Обращайте внимание на то, что противоречит вашим убеждениям

Спрячьте Ваш набор убеждений и задайте себе вопрос: а что если?

Одним из серьезных недостатков интеллекта человека является в приверженности хвататься за свои личные убеждения, отвергая все свидетельства, им противоречащие.

Возможно даже эта проблема присуща такому процессу как установление дисциплины в процессе образования. Обучаемые дети, ученики, студенты зачастую поверхностно, несерьезно относятся к предмету и к преподавателю имея убеждение, что они все могут изучить и познать сами, почитав что-то в интернете.

А может поэтому, современные люди перестают читать, теряют интерес к чтению, имея убеждения, что самое главное — это работать, накапливать и потреблять?

Люди готовы обсуждать и принимать лишь те решения, которые прочно укрепились в сознании и идут по проторенному пути в мышлении. Не так часто есть желание испытывать что-то новое, идущее против правил, установившихся в мозгу.

Гипотеза, выдвигаемая человеком ищет посредством его мыслительного процесса подтверждения и свидетельства из внешнего мира утверждающие, а не отрицающие ее. 

Проживая деловую, домашнюю или социальную жизнь люди создают предположения для обоснования той или иной ситуации, всегда ведется поиск объяснений в границах правдоподобности.

Найденное и устраивающее их предстает как главная зацепка истинности. В практической плоскости они ищут опыты, подкрепляющие их мысли и станут в полную силу (во чтобы то ни стало) не принимать во внимание примеры, опровергающие их.

Таким образом люди отдают много сил для сопротивления изменениям своих личностных установок, укоренившихся в виде убеждений.

Почему это происходит?

1. Люди постоянно отвергают знакомство с доказательствами, которые в состоянии опровергнуть их убеждения

2. Увидев явно эти доказательства, они зачастую отказываются им верить.

3. Спектр глубоко устоявшихся убеждений всячески искажает смысл каких-либо новых доказательств для того, чтобы трансформировать их до уровня соответствия с имеющими установками. Таким образом, доказательства становятся внутренне выгодными и удобными для дальнейшего использования. Но уже в ущерб истинности вещей и правильности принятия будущих решений.

4. Люди осуществляют тщательный выбор информации для запоминания того, что соответствует их убеждениям.

5. Они всячески стремятся обеспечить защиту своей самооценки.

Мы разобрались с полезностью дивергентного мышления, и в рамках освоения этого блестящего процесса стоит учиться обращать внимание на все то, что впадает в противоречие с нашими убеждениями. Читая книгу, оценивая жизненную ситуацию, задайте себе вопросы: а что, если наши предположения неправильные? А что, если мы полагаем за истину то, что ей на самом деле не является? Что если истина лежит в плоскости, обратной нашим устоявшимся оценкам?

Об умении руководителя «нарушать» план занятия

Составление плана занятия в целом и отработки отдельных учебных вопросов — важнейшее слагаемое подготовки руководителя. От того, насколько продуман и реален избранный руководителем план, во многом зависит успех занятий, особенно в поле с привлечением обслуживающих подразделений, боевой техники, имитационных средств. Но планирование хода занятия является планированием особого рода. Дело в том, что процесс обучения— двусторонний, в нем невозможно заранее предусмотреть реакцию и действия обучаемых по ходу всего занятия, как и невозможно предусмотреть, например, изменения погоды в ходе полевых занятий, которые потребуют изменения плана занятия, или возможные непредвиденные события — поломку мишенного оборудования, неисправности техники и т. п.

Поэтому план занятия не может быть чем-то неизменным; руководитель должен быть готов в зависимости от обстоятельств отойти от своего плана. Руководитель по отношению к своим планам должен проявлять гибкость и свободу, не считать себя связанным планом. Чем опытнее преподаватель, тем решительнее и смелее он отходит от заранее составленного плана в поисках лучшего продолжения занятия.

