В современном мире сложно представить жизнь без гаджетов и мобильных телефонов. Сегодня новые технологии сопровождают нас везде. Мобильные платформы уже давно стали неотъемлемой частью современных реалий, составляя конкуренцию не только печатным СМИ, ТВ и радио, но даже интернет-СМИ. Цель настоящего исследования – изучить специфику мобильного приложения как нового формата СМИ.

Мобильное приложение – это программный продукт, который разработан специально для мобильных устройств, смартфонов, планшетных компьютеров или других устройств. Распространение мобильных приложений осуществляется через магазины приложений: «Apple AppStore», «GooglePlay», «Windows PhoneStore», «BlackBerry AppWorld» и др. Мобильные приложения во многом упрощают жизнь пользователей и призваны помогать в решении различных прикладных задач: от мобильной картографии и приема электронной почты до узкоспециализированных заданий. Согласно данным компании AppAnnie, в 2018 году в «Apple AppStore» и «GooglePlay» было произведено 113 млрд. загрузок приложений и игр, что в общей сумме составило около $76 млрд.

Эти показатели выросли в сравнении с прошлым годом соответственно на 10% и 20%. Что касается именно российского рынка, то здесь тоже наблюдается заметный рост. Так, в 2017 году Россия впервые вошла в пятерку стран-лидеров по количеству скачиваний приложений, но в топе по количеству затрачиваемых денег на приложения заняла место даже не в первой десятке. Исходя из этого, можно сделать вывод, что россияне являются активными пользователями мобильных приложений, но все еще не готовы тратить на это деньги.

Согласно данным, которые приводятся в статье в Forbes [2], в 2018 году каждый россиянин проводит в приложениях на смартфонах в среднем 2,5-3 часа в день, при этом больше 20 млн. пользователей используют интернет только на мобильных устройствах. Сегодня мобильные приложения представляют собой перспективную платформу для развития СМИ. Но в тоже время существует ряд тонкостей, которые необходимо понимать и учитывать. Во-первых, для успешного функционирования мобильного приложения огромную роль играет правильное определение потенциальной аудитории. Необходимо помнить о том, что в понравившееся приложение пользователь будет заходить не один раз, и ему нужно будет получить там все новую информацию, но если приложение в чем-то не устроило пользователя, он может с легкостью перейти на другое.

Для эффективного функционирования мобильному приложению нужно выполнять именно то, что нужно пользователю, максимально соответствуя его требованиям, так как шанс «упустить» его слишком велик. Сейчас перед каждым СМИ встает вопрос о создании мобильных приложений. Некоторые считают, что мобильной версии сайта может быть вполне достаточно, однако это не так: все крупные СМИ уже давно обзавелись собственным мобильным приложением и постоянно выпускают обновления с целью его улучшения. Далее мы разберем «плюсы» и «минусы» мобильных приложений, которые нужно знать издателю перед принятием решения о создании такой платформы для своего СМИ. «Плюсы»: во-первых, в мобильных приложениях информация легче воспринимается. Это подтверждают многие исследования, которые показали, что усваиваемая информация в мобильных приложениях составляет примерно 70%, в мобильных версиях – около 60%.

Во-вторых, мобильные приложения удобнее в использовании, во многом благодаря их адаптированности для небольших экранов. «Минусы»: среди отрицательных сторон мобильных приложений стоит отметить потребность в их адаптации для каждой отдельной платформы (с каждым годом они все разнообразнее, а это, в свою очередь, влечет увеличение стоимости услуг разработчиков), а также то, что пользователю сложно использовать несколько приложений одновременно, так как мобильные приложения СМИ не связаны между собой и функционируют отдельно. Это означает, что, если возникает необходимость сравнить информацию из разных источников, то намного проще воспользоваться браузером, а не открывать все приложения по очереди. Современным трендом для мобильных приложений СМИ является соблюдение трех факторов: 1. Простота. Интерфейс приложения должен быть максимально прост, чтобы пользователь сразу же мог использовать приложение, в противном случае велик риск его потерять; 2. Понятность.

