Политические процессы в современном мире часто характеризуются двумя понятиями «нестабильность» и «глобализация». В этой связи в научном дискурсе часто обращаются к концепту «суверенитет» и его трансформациям в изменяющихся политических условиях, результатом которых стала концепция «размягчения суверенитета». Интересным представляется рассмотрение данной теории в непосредственной взаимосвязи с конкретными политическими событиями. В 2005 г. было подписано «Дополнительное соглашение о между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой о российско-китайской государственной границе на ее восточной части», в результате китайской стороне перешли о. Тарабаров и южная часть о. Большой Уссурийский, что вызвало неоднозначную общественную оценку.

Является этот политический акт прямым доказательством концепции «размывания» суверенитета или все же нет? В современной теории права и теории международных отношений классическим является представление о суверенитете как неотъемлемом качестве государства, подразумевающем: верховенство власти государства внутри страны, полноту власти во всех сферах жизни общества в пределах государственных границ и способность вступать в отношения с другими государствами. Однако в ходе истории смысловое поле данного концепта расширялось, что привело к появлению концептов «суверенитет народа» и «суверенитет человека». Эти трансформации понимания «суверенитета» в купе с процессами глобализации позволяют выявить пять направлений «размывания» государственного суверенитета: его конфликт с суверенитетом народа, с суверенитетом личности, влияние международного права, ТНК и регионализации. В классической концепции суверенитет государства существует в неразрывной связи с территорией, что позволяет рассматривать государственные границы в роли барометра государственной мощи. Таким образом, передача части территории китайской стороне должна свидетельствовать об ослаблении государственного суверенитета Российской Федерации.

Однако при рассмотрении пяти направлений «размягчения» суверенитета, оказалось: 1. Возможное давление на суверенитет государства со стороны суверенитета народа не происходило, так как не был проведен всероссийский референдум по данному вопросу, не была использована возможность инициации импичмента, а суверенитет малых народностей, проживающих на данной территории был подавлен еще на этапе их освоения. 2. Возможного давления со стороны суверенитета личности также не происходило, так как даже не смотря на некоторые перегибы и ущемления прав людей, проживавших на островах, при их передаче, серьезных общественных протестов не последовало. 3. Влияние со стороны международного права не подвергается сомнению, так как именно оно стало причиной пересмотра границы.

Однако в результате переговоров с учетом особенностей реки (подвижность фарватера) граница была определена по сочетанию принципов «по фарватеру» и «по внешним ориентирам», что свидетельствует и о влиянии государств на область международного права. 4. Фактор влияния ТНК с помощью лоббирования, также, вероятно, имел место, так как в качестве одной из причин подписания соглашения часто указывалась открывающаяся возможность заключения многомиллионных сделок с китайской стороной. 5. Фактор регионализации также не оказал сколь-нибудь значительное влияние на разрешение российско-китайского территориального спора, так как, если верить сообщениям в СМИ, мнение местных властей учтено не было. Таким образом, из пяти факторов на ситуацию существенно повлияли только два, при этом действие одного фактора можно рассматривать двояко, что позволяет сделать вывод о том, что сам факт передачи островов китайской стороне не может быть однозначным индикатором «размягчения» суверенитета Российской Федерации.

Юрченко Е.С.

Аннотация. Статья посвящена влиянию экономических санкций на процесс формирования национальных элит. Ключевые слова: санкции, суверенитет, национальные интересы.

См. также: Импортозамещение в России в контексте неоиндустриализации

Термин «импортзамещающая индустриализация» относится к процессам, которые активно проходили в странах третьего мира в годы Второй мировой войны, во второй половине 40-х – начале 50-х годов ХХ века. В их основе была ситуация, которая характеризовалась нарушением транспортных коммуникаций (прежде всего, водных) между колониями и метрополиями в результате активных действий германского подводного флота в годы войны.

Нарушение коммуникаций привело к сбою в функционировании классической колониальной модели, когда из колоний в метрополию вывозилось сырьё, а обратно возвращалась готовая продукция более дорогая в стоимостном отношении. Этот экономический фактор имел проявление и в социальной сфере колониальных стран. Не вывезенное сырьё пришлось обрабатывать на местных предприятиях, что дало колоссальный стимул для развития национальной буржуазии и связанных с ней местных политических элит.

Ко второй половине 1940-х годов политические партии, отражавшие национальные интересы, настолько окрепли экономически, что смогли в политической плоскости поставить вопрос о независимости. Компрадорские элиты, ориентированные на поставку в страну предметов роскоши и товаров из метрополии, наоборот, экономически оказались ослаблены, что сказалось на их политических возможностях. Данный процесс лежал в основе получения многими колониальными странами независимости. Классический пример – это Индия.

Необходимо отметить, что нарушение коммуникаций тогда касалось не только экономической, но и культурно-информационной и образовательной сферы. Этот факт облегчал возможности национальных политических элит формировать независимую повестку развития для своих стран, которая базировалась на национальных интересах. Информационное влияние из-за рубежа было сведено к минимуму. После распада СССР наша страна оказалась в очень тяжёлом экономическом и политическом положении. Если применять марксистские термины, то положение новой России было сродни положению полуколонии, попавшей в сфере экономики под внешнее управление.

