом – отправь слово «фея» на номер 7715 и ты пожертвуешь 45 рублей на больничных детей – это полчаса работы няни, полчаса ребенок будет ухожен, накормлен, спокоен и рядом будет заботливый любящий человек. В итоге информация распространяется, деньги приходят на счет. Аудитория Facebook требует общения, присутствия в сообществе, комментария, втягивания в обсуждение проблемы, чтобы почувствовать интерес и причастность к делу. Второй вид сообщений, которые здесь размещает фонд – объявления о необходимых суммах на целевые проблемы. В Якутске, где Интернет дорогой, социальные сети заменяет приложение WhatsApp.

Механизм взаимодействия в сети таким образом несколько затруднен, давая с другой стороны больше мотивации организаторам для установления личных контактов. Вероятно, в связи с этим спустя год после создания проекта «Наше будущее», он уже имеет связи с министерством здравоохранения республики Саха, не имея при этом юридического лица. Массовое освещение деятельности происходит через СМИ – особенно телевидение. Для СМИ руководитель проекта «Наше будущее» отправляет пресс-релизы. Являясь блогером, лидер движения знакомится с блогерами Якутска и имеет негласный договор с ведущим Интернет-порталом. Здесь используются личные связи, сформированные через средства социальных медиа. По мнению половины опрашиваемых, хороший метод – e-mail рассылка, дополненная телефонными прозвонами. Если отправить человеку письмо и потом позвонить ему или наоборот, то можно и на мероприятие его привлечь, и в деятельность вовлечь.

Это вновь подтверждает важность выстраивания личных контактов. Руководитель университетского волонтерского центра Перми говорит, что вовлечение граждан к участию, главным образом, происходит через открытость деятельности центра. Это проявляется в открытых публикациях в Интернете отчетов о предстоящих и прошедших мероприятиях, полугодовых отчетах со статистикой в социальных сетях и на сайте университета. Есть и иные городские и университетские волонтерские проекты, в которых центр готов давать возможность поучаствовать своим активистам. По словам руководителя, центр не ограничивается собственными мероприятиями, дает участникам группы возможность узнать, что организуется и проводится в городе и крае. Как только участник становится вовлеченным в событие и начинает действовать, он переходит в статус активиста. В новом состоянии он находится под воздействием механизмов удержания. Хорошим примером здесь выступают внутренние мероприятия для активистов движения «Мусора.Больше.Нет.». Разнообразные встречи, конференции, вебинары, фестивали, походы, возможность участия в бонусных программах, обучающих мероприятиях, тематических форумах и многое другое создают комфортные условия и доверительные отношение участников движения. Внутренняя среда, общение внутри объединения играют важнейшую роль в притягательности для активистов. Здесь активисты уже не являются отдельными единицами. Они знают друг друга, дружат и добровольно убирают мусор вместе, инициативно устанавливают контейнеры для раздельного сбора мусора.

Это общий труд, видимые результаты которого также воздействуют как механизм удержания. Самый главный механизм здесь — это установление связи и донесение информации до адресата, то есть горожанина, через различные вариации процесса коммуникации и взаимодействия. То есть информация и процесс коммуникации и взаимодействия становятся факторами эффективного вовлечения. Наличие этих показателей необходимо в деятельности любого объединения. Но в результате наиболее эффективное вовлечение достигается через создание условий для вовлекаемых: — лично встретится с организаторами; — наладить личные связи в сети Интернет; — лично узнать о деятельности через свое окружение; — лично поучаствовать в коммуникации с проектами, получить возможность самостоятельно его понять (Это создает возможность напрямую приобщиться к деятельности организации. Здесь задействовано ближайшее окружение участников, которые могут стать активистами); — наладить коммуникацию через Интернет, СМИ; — наладить взаимодействие через Интернет; — открыть доступ ко всем ресурсам с информацией; — обеспечить постоянно присутствие в сети, СМИ (Это позволяет обнаружить информацию об организации, связаться с ней, быть информированным о ее деятельности); — обеспечить продвижение и распространение информации об организации, развить коммуникацию с внешней средой.

При успехе вовлечения в деятельность движения, граждане становятся активистами, для которых факторы участия, в рамках рассматриваемого коммуникационного блока, другие: — создание комфортной среды взаимодействия и работы; — установление доверительных отношений с активистами, организацией; — предоставление обратной связи, пользы активисту (то есть все то, чтобы вызвать обоснованность присутствия в настоящей социальной группе). Элементы интерактивности включают в себя публикации в социальных сетях с опросами, интерактивными ответами, подборами фотографий с хэштегами и т.д. Постепенно входящий в использование НКО, особенно среди молодого поколения, инструмент — видеозаписи на youtube, vimeo или просто в социальных сетях.

Изученные организации имеют разный уровень представительства в Интернете. Объем использования инструментов зависит от уровня знания технологий работы в Интернет, наличия времени, но главное желания. Сравнивая сайты организаций, заметна зависимость привлечения к деятельности организации от интерактивности, наличия фотографий, оригинального дизайна. Фактором, способствующим эффективной мобилизации граждан, можно назвать использование виртуальных ресурсов таким образом, чтобы: — удержать, заинтересовать посетителя ресурса; — вовлечь его в диалог; — сориентировать все инструменты так, чтобы передать и донести свою миссию. Показателем эффективного вовлечения является использование цифровых веб-технологий таким образом, чтобы суметь наглядно и интересно продемонстрировать аудитории нужную информацию. Например, посылом может быть демонстрация того, на сколько много людей участвует в деятельности организации; показать значимость социальных проектов. Обобщая результаты исследования, можно говорить о том, что сайты, социальные сети, блоги и форумы, Интернет в целом, существенно способствуют вовлечению граждан в общественную активность. При этом, эффективность вовлечения возрастает, если сайты, группы в социальных сетях: — содержат контактную информацию, — интуитивны, — содержат актуальную информацию о мероприятиях, — обладают современным дизайном, — предоставляют выходы на социальные сети (для сайтов), — предоставляют возможность подписки на рассылку (для сайтов), — обладают интерактивным дизайном/структурой (для сайтов), — содержат инфографику, — обладают связями со страницами лидеров в социальных сетях, — предоставляют каналы для пожертвований, — проводят соцопросы, — содержат фотографии и видеозаписи.

В ходе интервьюирования было выявлено, что обучение организаций работе в Интернете со своей аудиторией дает положительные результаты. Следовательно, можно сделать вывод о том, что объединения по-прежнему нуждаются в обучении технологиям кооперации и объединения, как между собой, так и с органами власти. При погружении представителей общественных организаций в теорию, а затем в практику, возможно преодоление некоторых возникающих проблем на пути кооперации. Проведение конкурсов коллективных проектов по направлениям способно стимулировать деятельность объединений одного спектра. Лучше чтобы эти проекты были долговременными, содержали бы в себе комплекс событий, направленных на решение проблемы.

А.В. Соколов, А.В. Соловьева