Но с другой стороны, хороший руководитель вовсе не характеризуется легкой податливостью к тем воздействиям, которые толкают на изменение хода урока. Каждый может вспомнить примеры из опыта собственной учебы, когда преподавателю специально задавались такие вопросы, которые бы отвлекли его от намеченного плана занятия, сократили бы время на проверку обучаемых п т. п. И если руководитель попадается на эту «удочку» и план урока ему ломают обучаемые, это характеризует малоопытного преподавателя. Поэтому необходимо твердо следовать своему плану, решительно и настойчиво проводить его в жизнь до тех пор, пока против него не появится достаточно решительных доводов. Какие из них следует считать основанием для изменения плана занятия, должен подсказать руководителю его опыт и здравый смысл. Если, например, при проведении вступительной части занятия преподаватель установил, что группа обучаемых не выполнила задания— из-за отмены командованием самоподготовки, — а изучение нового материала основывается на решении заданного па самоподготовку расчета, то несомненно правильным будет его решение провести УТИ расчеты сейчас на уроке, изменив свой ранее составленный план.

И можно привести другой пример, когда обстоятельства и твердость руководителя позволили ему выполнить заранее намеченную программу, причем в более трудных и поучительных условиях. Так случилось, что па занятиях по выполнению учебных упражнений по стрельбе из танков ухудшилась погода, начался дождь, затруднились условия для вождения танков. Руководитель занятия на учебном месте в огневом городке — командир взвода — доложил преподавателю предложение прекратить стрельбу и в классе огневого городка провести изучение правил стрельбы.

Преподаватель собрал курсантов, объяснил им необходимость и важность умения вести огонь из танков в трудных погодных условиях, дал советы по особенностям действий экипажей при этом — как должны помогать стреляющему командир танка и механик-водитель; затем сам в роли наводчика успешно выполнил упражнение в присутствии всей группы, Взвод продолжил стрельбу, получил практику действий в трудных условиях и в последующем па контрольных стрельбах получил хорошую оценку.

Разумеется, твердость руководителя в отстаивании своего плана не должна перерастать в упрямство. Если, как это иногда бывает, особенно в присутствии на занятии старших начальников, руководитель, не считаясь с обстоятельствами, не принимает решения об изменении плана занятия, стремится, как ему кажется, показать начальнику свою твердость и требовательность, — значит такой руководитель в действительности не обладает необходимой самостоятельностью и решительностью.

Уместно отметить здесь такую положительную черту опытных командиров. Если старший начальник прибыл на занятия не к началу урока и продолжение его по первоначальному плану может быть для проверяющего недостаточно понятным, следует несколько минут уделить краткому повторению проведенных рапсе объяснений. Можно доложить, что на занятии уже были рассмотрены такие-то вопросы; если надо, кратко повторить их сущность и только после этого продолжить занятие по первоначальному плану. Такие коррективы в ходе урока являются признаком опытности руководителя, его тактичности по отношению к старшим.

Во всех случаях стремление руководителя выполнить свой план занятия не должно приводить к подавлению любознательности и активности обучаемых. Обычно в каждой учебной группе есть обучаемые с критическим складом ума, задающие много вопросов, в том числе и не всегда относящихся к теме занятия; не воспринимающие объяснения и выводы без достаточно убедительных оснований. Таких обучаемых нельзя одергивать и останавливать командирским авторитетом и тем более окриком. Надо суметь использовать их «внеплановые» вопросы для активизации занятия, для поддержания общего интереса, а иногда и но характеру вопросов сделать вывод о внесении изменений в ход урока. Опытные и умные преподаватели обычно знают и поддерживают таких «неудобных» обучаемых как помощников в деле повышения общей активности группы.

Рассмотренное отношение к плану занятия отвергает встречающееся иногда в педагогической литературе сравнение отличного преподавателя-методиста с дирижером оркестра. Мол, у такого руководителя занятие проходит, как по потам у дирижера. Каждый музыкант оркестра имеет партию своего инструмента, определенную партитурой, и весь оркестр строго подчиняется — без каких-либо отступлений — дирижеру от начала до конца исполнения.

