Библиотеки и книгоиздание на Урале

К середине XIX в. собраниями книг по-прежнему располагали монастыри, однако в них почти не осталось рукописей и изданий XVI—XVII вв.

Значительной но объему и интересной по составу была библиотека Вятской духовной семинарии.

Многотысячным книжным фондом по-прежнему располагали старообрядцы — крестьяне, жители заводов, купцы и мещане. Часть книг принадлежала старообрядческой общине, по многие являлись личной собственностью ее членов.
Немало библиотек было на уральских заводах и в учреждениях горного ведомства.

В 1802 г. открылась библиотека Главной конторы Екатеринбургских заводов. В библиотеке при Выйском училище в 1821 г. имелось 2 512 томов. Значительными по объему были личные библиотеки некоторых служащих Нижнетагильских заводов.

В принявшей первых читателей в 1812 г. библиотеке училища при Чермозском заводе Лазаревых к 1848 г. находилось 2 354 книги.

В это время созданы первые публичные библиотеки в Перми и Сарапуле (1835 г.), Уфе (1836 г.), Вятке (1837 г.), Кунгуре (1840г.). В некоторых городах библиотеки, ставшие позднее общедоступными, начинали действовать как ведомственные — например, первая в Оренбурге библиотека губернской канцелярии (1854 г.). Несколько частных библиотек владельцы предоставили для общего пользования в конце 50-х гг. XIX в. (А.И. Иконников и А.Г Воскресенский в Перми, Л.Л. Красовский и др.).

В 1854 г. усилиями А.Н. Зырянова и Д.Д. Смышляева в с. Иванищевском Шадринского уезда была устроена библиотека для крестьян.

Значительные по объему личные библиотеки были не только в губернских городах и крупных заводских центрах, но и у жителей отдаленных уездов, к примеру, в библиотеке верхотурского купца Я.Я. Кузнецова насчитыва- лось не менее 1 890 томов.

Вслед за созданной ранее пермской типографией появились типографии в Уфе (1801 г.), Екатеринбурге (1803 г.), Оренбурге (1827 г.). Они печатали казенные бумаги, а иногда и книги. В начале века в уральских типографиях были изданы труды Н.С. Попова, И.Ф. Германа, И.В. Жуковского, В. И. Даля, В.М. Черемшанского и др.

Начало периодической печати в крае было положено изданием с 1838 г. «Оренбургских губернских ведомостей» (до 1865 г. они выходили в Уфе).

Труды, изданные уральскими типографиями:

Попов К.С. Историческо-географическое описание Пермской губернии, сочиненное для атласа 1800 г.
Пермь. 1801.
Хозяйственное описание Пермской губернии.
Пермь. 1804.

Герман И. Ф. О составлении народных таблиц.
Екатеринбург. 1808.
Описание заводов, под ведомством Екатеринбургского горного начальства состоящих.
Екатеринбург. 1809.
Историческое начертание горного производства в Российской империи.
Екатеринбург. 1810.

Жуковский И. В. Краткое обозрение достопамятных событий Оренбургского края, расположенных хронологически с 1246 по 1832 год.
Оренбург. 1832.

В. И. Даль. Естественная история Оренбургского края (Перевод с нем. Книги Э.А. Эверсмана).
Оренбург. 1840.

В.М. Черемшанский Описание Оренбургской губернии в хозяйственно- статистическом, этнографическом и промышленном отношениях.
Уфа. 1859.

Литература, литературные фольклорные жанры, книжность на Урале

Многие литературные произведения, созданные на Урале в XVIII в., продолжали развивать жанры, традиционные для древнерусской литературы допетровской эпохи.

И монастырских центрах крал были созданы «Вятский летописец» (или повесть «Остране Вятской») и «Вятский временник», написанные неизвестными авторами на рубеже веков, а также «Известие об основании Далматовского монастыря», принадлежавшее перу архимандрита этой обители Исаака Мокринскога (начало XVIII в.).

В городах Пермского Приуралья продолжало развиваться городовое летописание. Агиографическая литература пополнилась в конце XVII — начале XVIII в. «Житием Симеона Верхотурского».

Старообрядческая литература XVIII в. была представлена историческими сочинениями, в которых излагалась история возникновения старообрядчества и его дробления на толки и согласия, по-своему осмысливались причины раскола русской православной церкви и споров внутри поборников «старой веры», рассказывалось о поселении старообрядцев на Урале и т. д.

Чаще всего сочинения старообрядцев были рукописными. К самым ранним датированным сочинениям по истории уральского старообрядчества XVIII в. относится «Письмо из Сибири» нижнетагильского иконописца Тимофея Заверткина (вторая половина 1760-х гг). Автор сообщает в нем обстоятельства переселения староверов Керженца на Урал и пишет об отношении к священникам, перебегавшим из лона официальной церкви к старообрядцам.

