Декабристы на Урале

После следствия и суда над декабристами многие из них были сосланы в Сибирь. На их пути был Екатеринбург. 5 августа 1826 г. в город пришло секретное предписание «о приготовлении лошадей для государственных преступников».

Первыми через город проследовали Е.П, Оболенский, В.Л. Давыдов, А.И. Якубович, А.З. Муравьев, С.П. Трубецкой, С.Г. Волконский, братья П.И. и А.И. Борисовы.

В августе и октябре — М.И. Пущин и М.И. Муравьев-Апостол, отметившие теплый прием, оказанный им екатеринбургским почтмейстером И.А. Осиповым.

С августа 1826 г. по декабрь 1828 г. на почтовой станции г. Екатеринбурга побывали 105 декабристов. В 1827 г. в Екатеринбургской пересыльно-этапной тюрьме останавливались участники восстания Черниговского полка — И.И. Сухинов, В.Н. Соловьев, А.Е. Мозалевский, А.А. Быстрицкий, член Оренбургского тайного общества В.П. Колесников.

В 1834—1846 гг. через город проехали декабристы, отбывшие заключение в крепости — И.В. Поджио, В.К. Кюхельбекер, Г.С. Батеньков.

Меняли лошадей в Екатеринбурге и жены декабристов Е.И. Трубецкая, М.И. Волконская, А.Т. Муравьева, Е.П. Нарышкина, А.В. Ентальцева и др. Останавливалась в Екатеринбурге и П.Е. Анненкова.

Местами ссылки декабристов на Урале были определены Курган и Туринск. В Кургане на поселении находились М.А. Назимов, М.М. Нарышкин, А.Е. Розен и другие.

Вместе с мужьями в Кургане были жены-«декабристки» Е.П. Нарышкина и А.В. Розен. На поселение в Туринск были отправлены СМ. Семенов, Н.В. Басаргин, В.П. Ивашев, И.А. Анненков, И.И. Пущин и другие. Вслед за мужьями сюда прибыли К.П. Ивашева и П.E. Анненкова.

Некоторые декабристы были переведены на Урал для службы: в уральский гарнизон — барон Е.Е. Пфейлицер-Франк, в уголовную палату Вятки -А.Н. Муравьев, чиновником по особым поручениям к главному начальнику горных заводов — Ф.Г Вишневский.

В феврале 1826 г. во время следствия по делу декабристов было упомянуто имя будущего горного начальника

Урала, тогда полковника, начальника артиллерии 4-го резервного корпуса В.А. Глинки. Часть подследственных отрицала его причастность к тайному обществу, хотя некоторые декабристы удостоверили его принадлежность к «Союзу благоденствия».

Дело В.А. Глинки было «высочайше поведено оставить без внимания». Будучи впоследствии горным начальником, он оставался «лучшим и испытанным в счастии и несчастии другом» (В.К. Кюхельбекер) для многих декабристов.