Работа в приложении должна быть понятной настолько, чтобы основные функции и действия были обоснованы и легки в исполнении. 3. Адекватность. Логично, чтобы главная информация была расположена вверху экрана, а по мере продвижения по странице, информационное наполнение развивалось и наращивалось [1, с. 407−408]. Сейчас наступило время коротких текстов. Исследования показывают, что большинство потребителей электронного контента чаще всего читают только заголовок и лид, а до прочтения всей статьи доходят только единицы.

В мобильных приложений текст должен быть еще более кратким, прежде всего в силу маленького экрана и других характеристик. Лонгридов, конечно, это касается лишь косвенно, но это обусловлено тем, что они отличатся особым видом взаимодействия с пользователем и входят в другую категорию медиатекстов. Таким образом, можно сделать вывод, что создание мобильного приложения сегодня, безусловно, является перспективным путем развития для СМИ.

В эпоху диджитализации с каждым днем количество пользователей, уходящих в мобильные приложения, стремительно растет, а значит – для СМИ жизненно необходимо присутствовать на всех платформах, представленных на современном рынке, чтобы не упустить огромный пласт аудитории и быть конкурентоспособными.

Список литературы 1. Вейл Э. HTML5. Разработка приложений для мобильных устройств [Электронный ресурс] // ЭстельВейль. СПб.: Питер, 2015. 408 с. Режим доступа: https://omn-omn-omn.ru/details.php?id=371236. 2.Злобин А. Россия вошла в пятерку лидеров по числу загрузок приложений для смартфонов [Электронный ресурс] // Forbes. 2018. 18 янв. Режим доступа: http://www.forbes.ru/tehnologii/355873-rossiya-voshla-v-pyaterku-liderov-po-chisluzagruzok-prilozheniy-dlya-smartfonov.

Приходько Д.В

Новые технологии – экономия или трата денег?

Начнем с приземленного. А именно – с нашумевших давно теплых полов. Хоть они уже и не считаются инновацией, многие всё ещё косятся на них с подозрением и считают диковинкой. И это понятно, ведь первым делом возникает вопрос: такие полы – это ->

Недорогое тепло или двойные счета? Итак, когда мы говорим «теплые полы», то подразумеваем отопительную систему, расположенную в стяжке пола. Производители утверждают, что только такая система отопления – самая комфортная для человека. Почему? Сравним теплые полы с обычным радиатором. От радиатора воздух поднимается к потолку, там остывает, спускается вниз к радиатору, снова нагревается и поднимается. Так создаётся конвекция, и так тёплый воздух никогда не достигает пола. А известная поговорка гласит: «Держи ноги в тепле, а голову в холоде.»

И все-таки рентабельно ли использование такого отопления? Понятно, что по теплым полам ходить намного приятнее. Но о счетах тоже нужно задуматься. Чтобы не любоваться на огромные суммы за отопление, нужно изначально правильно подойти к выбору теплых полов. Выбирать их рекомендуют, исходя из площади помещения. Для больших помещений подойдут водяные теплые полы. Установить их самостоятельно сложно. Работа трудоемкая и специфическая, да и уровень пола может существенно подняться. Такие полы устанавливают чаще всего, чтобы полностью заменить систему отопления крупных помещений. Для маленьких помещений или для того чтобы дополнить систему отопления (например сделать обогрев лоджии) лучше подходят электрические теплые полы. Они проще и быстрее монтируются. В долгосрочной перспективе и больших объемах водяные полы выходят экономически выгодными, но сама установка — более затратной.

Итак, главное – выбрать подходящий именно вам вид полов. Тогда и счета за отопление не будут огромными. А плюсы от использования теплых полов очевидны. Особенно, если у вас маленький ребенок. Вы сможете не бояться, что он простудится, сидя на полу и глядя в окно на звезды.