Автором другого крупною исторического произведения «Описания о предках наших» был инок Максим, известный на демидовских заводах Среднего Урала старовер, инициатор крупного старообрядческого собора (съезда) 1777 г. близ Певьянского завода.

Выдающейся фигурой «крестьянского» направления в историко-литературной традиции уральских раскольников был Мирон Галанин — автор «Истории про древнее благочестие», «Рукописи о древних отцах», «Послания о вере» и ряда писем, адресованных единоверцам.

В старообрядческой среде создавались и переписывались сборники полемического, нравоучительного и эсхатологического характера, зачастую имевшие обличительную направленность против правительства, господствующей церкви, бытовых новшеств.

Литературный фольклор, носителями которого были крестьяне, казаки, мастеровые люди, представлен в этот период историческими преданиями о Крмаке и Степане Разине, социально утопическими легендами о царях-избавителях, о «подменном царе» и царе-анти Христе и др.

Образ Пугачева в уральском фольклоре XVIII в. занимал относительно скромное место, так как и после подавления пугачевского восстания многие продолжали считать казненного вождя не Пугачевым, а императором Петром III.

Распространенным жанром устного творчества были духовные стихи религиозно-нравственного, назидательного содержания, исполняемые нараспев и популярные в широких слоях простонародья, но особенно ценимые старообрядцами.

Особое место в истории культуры России занимает созданный Низшей Даниловым сборник «Древние российские стихотворения». В нем представлено свыше 150 эпических героев, библейских и демонических персонажей, исторических деятелен, чьи образы хранил русский фольклор.

Этот сборник был первым опытом записи былин к исторических песен в России и до сих пор является научно значимым источником но истории культуры русского народа.

Почти все перечисленные выше литературные произведения были достоянием культуры народных масс, рядового населения: крестьян, мещан, купцов, провинциального приходского духовенства, мастеровых, мелких служащих и т. д. «Просвещенное» дворянство, верхушка офицерства и чиновничества Урала с некоторым пренебрежением относились к подобного рода литературе.

И XVIII в. на Урале появляется значительное число частных, корпоративных и ведомственных библиотек и книжных собраний. В книжных собраниях мещан, священнослужителей, горных мастеров, солдат, ямщиков, работных людей, крестьян и канцеляристов края содержались беллетристические сочинения, богослужебные и религизно-нравоучительные книги, учебная литература, издания технического и естественнонаучного характера, копии законодательных актов.

Более значительными но количеству и составу были частные библиотеки богатых заводовладельцев, чиновников, священнослужителей высокого ранга, лидеров старообрядчества. У каждого представителя рода Строгановых насчитывалось но нескольку сотен томов, крупными книговладельцами были Демидовы.

О размерах библиотеки В.Н. Татищева можно судить но одному факту: в 1737 г. он передал из своих фондов свыше 600 томов в дар Екатеринбургской горной школе. Многие из книг его библиотеки принадлежали ранее старообрядцам.

Из высших церковнослужителей XVIII в. внушительным личным книжным собранием обладал вятский епископ Лаврентий Горка.

Более скромные библиотеки имелись в старообрядческих скитах и молельнях, несколько десятков рукописных и старопечатных книг хранились у крупных деятелей урало-сибирского старообрядчества. Заметными центрами книжности на Урале долгое время были монастыри. Книжное собрание Пыскорского Спасо-Преображенского монастыря к началу XVIII в. насчитывало 192 книги (главным образом печатные, в том числе украинского и белорусского происхождения), в Хлыновском Успенском монастыре к 1764 г. хранилось 183 книги, а библиотека Соликамского Вознесенского монастыря к 1777 г. Выросла с начала века с 83 до 108 книг.

Библиотеки монастырей Среднего Урала и Зауралья были меньше. С западноуральскими монастырями в этом отношении мог сравниться только Далматовский-Успенский (174 книги по описи 1730 г.). Невьянский Богоявленский монастырь располагал в 20-е гг. XVIII в. 43 томами, а Верхотурский Николаевский — 67 томами.

Книги были в основном печатными, богослужебными. Книгами гражданской печати и светского содержания обладали светские учебные заведения, административные канцелярии, они имелись в личных собраниях заводовладельцев, горных чиновников и офицеров, встречались и у представителей рядового населения.

Все они были привозными, изданными в Петербурге и Москве, либо за границей. Только в 1792 г. В Перми при наместническом правлении появляется первая уральская типография. Главным ее предназначением было обслуживание административных потребностей губернских властей.