Обучаемые па занятии должны активно участвовать в процессе обучения в меру своих индивидуальных возможностей и способностей, со своими особенностями овладения умениями и навыками, со своим характером и темпераментом. Нельзя планом руководителя вес это учесть и предусмотреть. Занятие в некотором роде подобно живому организму, каждое мгновение меняющемуся, и именно поэтому становящемуся эффективным методом познания, Поэтому не строгие дирижерские поты управляют занятием, а гибкий ум преподавателя, чутко реагирующего па все изменения настроения и активности обучаемых и смело — если он считает полезным — изменяющему им же ранее составленный план занятия. Приведем советы по «технике» пользования планом занятия, которые давал своим молодым товарищам по работе один из опытнейших методистов-выстреловцев полковник Н, П. Семиколспов.

«При любом уровне готовности руководителя, — говорил он,— придя на занятие, надо не только не стесняться достать свой конспект, не пытаться посмотреть в пего незаметно для обучаемых, а демонстративно раскрыть его. Пусть обучаемые видят и знают, что преподаватель готовился к занятию, имеет план его проведения. А далее — если в том пет нужды — можно в него и не заглядывать. Но если уж надо что-то в конспекте посмотреть, то делать это следует опять-таки не украдкой, а открыто.

Взять его в руки, прочитать точно цитату, численные характеристики, нужные данные. Нельзя, разумеется, допускать ведения урока, в том числе лекции, дословным чтением текста, не отрываясь от конспекта. Надо учиться свободно излагать материал, видеть обучаемых и их реакцию па ход занятия, стараться понять ее. Тогда можно своевременно почувствовать необходимость дополнения или изменения своего плана занятия».

И еще одно добавление. Когда приходится проводить одно и то же занятие в нескольких учебных группах, опытные преподаватели отмечают, что они в разных группах проводят его, как правило, неодинаково. На изменения каких-то отдельных элементов урока толкают, во-первых, неизбежные различия в составах учебных групп и, следовательно, различная реакция обучаемых на одни и те же приемы руководителя; и, во-вторых, творческое начало, которое обязательно должно быть у преподавателя, — не повторяться, не держаться планов даже удачно проведенных уроков, как застывшей формы, а искать, придумывать новые, более активные пути проведения занятия.

Дисциплина — основа образования

На пути постижения искусства чтения вырабатывается компетенция гениального читателя, состоящая в умениях полного сосредоточения, обращения своего внимания на смысл читаемого текста. По нему можно идти только в том случае, если есть навык и желание к обучению.

Согласитесь с утверждением, что нормальный человек испытывает необходимость в получении знаний. У каждого есть скрытый талант, позволяющий учиться, но родиться с готовыми навыками невозможно, их надо находить и совершенствовать.

Для выполнения этих задач нужна дисциплина! Эта важная категория, на мой взгляд в последнее время незаслуженно предается забвению. Немного отвлечемся. Какие проблемы мы видим в повседневности? Давайте включим телевизор. Только ненадолго, не очень хочется толкать на себя вагон негатива, поэтому стоит лишь быстро ознакомимся с последними новостями.

Итак. Огромное количество ДТП. Среди пострадавших много детей. Водители либо нетрезвые, либо засыпают за рулем, либо просто не умеют вести себя за рулем. Коррупция. Бесконечные дела об отмываниях, хищениях чиновниками бюджетных денег. Мошенничество. Где? В ЖКХ незаконно завышают цены на услуги, ущерб от действий деляг Минобороны «тянет» уже на сотни миллиардов рублей. 

В ГИБДД людям продавали права на управление автомобилями. В различных очень важных министерствах производятся закупки — во-первых, по завышенным ценам, во-вторых не имеющие смысла для блага общества. Хватит.