Кстати об окнах… Раз уж мы говорим об инновациях, затронем более новый материал. А именно — умные стекла. Обычное рекламное объявление умных стекол будет звучать примерно так: «Солнечный свет слепит и не даёт работать? Умные стекла – решение вашей проблемы!». Заманчиво? Особенно, если вы в данный момент щуритесь от солнца, и даже жалюзи не спасают. А уж если у вас в планах – ремонт…

Но так ли хороши смарт-стекла, как о них говорят? Итак, смарт-стекло может становиться темнее или прозрачней по вашему желанию. Вы можете щелкнуть выключателем, и окно сразу потемнеет, а солнечный свет перестанет вас беспокоить. Впустить свет так же просто – с помощью кнопки на пульте управления. Действительно, удобно. И с каждым годом технология совершенствуется. Но какой в ней смысл, спросите вы, если то же самое можно сделать с помощью обычных штор? Благодаря тому, что у стекол нет зазоров, как у жалюзи или штор, они вообще не пропускают свет и тепло. Такие стекла не нужно чистить и для их использования не требуется много электричества. Несколько окон одновременно потребляют электричества меньше, чем простая лампочка. Да, сами по себе такие стекла, конечно же, эффективны, но, к сожалению, чертовски дорогие! Квадратный метр такого стекла будет стоить от 300 до 2000 евро. Так что, в итоге, ставить в окна обычной квартиры смарт-стекла – настоящее расточительство. Не стоит забывать, что некоторые «инновации» — это всего лишь хитрый рекламный ход, рассчитанный на то что бы привлечь внимание и на доверчивого покупателя. Присматривайтесь к самой рекламе. Прежде чем «вестись» на инновации, следует оценить, насколько они подойдут конкретно вам.

Слово «crowd» 1 в переводе с английского языка означает «толпа, толпиться, людный» и применяется к описанию большого количества людей, находящихся в одном месте в одно и то же время. Это не обязательно физическое присутствие, под этим понятием также подразумеваем и пересечение их коммуникативных линий по отношению к объекту или событию в условленный интервал времени. Поскольку данное понятие относится к людям, то количество участников толпы всегда дискретно и может поддаваться подсчёту.

Тем не менее, в случае создания, обмена и переработки информации говорить о статичности толпы невозможно и учёт её численного количества не имеет смысла в отрыве от изучения динамики развития коммуникативных отношений. В этом случае имеет смысл говорить не столько о численности людей в толпе, сколько о степени влияния производимой ими информации на развитие и достижение цели создания коммуникации в целом. Не смотря на различие с этимологией словосочетания «fuzzy set» 2 — «нечёткое множество», здесь можно говорить о схожести этих понятий. Мы имеем дело со множеством элементов, которые можно описать лишь примерно, категориями «чуть больше» или «чуть меньше». Благодаря этому теория нечётких множеств расширяет классическую теорию множеств и даёт возможность оперировать элементами даже в том случае, когда однозначно говорить об их полной принадлежности к какому-либо множеству не приходится.3 Применительно к нашему случаю человек, являющийся элементом множества или толпы, может действовать как в период всего времени существования множества, так и в меньший временной отрезок или с другой степенью участия.

Тем не менее, усилия, затраченные им для осуществления общей цели, ради которой собрано множество, тоже будут иметь вес и влиять на конечный результат работы множества или сообщества. И хотя мы не можем заранее спрогнозировать эффект этих усилий, их учёт необходим для понимания способа, которым достигается поставленная цель, и эффективности работы сообщества в целом. Крауд-технологии – это совокупность методов и инструментов для достижения желаемого результата, работающих на принципе внесения множеством людей посильного вклада в какое-то общее дело. Фактически это привлечение и использование личных ресурсов людей для производства какого-либо продукта, разработки и внедрения услуги или решения разных социальных задач. Спектр применения крауд-технологий крайне широк – поиск информации или людей, генерация потока отзывов, сбор мнений, отбор кадров, создание контента, услуг или продуктов, сбор средств на конкретные проекты.

