В последние годы жизни Ивана Грозного была завоевана Сибирь. Покорение Сибири значительно расширило пределы русского многонационального государства. До завоевания Московским государством Сибири она находилась под властью воинственного сибирского хана Кучума и его многочисленных князей. Кучум и его князья неоднократно нападали и разоряли восточные окраины Московского государства и «землю Пермскую».

Это обстоятельство беспокоило Московское государство. Однако, занятое ведением Ливонской войны, оно не могло вплотную приступить к обороне своих восточных границ. Богатые купцы Строгановы, владельцы обширных поместий в Пермской земле, снарядили на свои средства экспедицию донских казаков во главе с Ермаком для борьбы с Кучумом. Дружина Ермака состояла из 840 человек. Вооружена ома была дробовыми ружьями, небольшими скорострельными пищалями и, кроме того, имела три пушки среднего калибра. Ермак водным путем по р. Чусовой пошел «воевать Сибирь».

До Кучума дошли сведения, что пришли «русские воины, стреляющие из луков огнем и громом смертоносным уязвляют до смерти, что нельзя защищаться никакими ратными доспехами, все пробивают навылет». Этих сведений для Кучума было достаточно, чтобы начать поднимать все «Сибирское /царство» против пришедших русских воинов со страшным «огнем и громом». Встреча Ермака с войсками Кучума произошла на берегу р. Тобол, близ урочища Бабасан. Ермак высадился на берег и хотел решительной атакой овладеть укреплениями Кучума.

Войска Кучума опередили Ермака, вышли навстречу и начали «немилостиво наступаху на конях, копейным поражением и острыми стрелами казаков уязвляют вельми». Тогда Ермак решил ввести в ход пушки, «нача стреляти из пищалей своих и из пушечек скорострельных и из дробовых и из затинных». После «пищального грому» Ермак атаковал позиции Кучума, и в результате ожесточенной схватки войска Кучума были разбиты и «вдашася бегству». В дальнейших своих походах, несмотря ни на какие трудности, Ермак возил с собою пушки, умело применял их против войск Кучума, нанося им сильное поражение артиллерийским огнем.

Н. Г. ПАВЛЕНКО

Изменение политической ситуации на восточных окраинах Русского государства во второй половине XVI в.

После взятия Казани Иваном IV бий (князь) Большой Ногайской Орды Исмаил в 1554 г. выразил свою покорность Ивану IV Грозному.

В начале 1555 г. в Москву прибыл бек Едигер, готовый стать вассалом русского царя и платить ему дань в обмен на военную помощь против Кучума. После затянувшихся переговоров русское правительство утвердило договор, согласившись на ежегодную дань в 1000 соболей, а Иван IV прибавил к своим пышным титулам еще один — «всея Сибирский земли повелитель».

Из-за начавшейся Ливонской войны Москва не оказала военной помощи Едигеру, и добровольного и бескровного присоединения Сибири к Русскому государству не произошло.

В 1563 г. Отряды Кучума штурмом взяли город Сибирь и сожгли его. Сам бек Едигер и его брат Бекбулат были убиты, а на месте Тайбугидского княжества возникло новое татарское государство — Сибирское ханство, находившееся в вассальной зависимости от Узбекской державы шейбанидов, столица которой находилась в Бухаре.

Сибирское ханство — государство в Западной Сибири, образовавшееся в конце XV в. в результате распада Золотой Орды.

Между тем в 1555—1556 гг. к России добровольно присоединилась основная часть Башкирии. Под властью сначала Тайбугидов, а потом сибирских ханов остались лишь зауральские башкиры.

В 1556 г. пала Астрахань. Через год в состав Русского государства вошли также все прикамские удмурты, которые были приравнены по своему положению к вятским черносошным крестьянам. К 1563 г. зависимость от Москвы окончательно признала Большая Ногайская Орда. В 1571 г. формально выразил свою покорность русскому царю и сибирский хан Кучум, который вел в это время тяжелую борьбу с Казахской Ордой.

В отечественной исторической науке отдельное внимание уделяется биографическим исследованиям, связанным с деятельностью видных исторических персоналий. Жизненный и научный путь одних из виднейших представителей истории Сибири – Николая Алексеевича Абрамова и Александра Ивановича Сулоцкого очень богат.