Все эти «явления» — от отсутствия этой самой дисциплины. Ключ к решению множества проблем в повышении ее уровня, в персональной дисциплине каждого чиновника, финансиста, водителя автомобиля. Нам ее катастрофически перестало хватать. Когда увидите очередной «вопиющий случай» на экране телевизора или просто в своей жизненной практике - подумайте о дисциплине.

Кто, как и почему должен ее исполнять. В большинстве случаев эта дисциплина установлена должностному лицу в силу действующих норм и правил, которые он должен выполнять беспрекословно. Но мало кто их, видимо читает. Или читают — вскользь, не делая выводов. И уж тем более, им не до искусства чтения.

Вдумайтесь  пожалуйста в следующее утверждение: если люди мало владеют навыками чтения и письма, то их главный недостаток — в чрезмерной критичности и невосприимчивости к тому, что пишут другие люди. Чем меньше люди используют слова, тем активнее предъявляют обвинения в заумности окружающих.

А ведь истина очень проста — дисциплинированный разум дает возможность — элементарно читать и писать, выполнять свою работу эффективно и качественно. И даже иметь успех в совершении открытий.

На протяжении всей жизни человек учится. И самый грамотный подход к этому глобальному процессу образования заключается в том, что главенствующая роль в нем отдается дисциплине, при ней отлично осваивается сама техника обучения, приобретаются навыки, с помощью которых дисциплинируется разум.

Любое учебное заведение (школа, институт, университет) можно признать эффективным, если оно дает компетенции самостоятельного продолжения обучения в течении дальнейшей жизни человека. Это отнюдь не квадратные метры аудиторий, количество профессоров или компьютеров — «критерии качества» придуманные для «освоения бюджетных денег».

Чтобы развить такую ценную компетенцию как раз и необходимы искусство чтения и владение методами исследований. Эти составляющие образуют главный инструментарий для интеллектуального обучения, для получения новых знаний.

Как определить целостную структуру книги?

Для постижения  искусства чтения мы ищем свой путь. Продолжаем изучать труд Мортимера Адлера под названием «Как читать книги: руководство по чтению великих произведений». Автор обращает внимание как важно для читателя определить целостную структуру книги и приводит для ясности этого вопроса, несколько ярких иллюстраций.

Целостность книги можно почувствовать только тогда, когда читатель проник в текст всей душой, имея особую установку ума, своими переживаниями и размышлениями проторил себе путь к качественной оценке прочитанного, к воображаемому продолжению произведения.

Это один из важнейших элементов искусства чтения. При каждом перечитывании книги (а это важный элемент в формуле самосовершенствования читательского навыка) в нашем сознании все четче будет просматриваться подробное резюме книги, на основе которого можно ясно будет представить ее структуру.

Мы договорились соблюдать правила чтения, которые помогут выработать  дисциплину мыслительного процесса и культуру ума. Это не так просто, ведет к усталости, но в конечном итоге ведет к успеху, даже счастью от полученных знаний и навыков. Но при этом всегда надо помнить, что дисциплина — основа образования, и только с ней имеет место путь к успеху.

В «Одиссее» Гомера главный герой возвращался на Родину после окончания Троянской войны в течении десяти лет. Его верная жена Пенелопа ждала его дома, «отбиваясь» от поклонников. Гомер подарил миру тщательно выписанную историю, в которой читатели всех поколений узнавали много интереснейших приключений на море и на суше, они насыщены захватывающими нюансами и эпизодами. Это великая качественная история, обладающая единством действия и единой, непрерывной сюжетной нитью, которая логично связывает все составные части произведения.

В «Поэтике» Аристотель говорил, что это верный признак отличного рассказа, романа или пьесы. Воспитатель Александра Македонского и ученик Платона показывает, что «Одиссею» можно пересказать несколькими предложениями.

Царь Итаки, сын Лаэрта и Антиклеи, супруг Пенелопы и отец Телемаха в течение многих лет не имеет возможности вернуться домой, под пристальным надзором Нептуна он находится в изгнании. Дом Одиссея пребывает в упадническом состоянии, враги используют его имущество и против его сына строят козни.