Наиболее известны и применимы в практической плоскости две крауд-технологии. Это «краудсорсинг» — анализ информации, поиск идей или реализация проекта силами добровольных участников, и «краудфандинг» — привлечение финансирования для реализации проекта. Развиваются и другие крауд-технологии, направленные на осуществление деятельности с помощью не профессиональных добровольных участников, это краудинвестинг, крауд-лендинг, крауд-маркетинг, крауд-хантинг. К крауд-технологиям можно относиться по-разному, но они есть и уверенно занимают своё место в мировой экономике. Так, на основе краудсорсинга работает множество медиаресурсов, маркетинговых и консультационных компаний. В объёме мировой экономики краудфандинг в 2012 году составил $2,7 млрд., в 2015 году — $34,4 млрд., в 2020 году по данным исследования, проведённого Всемирным банком, эта сумма может составить $96 млрд. В качестве примера развития краудсорсинга в России можно привести компанию «Witology» 1 , которая реализовала проекты по оптимизации работы и создания банка идей для ПАО «Сбербанк», аналитические проекты для Агентства стратегических инициатив, кадровые проекты для корпорации «РОСАТОМ». Аналогичные задачи выполняет компания «VikiVote!». В социальном краудсорсинге известны проекты «Карта помощи», «Виртуальная рында». Отдельно стоит отметить проект «Liza Alert», который помогает в поиске пропавших детей. Креативный краудсорсинг, ориентированный на создание контента в любой форме, представлен интернет-ресурсами «Citycelebrity.ru», «Godesigner.ru» и «Workdone.ru».

Мобильное приложение и сайт «Millionagents.com» помогает организовывать полевые маркетинговые исследования по сбору данных для проведения товарного аудита и контроля размещения рекламных материалов. Опрос мнений жителей города Москвы организуется с помощью мобильного приложения «Активный гражданин» и интернетресурса «Crowd.mos.ru». Популяризацию краудфандинга в России проводят две коммерческие площадки – «Бумстартер»2 и «Планета.ру»3 . За время своего существования первая площадка привлекла более 310 млн. руб. под 1,5 тыс. проектов, вторая — более 645 млн. руб. Эти компании копируют схемы работы аналогичных зарубежных краудфандинговых площадок. Модель работы «Бумстартер» основана на опыте американской компании «Kickstarter.com», где собранные денежные средства передаются организатору проекта только в случае достижения заявленной в проекте суммы, необходимой для его реализации. В свою очередь, «Планета.ру», по аналогии с также американской краудфандинговой компанией «Indiegogo.com», разрешает организатору проекта забирать деньги как в случае полного сбора заявленной суммы, так и в случае сбора более 50% от заявленной суммы.

Из некоммерческих проектов по сбору денег известны «Добро@mail.ru», «WorldVita», «Фонд Предание», свои краудфандинговые сервисы запустили также «Яндекс.Деньги» — площадка «Вместе», «WebMoney» — площадка "Funding". Одновременно с образованием краудфандинговых площадок активно развивается рынок посреднических услуг. Для помощи в организации и продвижении проектов предлагают свои услуги краудфандинговые PR-агентства. Одно из самых авторитетных в мире — компания «Buzztilt». В России такие услуги предлагает компания «Краудконсалтинг», есть и другие аналогичные агентства. Частично рынок посреднических услуг осваивают сами краудфандинговые платформы. Например, «Агентство стратегических инициатив» при поддержке платформы «Планета.ру» проводит пилотную программу акселерации для краудпроектов в социальной сфере. Сейчас там 9 таких проектов. Для крауд-технологий в России характерно заимствование англоязычной терминологии – «краудсорсинг», «краудфандинг», «фасилитатор», «бэкер» или «донор», хотя этим словам вполне можно подобрать русскоязычные аналоги, например, ведущий, организатор, участник, пожертвователь. Несомненно, терминология также играет свою роль в затруднении проникновения технологий в широкую общественную жизнь. Такое заимствование терминологии можно объяснить следующим. Всплеск распространения крауд-технологий совпадает с пиковым ростом развития интернета и доткомовским бумом начала 2000-х годов, связанным с массовой регистрацией доменных имён и актуализацией доступных и недорогих медиа-коммуникативных средств нового формата. На этот же период приходится пик публикаций материалов о методике и практике технологий совместной деятельности множества людей, в первую очередь, в США. Таким образом, изначально терминология, применяемая в крауд-технологиях, имела англоязычное происхождение.

