Баньян

В древности было известно семь чудес мира: пирамиды египетских фараонов, висячие сады в Вавилоне, ефесский храм Артемиды, статуя олимпийского Зевса, надгробный памятник царя Мавсола, колосс Родосский и маячная башня в Александрии.

Восьмым чудом, чудом природы, можно было считать баньян из Индии, страны чудес. Подумать только, как быстро развивается и растет он. Из его маленького семени, занесенного птицей на дерево и проросшего, как эпифит, со временем, довольно быстро, получается огромная роща — дерево баньяна из сотен и тысяч столбовидных корней с громадной единой кроной на добрых полутора гектарах территории!

Баньян относится к семейству тутовых, к которому причисляют многие полезные деревья, в том числе шелковицу, или тут, и инжир, или смоковницу, иногда называемую винной ягодой. По-латыни баньян зовется фикус бенгалензис, т. е. фикус бенгальский. Это название сразу же напоминает вам о его ближайшем родиче — комнатном фикусе, который так часто красуется в наших квартирах, привлекая взор своими толстыми крупными кожистыми листьями.

Комнатный фикус называют иногда каучуковым деревом, так как при поранении из него течет белая жидкость, липкая от каучука. Листья баньяна похожи на листья домашнего фикуса.

Рассмотрим жизнь бенгальского фикуса, или баньяна. Липкое семя баньяна попало в трещину коры одного из тропических деревьев. Его принесла сюда случайно птица. Растение стало жить самостоятельно, как эпифит, оплетая своей кроной крону хозяина. А в это время вниз оно пустило множество корней, которые быстро достигают почвы и там ветвятся. И тут приходит гибель дереву-хозяину, приютившему баньян. Эти тяжи-корни баснословно быстро утолщаются и через десяток лет превращаются в столбы 10—20-сантиметровой толщины. А в это время крона разрастается дальше по горизонтали и пускает новую армию корней вниз. Так образуется из одного семени со временем многоходульное растение, как отдельная роща, но единое по существу.

В ботаническом саду Калькутты баньян в возрасте 150 лет образовал крону стометрового диаметра, а его корни-столбы достигли в окружности 5—6 метров и более! Там же можно встретить и многообхватные деревья родного брата баньяна — фикуса религиозного. Он служит убежищем обезьян. Этих прожорливых зверьков насчитывается в тропиках десятки миллионов, и они наносят заметный ущерб садам. Но вернемся к описанию баньяна. 2300 лет тому назад греческий ученый Феофаст в своем «Исследовании о растениях» писал: « В индийской земле есть так называемая «смоковница», которая… ежегодно пускает корни из своих ветвей, причем не из молодых, а из прошлогодних и еще более старых. Корни эти, вросши в землю, образуют как бы ограду и превращают его в своеобразный шатер, в котором обычно живут и люди. Корни эти отличаются от побегов: они белее, в волосках, кривы и безлистны Вершина этого дерева густолиственна!»

Наш известный ученый-фитопатолог и путешественник М. С. Дунин в своей увлекательной книге «По Афганистану, Пакистану, Индии» сообщает: «Оказавшись под одним из таких баньянов в Бенгалии, я долго ходил в его тени, как в густой роще. Обходя это дерево рощу, я насчитал у него 800 стволов. Но то были не все, а только часть стволов этого удивительного баньяна, конечно, отнюдь не единственного в Индии. Это дерево давало тень, площадь которой превышала гектар. Центральный ствол дерева отмер в.результате заражения его грибом. Но все вторичные, третичные, четвертичные и иные стволы были свежи и крепки и продолжали расти; по свидетельству местных жителей, это дерево было еще очень молодо. Ему не было даже и трехсот лет».

Не редки баньяны еще больших размеров. Самый большой из всех баньянов, это дерево-богатырь среди богатырей, имел 4300 «стволов», в том числе 1300 крупных. Его могучий центральный «ствол» достиг в поперечнике десяти метров. Под шатром такого дерева, считавшегося в Индии священным, отдыхали отряды по шесть тысяч человек одновременно. Этому баньяну было безусловно более пятисот лет. Все время обновляясь, этот баньян мог существовать неопределенно долго, пока какое-либо стихийное бедствие, например ужасный шторм (как это было с баньяном на острове реки Нербудда), не уничтожит всю систему дерева-рощи.