В конце концов сквозь штормы и бури он возвращается домой, побеждает врагов и добивается избавления от угроз, одерживает полную победу.

Аристотель выделил это как суть сюжета, все остальное назвав эпизодами. Весьма полезно тренировать себя составлением подобных описаний сюжетов прочитанных книг. Это еще одна необходимая компетенция искусного читателя.

Мортимер Адлер, в свою очередь, предложил описание изучаемого нами его труда. Итак,  «Как читать книги: руководство по чтению великих произведений» — это книга о природе чтения в общем, о разных видах чтения, и о том, как искусство чтения связано с искусством обучения в учебном заведении и вне его стен.  Автор книги говорит о серьезных последствиях отношения к чтению с пренебрежением для системы образования и предлагает такое решение: книги заменить на одушевленных учителей, если ученики смогут научиться читать самостоятельно.

Конечно, структуру книги, замысел автор может предложить читателю в предисловии. Но не стоит полностью полагаться на него. Помните, что тщательный поиск смысла книги — это обязанность читателя! Чтобы честно исполнить ее необходимо прочесть книгу до конца!

О дисциплине на занятиях

Мы говорили о том, что дисциплина это основа образования, дисциплинированный разум дает немало возможностей для эффективного обучения. Предлагается для изучения и обсуждения опыт преподавателей военных училищ по установлению и поддержанию дисциплины на занятиях.

В одном военном училище за высокую дисциплину проведения занятий отмечали командира взвода лейтенанта Чеснокова, отличного строевика, обладавшего хорошим командирским голосом. Он настойчиво воспитывал у курсантов дисциплинированность, строгое и точное выполнение уставов. Уроки он начинал с проверки курсантов по классному журналу, проводил ее умело и тщательно, требовал строго уставные доклады; приказывал повторить действия, если кто-либо из курсантов вставал по вызову недостаточно четко.

Сам показывал, как надо вставать, отставив заранее стул несколько назад от стола. Выходить к классной доске требовал только строевым шагом, поворачиваться четко, отвечать громко, гляди, как он требовал, «в глаза начальству». Курсанты у него на уроках не держали локти на столах; когда надо было сделать записи в тетрадях, он подавал команду, а закончив, указывал: «Локти со столов — убрать». Вес одновременно садились прямо, «по стойке смирно», как говорили курсанты. Подобным образом он проводил все уроки и особенно строго, если па занятии присутствовал кто-либо из проверяющих.

Можно ли такую форму дисциплины на занятиях признать образцовой? Прежде чем ответить на этот вопрос, расскажем еще об одном офицере. Назначенный па преподавательскую работу с командной должности, он считал необходимым с первого занятия задать тон высокой требовательности, показать с первых минут обучаемым свою твердую командирскую волю.

Иначе, рассуждал он, потом дисциплину не наладишь. Так и начал он свое первое занятие с того, что приказал дежурному повторить доклад, отметив в нем нечеткость и оговорки; по нескольку раз поднимал опрашиваемых, добиваясь быстроты ответов «я», требовал уставных поворотов у классной доски и т. д. На занятиях у пего установилась напряженная, настороженная обстановка, курсанты больше следили за своим внешним поведением, чем за сутью содержания уроков.

Руководитель вскоре почувствовал это и понял, что установление дисциплины на занятиях — это не простые акты немедленных замечаний обучаемым за каждое их отклонение от уставных норм поведения, а что-то более сложное и трудное. Он понял, что иногда его замечание отвечающему о необходимости застегнуть пугоиицу па рубашке, в данный момент совершенно неуместно, и отвечающий на вопрос, и вся аудитория прерывают нить рассуждений, теряется время и ухудшается качество усвоения материала.

Как поступать? Пропускать нарушения формы одежды и другие возможные отклонения от уставов в ходе урока без замечаний? Как обеспечивать и строгую дисциплину, и не отвлекать обучаемых замечаниями по вопросам дисциплины в ходе урока от главной цели занятия? Можно ли соединить эти, казалось бы, несовместимые требования?