По данным причинам именно эти исторические персоналии раскрываются в научном исследовании. Во второй половине XIX в. в российском обществе пробудился интерес к истории не только отечественной, но, в большей мере, к местной. Стало зарождаться сибирское краеведение, в основе которого лежал нравственно-религиозный императив, изучение исторических судеб, природноклиматических особенностей своего края, языка, культуры, мировоззренческих ценностей и этических норм населяющих его народов [5]. Большинство исследователей имели высшее духовное образование, первичные навыки научной деятельности, полученные в учебных заведениях Русской православной церкви. Перемещаясь по сибирским городам – на новое местожительство или продвигаясь по службе, они активно занимались сбором, обработкой и опубликованием различных источников, сведений, сюжетов, связанных с сибирской историей. Из крупных имен, занимавшихся активно изучением истории Сибири в середине XIX в. традиционно упоминаются А.И. Сулоцкий, Н.А. Абрамов.

В современной историографии высокие оценки научно-публицистической и краеведческой деятельности Н.А. Абрамова и А.И. Сулоцкого сохраняются. Ссылки на их труды находим в многочисленных научных исследованиях. Н.А. Абрамов приступил к занятиям по изучению краеведения в 1836 году, войдя в кружок, сгруппировавшийся вокруг историка, публициста П.А. Словцова, автора бесценного историкокультурного памятника «Историческое обозрение Сибири» [5]. Довольно длительное время он был сподвижником П.А. Словцова, занимался сбором источников, помогая ему в работе. Интерес к изучению краеведения у А.И. Сулоцкого появляется с 1868 года, когда он становится в числе членов учредителей общества исследователей Западной Сибири [11].

Изучая жизненный путь Н.А. Абрамова и А.И. Сулоцкого, стоит отметить, что он были весьма нелегким. Н.А. Абрамов родился в семье священника в 1812 году, в г. Кургане Тобольской губернии. Учился в Курганском народном уездном училище, а затем в 1823–1826 гг. – в Тобольском духовном училище, в 1826 году – в Тобольской духовной семинарии, которую окончил в 1832 году. Именно в период обучения в семинарии он стал заниматься сбором сведений по истории Сибири. Как лучший ученик, он имел все шансы отправиться на обучение в Духовную академию. Архимандрит Иона рекомендовал его в качестве абитуриента из числа выпускников, отсылаемых в одну из трёх академий.

Однако тяжёлые жизненные обстоятельства испортили все его планы. В 1826 году скончался его отец, и семья, в которой было четверо детей, осталась без средств к существованию. Н.А. Абрамов был переведён на казённокоштное содержание, подрабатывал частными уроками арифметики, грамматики, священной истории «для чиновничьих, мещанских и купеческих детей, чем пытался хотя бы в небольшой мере помочь матери прокормить своих малолетних сестёр и братьев». В результате он вынужден был отказаться от предложения поступить в медицинскую академию [7]. Н.А. Абрамов начал службу учителем Тобольской духовной семинарии, в 1836 году поступил преподавателем истории и географии в Тобольское уездное училище. В 1842–1852 гг. продолжал службу в Министерстве народного просвещения в звании смотрителя уездных училищ – Берёзовского (1842–1849 гг.), Ялуторовского (1849–1851 гг.), Тюменского (1851–1853 гг.). По инициативе Н.А. Абрамова, в Тюмени было открыто женское училище – одно из первых в Сибири. В Березове Абрамов служил 7 лет и 8 месяцев – с 15 февраля 1842 г. по 22 октября 1849 г., в Ялуторовске – с 22 октября 1849 г. по 24 февраля 1851 г., а в Тюмени – с конца февраля 1851 г. почти до конца мая 1853 года. Таким образом, Н.А. Абрамов проявил свой многогранный талант педагога, организатора школьного образования в ряде сибирских городов.

А.И. Сулоцкий родился в 1812 г. в селе Сулость Ростовского уезда Ярославской губернии в семье бедного причетника. Образование получил в Ярославской духовной семинарии, из которой как лучший ученик был отправлен за казенный счет в Санкт-Петербургскую духовную академию (1883– 1837 гг.). Окончив академический курс со степенью кандидата богословия, А.И. Сулоцкий был определен в 1838 г. учителем церковной истории и греческого языка в Тобольскую духовную семинарию, где также исполнял обязанности библиотекаря. В Тобольске А.И. Сулоцкий знакомится с известным сибирским историком П.А. Словцовым и его ближайшим учеником, краеведом Н.А. Абрамовым [11]. А.И. Сулоцкий откровенно признавал, что его принадлежность к духовному ведомству зачастую только мешала его исторической и публицистической деятельности.