Следующий виток популярности крауд-технологий наступает после выхода в 2008 году книги американского журналиста Джеффа Хау «Краудсорсинг: Коллективный разум как инструмент развития бизнеса»1 , которая, собственно, и сформировала в общественном сознании само понятие «крауд-технологии». На русский язык книга переведена и опубликована в 2012 году, этот же год можно считать отправной точкой развития коммерческого применения крауд-технологий в нашей стране. Поскольку устоявшегося понятийного аппарата в русском языке крауд-технологии не имели, то «краудпервопроходцы» взяли за основу терминологию на базе английских слов, а именно, американский вариант, где и копировали коммерческие проекты. К слову, крауд-технологии широко развиваются по всему миру, не только в США и Западной Европе, но и в Индии, странах Юго-Восточной Азии. Учитывая численность населения в этих регионах и бурный рост экономики и инфраструктуры можно представить количество охваченных ею в той или иной мере людей.

И региональная специфика, включая терминологию, тоже имеет место. Созданные в период с 2012 по 2014 года отечественные крауд-проекты, будь то медиа ресурсы, краудсорсинговые или краудфандинговые платформы, полностью копировали уже работающие зарубежные площадки, включая структуру, терминологию, систему бонусов и вознаграждений, а также способы коммерческого развития. Кажется, что после 2014 года мода на новые и необычные крауд-технологии прошла, в связи с чем резко снизилось их распространение и присутствие в медиа пространстве. На самом деле, это не так. Просто тот круг людей, которые присутствуют в сфере технических новинок и стараются быть в курсе всего, что происходит в информационном плане развития интернет-технологий, был охвачен. Говоря простым языком, идеи крауд-технологий распространялись в среде креативной молодёжи, этой же средой и ограничивались. Наибольший охват данной аудитории и наступил в 2014 году. Организаторами крауд-площадок были сделаны определённые выводы и в настоящее время распространение крауд-технологий выходит на качественно новый уровень. Во-первых, при продвижении проектов стараются избегать незнакомой и малопонятной приставки «крауд-». Во-вторых, расширяется круг вовлечения потенциальных организаторов и участников проектов.

Если изначально основными категориями были творчество и технические новинки, то в настоящее время становится всё больше социальноориентированных проектов, в том числе, связанных с образованием или обеспечением занятости малоимущих граждан. В-третьих, в качестве партнёров и спонсоров проектов всё чаще выступают организации с государственным финансированием2 и крупный бизнес. Отдельного рассмотрения заслуживает и применение крауд-технологий в политических целях. Организацию и выполнение любого крауд-проекта можно представить следующим образом. Действующие лица – организатор проекта и добровольные участники-исполнители, которых организатору удалось привлечь. Проект представляет собой чётко сформулированную конкретную проблему, для решения которой необходимо выполнить ряд элементарных заданий, обозначенных организатором. Ресурсы, предоставляемые для проекта каждым участником, будь то личное время, физическая активность или денежные средства, ограничены. Поэтому для решения задачи в целом её и необходимо разделить на составляющие задания, выполнение которых доступно участникам проекта в соответствии с их возможностями. Совокупность их выполнения приводит к решению проблемы с конечным результатом.