Многие преподаватели находят падежные пути их полного сочетания. Во-первых, они не применяют приемы такой внешней дисциплины, о которой мы рассказали в начале. Методика установления такой дисциплины вступает в противоречие с такими принципами обучения, как сознательность, активность и самостоятельность обучаемых.

Во-вторых, большинство опытных преподавателей не стремится подчеркнуть на первом же занятии свою высокую требовательность к обучаемым, не задаются целью «зажать» их с первого урока. В первую очередь, они стремятся заинтересовать, увлечь обучаемых, создать творческую обстановку па занятиях, атмосферу взаимного доверия и уважения. Причем достигают этого не за счет послаблений и снижения требовательности к обучаемым. Умелые офицеры-командиры не оставляют без внимания ни одно нарушение обучаемых, но замечания го ним делают так, чтобы не прерывать хода мыслительного процесса па уроке. Приведем несколько примеров.

На первом занятии в новой учебной группе в докладе преподавателю дежурный курсант допустил неточности, сделал его недостаточно четко. Преподаватель не стал делать ему замечания, начал вступительную часть, затем — основную часть занятия; почувствовал, что с обучаемыми установился контакт, они с интересом участвуют в занятии. Закончив его за несколько минут до звонка, он обратился к курсантам с предложением специально потренировать друг друга в докладе дежурного, чтобы научиться его выполнять красиво, молодцевато — это необходимо уметь каждому будущему командиру.

Он объяснил, какие ошибки допустил дежурный сегодня, сам показал образцово выполненный доклад. Бес это было проделано в дружеской форме и принято не как обидное замечание, а как совет опытного командира. Преподаватель указал затем, кому из курсантов надо привести в порядок прическу, отметил отвечавшему у доски па первом уроке курсанту, что у него па рукаве рубашки нет пуговицы… Обучаемые поняли, что этот преподаватель видит, не пропускает их промахи и доброжелательно требует их не допускать. Как правило, подобная форма поддержания дисциплины па занятиях приносит хорошие плоды. Конечно, некоторые нарушения порядка на уроке надо пресекать немедленно, особенно в тех случаях, когда они связаны с несоблюдением мер безопасности, угрожают исправности приборов, вооружения и т. д.

Научить обучаемых четко вставать и докладывать по уставу при вызове в классе преподаватель может без замечаний и выговоров, своим поведением. Так, после поставленного группе вопроса, когда обучаемые смотрят па преподавателя, ожидая, кто будет вызван для ответа, он сам встает из-за стола, принимает стойку «смирно» и только после этого четко называет звание и фамилию вызываемого для ответа. Как правило, па такой вызов обучаемые отвечают точно по-уставному. Если же руководитель сидит за столом, не называет обучаемых по званию, допускает обращение типа «А ну, Смирнов, доложи», т. с. сам нарушает устав, то и здесь обучаемые следуют его примеру…

Приведем еще один случай действий опытного и умелого преподавателя по воспитанию у обучаемых сознательной дисциплины, основанной па взаимном доверии и уважении. Во время занятий с офицерами запаса на курсах «Выстрел» старший преподаватель огневой подготовки полковник К. С. Хайрулин обратил внимание на то, что один из слушателей занимается посторонним делом. Подойдя к его столу, он увидел задание по высшей математике и листы с начатым решением.

Слушатель и не пытался их скрыть— он явно напрашивался на конфликт. Офицеры учебной группы настороженно следили за тем, что будет дальше. Полковник посмотрел задание и тетрадь слушателя, спокойно спросил, где он учится, и сказал, что после занятия покажет ему, как берется интеграл в нерешенном им примере. После этого он продолжил урок. На перерыве слушатель подошел к преподавателю, извинился за свое поведение и объяснил, что ему через месяц — сразу после окончания сборов на курсах «Выстрел» — надо сдавать сессию в Московском автодорожном институте, где он учился па заочном факультете. Позже полковник Хайрулин помог ему в решении задания — он хорошо знал высшую математику, а затем через начальника курса направил официальное письмо в институт с просьбой перенести студенту-заочнику срок сдачи экзаменов. Все это стало известно слушателям учебной группы и всего курса и послужило лучшим средством воспитания обучаемых.