Чтобы не иметь неприятностей с духовными цензорами, он вынужден был публиковать статьи под псевдонимом – Ф. Петухов. Работы А.И. Сулоцкого в духовном журнале «Странник» были удостоены похвалы от известных церковных деятелей XIX века, например, от преосвященного Владимира [8]. Архиепископ Феогност (Лебедев) прислал милостивое благодарственное письмо с рекомендацией заняться написанием истории Сибири и особенно Тобольской епархией. Исследуя педагогическую деятельность А.И. Сулоцкого, можно с уверенностью сказать, что он внес огромный вклад в развитие Сибирской военной школы. В 1848 г. по совету Тобольского архиепископа он был назначен законоучителем в Омский Сибирский кадетский корпус.

Стоит отметить, параллельно со своими служебными обязанностями, он занимался научными исследованиями. Огромный вклад в изучение севера Западной Сибири внесен Н.А. Абрамовым в работе «Описание Березовского края», где приводятся сведения об истории г. Березова, обычаях местного населения, их культуре, а также о ссылке государственных деятелей, например, таких как А.Д. Меншиков, А.Г. Долгорукий, А.И. Остерман [3]. В исследовании А.И. Сулоцкого «Описание Березовского уезда» проводится сравнение особенностей быта и образ жизни, культуры русских крестьян, кочующих «остяков» и «самоедов». [9]. Благодаря статье А.И. Сулоцкого, можно и представить образ женщины-самоедки: «…несмотря на кочевую жизнь и окружающие их жестокие морозы свирепого Севера, имеют довольно нежные и приятные черты лица, и весьма многие из них в сем отношении не только могли бы быть украшением столиц, но даже образцами красоты для живописцев и ваятелей» [11].

Таким образом, Н.А. Абрамов и А.И. Сулоцкий исследовали территорию Тобольского Севера, описывая этнографические особенности местного населения, условия их проживания. Сибирские историки церкви собрали довольно подробные биографические данные по Тобольским и Сибирским епископам, архиепископам и митрополитам (составлены биографии митрополита Сибирского и Тобольского Корнилия, Иоанна (Максимовича), архиепископа Киприана (Старорушанина). Как отмечал А.И. Сулоцкий: «…Покойным Н.А. Абрамовым много написано биографий сибирских иерархов и составлено разных статей по сибирской иерархии, но они не собраны вместе, напротив, все разбросаны по разным журналам и газетам…» [10].

Создавая образы исторических деятелей в биографических статьях о тобольских архиереях, сибирских губернаторах, исторических личностях, сыгравших свою роль в сибирской истории, Н.А. Абрамов сам стал героем литературной биографии. Характеристика инспекционных поездок архиереев как одной из форм епархиального управления на примере Тобольской епархии сохраняется в биографических очерках Н.А. Абрамова. «…Основоположник исторического краеведения в Сибири не только обобщал и излагал доступный ему документальный материал, но и был непосредственным свидетелем и участником встречи архиепископа Георгия (Ящуржинского) в Березове в 1846 и 1848 гг.

Поэтому он имел возможность поделиться личными впечатлениями о поездке преосвященного в г. Тобольск…» [2]. Очерки А.И. Сулоцкого об Антонии (Знаменском), Евгении (Казанцове), Георгии (Ящуржинском), насыщенные массой сведений из документов семинарского и консисторского архивов, имеют не только историографическое значение. Например, А.И. Сулоцким были записаны воспоминания людей, сопровождавших епархиальных архиереев во время поездок на Тобольский Север, в частности, архиепископа Антония, приводятся данные из несохранившихся до настоящего времени архивных источников [1; 4]. А.И. Сулоцкий и Н.А. Абрамов помимо сбора биографических сведений о Тобольских и Сибирских епископах, архиепископах и митрополитах занимались историей храмов и монастырей.

Сибирские города авторам виделись как активные духовные центры. А.И. Сулоцкий утверждал, что храмы в Сибири часто возникали на местах контактов с аборигенным населением, когда на самых людных, чаще всего торговых и меновых, точках в качестве своеобразной меты ставился крест. Со временем его место занимала часовня, затем храм или собор, а в некоторых случаях и монастырский комплекс [11]. В работах сибирских историков дано описание тобольского Софийско-Успенского собора, тобольского Знаменского и Абалакского монастырей и многих других церковных сооружений. Стоит отметить просветительский вклад Н.А. Абрамова в географическое и этнографическое изучение Березовского края, топонимики Тобольской губернии [5]. Таким образом, исследуя деятельность Н.А. Абрамова и А.И. Сулоцкого можно сделать вывод, что они сыграли огромную роль в становлении исторического краеведения в Сибири. Изданные ими труды до сих пор не утратили своего научного значения.