Для коммуникации с участниками проекта организатор: выбирает коммуникационную среду (формат и способы общения, интернетплатформу, сайт, социальные сети и т.д.); формулирует проблему в целом и делит её на составляющие, требующие отдельного решения, элементарные задания; формирует стратегию привлечения участников; формулирует алгоритм получения конечного результата; определяет критерии "информационного сита" (т.е. вводит правила общения по проекту и оценки информации). Выполнение проекта представляет собой цикл, в ходе которого путём итераций находится решение элементарных заданий, а затем в их совокупности решение основной задачи. В случае необходимости организатором могут корректироваться условия выполнения задания или сама проблема. Таким образом, медиа-коммуникативный аспект крауд-технологий можно сформулировать следующим образом — это комплекс мероприятий, направленных на всестороннее медиа-информационное сопровождение проекта и создание системы коммуникативных отношений, необходимых для его реализации. Почему медиа? Дело в том, что крауд-технологии подразумевают привлечение для участия в проекте максимально большее число людей, причём не входящих в социальный круг организатора проекта.

Для того, чтобы их элементарно оповестить о факте существования проекта и убедить принять в нём участие, необходимы те каналы передачи информации, которые им доступны и понятны. Это, в первую очередь, как раз медиа-каналы — СМИ, интернет-ресурсы, социальные сети. Медиа-каналы позволяют получить доступ к той аудитории, с которой организатор проекта лично не знаком, но которая потенциально могла бы принять участие в проекте. Как бы крауд-технологии не назывались, идея соборного решения задач применялась в обществе давно — это и сбор денег на храм, и коллективная постройка дома деревней, и народное вече. Вспомним поговорку — с миру по нитке, нищему рубаха. Да и в сказках тоже — когда штатными силами не могли решить задачу, обращались к народу, т.е. толпе и всегда находился умелец, который задачу решал или богатырь, побеждавший злодея. Кстати, на ресурсе crouwdsoursing.ru приводится статистика1 , что в любом проекте из 100% охваченной аудитории 1% создаёт что-то действительно стоящее, 10% оценивают и голосуют за предложения других людей (так называемое «деятельное сообщество»), а 89% потребляют полученный результат. Профессор Пенсильванского университета Итан Моллик провёл исследование2 краудфандинговых проектов с сайта kickstarter.com (всего 46 902 проекта) и выяснил следующее. Чем меньше была обозначена собираемая сумма и указаны сроки сбора денежных средств проектом, тем выше оказались шансы на успех проекта. Ещё на успех проекта оказывало значительное влияние качество представленного видеоролика презентации идеи, а также социальные связи автора проекта.

Если у автора было меньше 10 друзей в социальной сети Facebook, то при прочих равных условиях шансы на успех были у 9% проектов. Наличие 100 друзей давали 20%, а 1000 – 40% успешных проектов. Имеют значение и социальные связи автора проекта в офлайне – чем больше город и, соответственно, коммуникация, тем шансы на успех выше. Кстати, автор исследования обнаружил определённые закономерности в успешности проектов даже по их местонахождению. Например, в одном городе были более успешны музыкальные проекты, а в другом – связанные с видео-контентом. Данное исследование наглядно показывает значимость, во-первых, коммуникативных способностей автора проекта вообще, во-вторых, простой и увлекательной демонстрации идеи проекта и разъяснения, что будет сделано. Выделим составляющие медиа-коммуникативного аспекта: коммуникационная среда; стратегия привлечения участников; правила коммуникации.