Что мы видим? Как легко можно ошибиться, определяя возраст баньяна! У него со временем происходит обновление, старый стебель, часть кроны и корень разрушаются, а вырастают и развиваются новые, более молодые. Поэтому очень часто возраст таких гигантов растительного мира преувеличивают, и тому могут быть две причины: недоучет этой смены поколений и недоучет быстроты роста этих растений во времени. В природе такие смены нередки и многообразны. Это случается и с растениями более северных широт. Кусты дикорастущего шиповника коричного по берегу реки Вятки в Кировской области встречались много лет.

Но если вы срежете такой куст, то увидите в нем один усыхающий пяти — семилетний стебель, один здоровый и плодоносящий стебель в возрасте 3—4 лет и 1—2 порослевых однолетних побега. При этом можно видеть, что плодоносящие ветви пригнулись в сторону, а порослевины-однолетки выскочили своими верхушками кверху, до высоты всего куста. И так из года в год, из десятилетия в десятилетие происходит непрерывная смена стеблей и корневых систем определенной особи шиповника, но фактически возраст данных стеблей и данной корневой системы едва достигает 5—7 лет.

Мной в дендрарии на определенном месте был посажен сеянец шиповника войлочного, с точной датой посадки.

Со времени учета прошло около двенадцати лет. И что же оказалось? Куст шиповника имел десять стеблей, в том числе один шестилетний усыхающий, пять плодоносящих стеблей 4—5-летнего возраста, два трехлетних стебля, только начавших плодоносить, и два порослевых одно-двухлетних побегов. Таким образом, и здесь происходило обновление с изменением возрастов. Изменения шли так же, как у гиганта баньяна, но только у того периоды охватывали сотни лет, а у шиповника — не более десятка.

Приведу еще пример с саксаулом. Саксаулы растут в пустынной зоне Казахстана и Средней Азии. Это белый, или песчаный, саксаул, и черный, или солончаковый, саксаул. Встречается еще саксаул кустарниковый. Если разжевать побеги белого саксаула, то они горчат, а у черного — явно соленые. Саксаул растет корявым деревом, с коленчато расходящимися ветвями; веточки у него членистые, ломкие, а листьев почти не видно. Они заменены у белого саксаула чешуйками с пленчатым краем, а у черного — бугорками.

Саксаул полностью приспособился к жизни в пустыне. Раньше говорили о медленном росте саксаульников. Но это оказалось не так. Стволы саксаула образуют ложные кольца, поэтому определение возраста по «им затруднено. Здесь можно жестоко ошибиться. Саксаул растет довольно быстро, особенно в первые годы, даже месяцы, когда выходит из зоны засыпания песком. Его разводят обычно семенами. Плоды у саксаула несколько мясистые, с 3—5 пленчатыми крылышками. Ветер может разнести плоды на далекое расстояние.

Белый саксаул является типичным представителем песчаных пустынь, где растет на бугристых и грядовых песках. Он не требователен к почве и влаге, так как обладает мощной корневой системой, уходящей глубоко вниз и в стороны. Саксаул хорошо переносит жару. Летом почва так накаляется в саксаульниках, что даже ящерицы не могут оставаться на ней и забираются на веточки деревьев. Иногда в саксаульнике поближе к реке можно встретить красивых фазанов.

После вырубки саксаула пески приходят в движение, чем причиняется большой ущерб населению. Черный саксаул более часто обитает на древних террасах больших рек с солончаками или солонцовыми глинистыми почвами. Растет он и в котловинах с засоленными песками. Этот вид лучше переносит избыток солей, чем белый саксаул. Спутниками саксаула являются различные кустарники из рода солянок и рода джузгуна. Нередко можно увидеть и травянистые солянки и многие виды эфемерных растений, чья жизнь заметна лишь весной. Леса из саксаула дают ценную древесину. При сгорании она образует много тепла и оставляет долготлеющий уголь. Молодыми побегами питаются верблюды и овцы.

Саксаулы — ценные охранители песчаных пустынных просторов, они наиболее крупные представители флоры среднеазиатских пустынь. В настоящее время саксаульники создаются в местах для защитных и хозяйственных целей, особенно около каналов.

Б.В. Гроздов