Литература

1. Абрамов Н.А. Амвросий II Рождественский, архиепископ Тобольский и Сибирский. 1822–1825 // Странник. 1869. Т. IV. С. 5–14.

2. Абрамов Н.А. Георгий Ящуржинский, архиепископ Тобольский и Сибирский (1845–1852 гг.) // Странник. 1868. Т. III. № 8. Отд. I. C. 63–93.

3. Абрамов Н.А. Город Тюмень: Из истории Тобольской епархии. Тюмень: СофтДизайн, 1998, 576 с.

4. Абрамов Н.А. Евлампий, архиепископ Тобольский и Сибирский // Странник. 1869. Т. I. Отд. 1. С. 103– 115.

5. Бычков С.П. Церковно-историческая наука Западной Сибири в лицах. «Высокочестный деятель на Ниве просвещения» и науки Николай Алексеевич Абрамов // Вестник Омского государственного университета. 2017. №3. С. 329-336.

6. Вибе П.П. Сулоцкий Александр Иванович (1812–1884) // Вибе П.П., Михеев А.П., Пугачева Н.М. Омский историко-краеведческий словарь. М.: Отечество, 1994. С. 258–259.

7. Митрофанов В.В. Очерки по истории Тобольска, Березова и Сургута в XX веке: монография. Екатеринбург: Форт-Диалог-Исеть, 2006. 238 с.

8. Сулоцкий А. Жизнеописание Афанасия, архиепископа Тобольского и Сибирского // Странник. 1867. С. 5–57. 9. Сулоцкий А. Миссионерства Березовского края – Обдорское, Кондинское и в особенности Сургутское // Странник. 1869. Т. 3. № 8. Отд. V. С. 102–115.

10.Сулоцкий А.И. Сочинения, в трёх томах. Т. 2. О сибирском духовенстве. Тюмень: Издательство Ю. Мандрики, 2000. 501 с. 11.Чупин В.А. Предисловие // Сулоцкий А.И. Сочинения, в трех томах. Т. 1. О церковных древностях Сибири. Тюмень: Издательство Ю. Мандрики, 2000. С. 16–18.

Л.В. Гузик

Накануне «Сибирского взятия»

К 60-м гг. XVI в. Югра перестала выплачивать дань Москве, поскольку московское правительство, все более увязая в Ливонской войне, не имело возможности целенаправленно проводить северо-восточную политику. Однако экономические связи с жителями Нижнего Приобья продолжали активно развиваться.

К тому времени русские поморы уже прочно освоили путь в далекую Матазею, пролегавший вдоль побережья Северного Ледовитого океана. По северному «чрезкаменному» маршруту, по Зырянскои дороге, по Вишере и Лозьве в обмен на меха продолжали поступать за Урал русские товары. Спрос на «мягкую рухлядь» особенно повысился, когда установились торговые отношения с англичанами, которые осуществлялись через Белое море.

Между тем обстановка в Приуралье становилась все более напряженной. Крымский хан Девлет-Гирей к 1571 г. сжег Москву, что позволило сибирскому хану Кучуму, поддерживавшему контакты с Крымом, разорвать свои вассальные отношения с русским царем.

В 1572 г. при его подстрекательстве произошло антирусское выступление поволжских марийцев, жестоко подавленное московскими войсками.

В 1573 г. набег на строгановские владения совершило в разведывательных целях сибирское войско во главе с Мометкулом, племянником Кучума. В последующие годы Приуралье подверглось набегам вогульского мурзы, пелымских князей и ногайских татар. Кучум не начал войну с русскими, так как воевал в это время с казанскими ханами и остерегался Москвы, одержавшей победу над крымским ханом в битве при Молодях в 1572 г.

Ситуация изменилась, когда в 1580 г. погиб казахский хан, враг Кучума, а новый правитель Казахской Орды стал его союзником. Это укрепило намерение Кучума открыто выступить против России, следствием чего стали события 1581 —1582 гг., приведшие к крушению Сибирского ханства.