Отметим еще несколько часто возникающих в практике занятий вопросов, связанных с дисциплиной.

Один из них — как не допускать на уроках разговоров среди обучаемых? Ответ простой — в первую очередь, надо стремиться наполнить каждый урок интересным содержанием, вовлечь в активную сознательную работу всех обучаемых. Если же в какой-то момент возникают среди них разговоры, не надо торопиться делать замечания типа «Разговоры прекратить!». Руководитель должен выяснить и попять причину их возникновения. Можно спросить одного из участников переговоров, какой вопрос они обсуждают? Если он по теме занятия и интересен для всех или большинству обучаемых, можно обсудить ответ на него со всей группой. После чего следует предупредить, что возникающие вопросы надо на уроке задавать преподавателю, а не соседу — это элементарное требование дисциплины занятия. Самому же преподавателю надо критически оценить свои действия — не было ли упущений в его объяснении, в результате которых и возникли вопросы.

Иногда преподаватель может в ходе занятия разрешить обучаемым обсудить друг с другом какой-то интересный проблемный вопрос в течение определенного времени. Обычно такой прием применим при организации занятий по учебным группам, па отдельных рабочих местах, но иногда и в составе всей учебной труппы. В такой обстановке обучаемые часто быстрее «доходят» до сути вопросов, повышается их активность, развивается самостоятельность. Однако преподаватель должен суметь почувствовать пределы эффективности такого приема, вовремя прекратить обсуждение, снова взять руководство занятием в свои руки. «Рабочий шум» при таких обсуждениях, конечно, не является признаком слабой дисциплины.

А как поступать, если в учебной группе находится постоянный «возмутитель спокойствия», часто задающий вопросы, иногда и не очень уместные? Опытные, сильные преподаватели таких обучаемых, как правило, любят, обоснованно считая их возбудителями активности и интереса у всей группы. Нельзя обрывать таких обучаемых резкими замечаниями и, тем более, окриком. Надо разобраться в мотивах таких поступков — ведь не секрет, что бывают сознательные нарушители дисциплины такого типа, пытаюшиеся умышленно увести вопросами преподавателя от темы, особенно от опроса обучаемых и т. д. С такими надо уметь справляться решительно и твердо, дав понять и ему, и всей группе, что преподавателю понятны его маневры, а если требуется, и применить власть командира.

Но если вопросы задает действительно любознательный, хотя иногда и недостаточно выдержанный обучаемый, его интересные вопросы следует одобрять, находить время на их обсуждение со всей группой, по настойчиво учить его выдержке, такту поведения, дисциплине. Хочется привести пример такого «неугомонного» обучаемого — слушателя курсов «Выстрел» 60-х годов майора Г. П. Семенова. В нем сочетались обе указанные выше черты — часть вопросов он ставил, проверяя опытность преподавателя, его умение справиться с неожиданными вопросами, а часть — действительно ему непонятных, возникающих по ходу занятия.

Некоторых преподавателей ему удавалось уводить от плана занятия — они жаловались на недисциплинированность майора Семенова, а большинство умело использовали его активность, привлекали в роли руководителя для занятий на учебных местах и хвалили за проявленный интерес к занятиям. Так своего рода недисциплинированность обучаемого у умелых руководителей занятий служила на пользу дела повышения эффективности обучения.