При практически полном разрушении советской производственной базы сильное развитие получила компрадорская буржуазия, которая наводнила страну импортом: от дешёвого до элитного. Средства на закупку импорта брались из сырьевого сектора, через реализацию в основном газа и нефти. Страна превратилась в сырьевой придаток стран Запада. Эта ситуация во многом сохраняется и сегодня. Сформировалась и политическая надстройка, которая поддерживала этот финансово-экономический порядок, в лице «либеральных младореформаторов ельцинского призыва». Все попытки встроиться в глобальную экономику на приемлемых условиях, то есть с учётом своих национальных интересов, к успеху не привели.

Экономический блок всех правительств новой России был вынужден в большей или меньшей степени учитывать интересы глобальной финансовой олигархии. Попытка совместить этот процесс с национальными интересами страны встречала колоссальное сопротивление внутри страны компрадорской буржуазии и аффилированных с ней либерально-глобалистских кругов. Более того, через реформу системы образования, девизом которой стало «мы не даём знания, мы предоставляем (по сути продаём) образовательные услуги», была сделана попытка сформировать «общество потребления» как часть глобального потребительского рынка. Данные процессы не остановлены. Они идут. После воссоединения России и Крыма в марте 2014 года против нашей страны были введены комплексные санкции. По существу развёрнута новая холодная война. Произошло снижение цен на товары сырьевого экспорта, что привело к сокращению импортных закупок. Российская Федерация ввела ряд ответных санкций.

В итоге мы получили серьёзное ослабление компрадоров внутри страны. Кризис в ЕС, внутриполитическая борьба в США объективно ослабили поддержку либеральноглобалистских кругов извне. Ускорился процесс формирования национально-ориентированных элит. Но он идёт медленно и не приобрёл необратимого характера. Более скромные успехи российской «импортзамещающей индустриализации» объясняется господством либерально-глобалистских сил в информационной и образовательной среде. Почти нет изменений в СМИ, в рекламной политике, в сфере образования. Противоречие между глобальным классом больших городов и «населением глубинки» характерно не только для США. Сегодня линия раздела идёт не по традиционным классам, а по линии отношения к «глобальным» или «традиционным» ценностям.

А «традиционные» ценности связаны с жизненно важными национальными интересами, такими как безопасность, суверенитет, благосостояние. Сегодня мы имеем с одной стороны ТНК и ТНБ, связанные с ними глобальные СМИ и массовую культуру, подпитывающую «офисный планктон», взращённый Болонской системой. С другой – корпорации с решающим участием государства (как переходный вариант), производства, ориентированные на внутренний рынок, альтернативные СМИ, остатки классической культуры и образования. Но это полюса, между которыми огромная масса малограмотных «коеккакеров», и, к сожалению, болонская система образования продолжает их выпускать. Это огромный людской массив для манипуляций, который в критический момент примет ту сторону, которая сможет предложить ему более выгодные условия существования.

Причём именно предложить, а не обеспечить. А это сможет сделать тот, в чьих руках будет культурно-информационная сфера. В этих условиях ключевыми становятся две сферы: образование и информация. Главная задача российского образования сегодня – это возвращение его независимости. Полное восстановление национального образовательного суверенитета. Необходимо уйти от положения, когда основным заказчиком «образовательных услуг» являются наднациональные акторы в лице ТНК и ТНБ, а через них США и ЕС, как территории основного базирования их штаб-квартир, а не российское общество и государство. Эти полюса гораздо мощнее российского по всем показателям. Данная асимметричность сформировала практически неоколониальную модель, действующую в системе предоставления образовательных услуг. Подчёркиваю, не науки и образования, а именно услуг.

Россия не должна быть колонией, поставляющей научное и образовательное сырьё. Сохраняется зависимость российской науки, особенно гуманитарной, от импортируемых методологий и терминов. Мы по-прежнему мыслим и работаем не по-русски. В современном глобальном мире держава, претендующая на реализацию самостоятельных цивилизационных проектов, должна иметь научную и образовательную самостоятельность. Особенно это важно для гуманитарной сферы, которая является основой формирования мировоззрения нации. Необходимо пересмотреть наши действия в информационном поле. Пример США показывает, что сегодня свобода слова превратилась в свободу лжи и свободу безнаказанно говорить гадости, скрываясь под личиной анонимности.

Информация должна быть публичной и привязанной к автору, который должен нести ответственность за каждое слово. Если в России удастся скорректировать культурно-информационную сферу, куда входит и образование, в сторону учёта национальных интересов, то успехи национального сектора экономики и связанных с ним политических сил в условиях санкций и новой холодной войны будут иметь успешный и необратимый характер. В свою очередь успех развития национальной экономики позволит создать базу для модернизации российской науки, а это непременно даст новые возможности.

Ващенко А.В. (г. Краснодар)