Установлению отношений взаимного уважения и доверия, что имеет важное значение для обеспечения хорошей дисциплины па занятиях, служит умение руководителя понимать шутки и самому обладать чувством юмора. Сколько недоразумений и конфликтов можно избежать на уроках, если преподаватель сумеет вовремя подбодрить в трудной обстановке обучаемых доброй шуткой; сколько нарушений можго предотвратить не резким замечанием, а мягкой незлой иронией! Педагогика на основании многих сотен лет практики утверждает, что так называемая разрядка на уроках, когда учитель умело отвлекает обучаемых от напряженной работы на несколько минут рассказом интересного и веселого случая, является не просто полезной, а обязательным элементом занятия. Рецептов и готовых наборов рассказов для подобных разрядов нет, да и. не может быть — они должны естественно возникать в ходе занятий, если преподаватель умеет видеть в событиях на уроке юмористические стороны и в нужное время обращать на них внимание всей группы.

Как, например, полезно преподавателю свой неудачно выполненный прием или собственную неловкость в каком-то действии не пытаться скрыть от обучаемых, а отметить вслух, шуточным критическим замечанием самому себе! Так же хорошо обучаемые воспринимают шутки и в свою сторону, если они делаются уместно и доброжелательно вместо официальных замечаний и выговоров. Но, повторяем, что во всех случаях, без исключения, замечания преподавателя должны не унижать достоинство обучаемых, носить открыто доброжелательный характер. Тогда даже остро критическая шутка будет воспринята хорошо, на пользу общему делу.

Непосредственное отношение к установлению хорошей дисциплины обучаемых на занятиях имеет умение преподавателя вовремя начинать, делать перерывы и закапчивать занятия. Личная строгость и точность руководителя в соблюдении распорядка времени на занятиях имеет важное воспитательное значение.

На классные занятия желательно входить в аудиторию точно по звонку. Попытки начать урок на несколько минут раньше, как правило, не дают положительных результатов — обучаемые психологически не бывают готовы к занятию. И недопустимо, конечно, опоздание; никакие — даже веские причины по мнению преподавателя, не оправдывают его перед обучаемыми.

В полевых условиях, прибыв к месту занятия, во вступительной части следует четко указать порядок работы и время перерывов (например, не по часам, а по окончании стрельбы пли вождения таких-то смен и т. п.). Умение руководителя строго соблюдать установленное время для работы па учебных местах, вовремя заканчивать занятие (с учетом необходимого времени па приведение в порядок материальной части, следования в расположение и т. д.) — показатель его методического мастерства.

Уместно привести в связи с этим пример из практики одного преподавателя курсов «Выстрел». Ведя раздел огневой подготовки с офицерами, преподавателями военных училищ, он стремился дать слушателям возможно больший объем знаний в отведенное программой время; занятия проводил — по единодушной оценке слушателей — очень интересно, используя каждую минуту времени «от звонка до звонка».

Однажды, как он рассказал позже товарищам, преподавателям, он закончил занятие с учебной группой в огневом городке курсов точно по расписанию и возвращался с одним из слушателей, его бывшим сокурсником по академии. Тот по-дружески передал ему просьбу всей группы — заканчивать объяснения не по звонку, а хотя бы за 5—10 минут до него, чтобы слушатели могли задать возникшие вопросы, повторить что-то наиболее важное и т. д. Последние минуты они уже все равно плохо слушают повое, хочется подвести итог, обобщить уже полученные знания.

Наконец, надо учитывать и время на переход к местy последующих занятий, необходимость зайти в туалет, покурить и т. п. Преподаватель на всю последующую работу учел эту разумную просьбу, правильно принял ее, как обязательное требование к личной дисциплинированности руководителя занятий.

Как видим, воспитание и поддержание дисциплины не является каким-то самостоятельным приемом, это составная часть повседневной деятельности преподавателя, обязательный элемент его общей педагогической культуры, командирского такта, опыта и ума.

У хорошего военного преподавателя на занятиях естественно устанавливается хорошая дисциплина — не показная внешняя, а внутренняя сознательная, основанная на взаимном уважении обучаемых и преподавателя, па честном отношении к воинскому долгу с обеих сторон.