Коммуникационная среда – совокупность условий, обеспечивающих взаимодействие участников работы над проектом. Включает в себя множество субъектов информационного взаимодействия и связей между ними, средства и технологии сбора, накопления, обработки и передачи информации, организационные и юридические аспекты поддержки взаимодействия1 . Причём коммуникационная среда может быть организована как посредством интернета – специализированной площадки, сайта, социальных сетей или электронной почты, так и с помощью общения по телефону, смс-сообщений, бумажной почты и других каналов обмена информацией. Стратегия привлечения участников – общий план мероприятий по информационному сопровождению проекта в целях привлечения потенциальных участников к работе над ним и взаимодействию с медиа-ресурсами, а также способы его реализации.

Задача стратегии – наиболее эффективное использование наличных и потенциально доступных ресурсов для достижения основной цели – успешного выполнения проекта. Стратегия должна предусматривать: чёткую формулировку задачи с разбивкой по этапам и описанием, что будет делаться дальше после её выполнения; определение срока реализации проекта; определение целевой аудитории потенциальных участников проекта; создание сообществ в социальных сетях (если их ещё нет); подготовку медиа плана с фиксацией параметров отправки медиа-сообщений по проекту – что, когда, кому и посредством чего планируется отправить; подготовку медиа-кита (или пресс-кит) – комплекта нескольких текстовых и аудиовизуальных документов с подробной информацией о проекте; написание пресс-релиза; подготовку текстов информационных сообщений; работу со СМИ и лидерами мнений; создание базы контактов для продвижения проекта; общение с журналистами и блогерами; продвижение в социальных сетях; коммуникацию с участниками по результатам завершения проекта.

В качестве примера для первого пункта можно привести инфографику, размещённую в проекте «Киби – протезы для маленьких героев»2 на площадке «Планета.ру». Была обозначена цель проекта – собрать 250 000 рублей на расширение линейки производимых насадок и разработки нескольких дизайнерских протезов. А далее указывалось, что, если будет собрано 500 000 рублей, дополнительно будут изготовлены протезы двум детям, которые не могут их получить по государственной программе. Если же будет собран 1 000 000 рублей, то будет разработана самая маленькая бионическая рука в России для детей с 6-ти лет. Всё это было преподнесено кратко и наглядно, а главное, речь шла не об увеличении численности изделий с количеством привлечённых денег, а о качественном изменении результата в зависимости от собранной суммы. При этом предыдущие пункты проекта тоже не отменялись и были обязательны к исполнению, то есть «не вместо», а «вместе с тем». Естественно, проект был успешен. Правила коммуникации – это установленные и принятые всеми лицами, работающими над проектом, нормы поведения и взаимодействия, а также выбранный алгоритм получения конечного результата. Зависят от характера стоящей перед организаторами проекта задачи, целевой аудитории и имеющихся ресурсов.

Медиа-коммуникативная составляющая крауд-проекта играет не только соединительную, обеспечивающую функцию между его элементами. Фактически она определяет идеологию и формат всего проекта, задаёт динамику и направление его развития. Качественно проведённая подготовка и активное проведение информационной политики проекта обеспечивают наибольший интерес к нему и повышают шансы на успех. В результате анализа выявлены наиболее распространённые проблемы в медиакоммуникативном аспекте крауд-технологий, с которыми сталкиваются организаторы. Условно их можно разделить на две группы: внутренние (заложенные организаторами проекта); внешние (связанные с взаимодействием с органами власти, предубеждением к краудтехнологиям и незнанием их населением). Перечислим их: Первая и главная причина — приставка "крауд", в основном, является тёмным лесом для людей.

Это слово, как и термины "биг дата", "блокчейн" входят в повседневное употребление достаточно небольшого круга лиц, которые общаются в своих сообществах. Собственно, этими сообществами чаще всего эти технологии и ограничиваются. Отсутствие чёткого позиционирования крауд-проекта для целевой аудитории, недостаточность коммуникации и отсутствие личной вовлечённости организаторов. Эта причина является продолжением первой – организаторы проекта ориентируются на вовлечение людей своего круга общения и не умеют донести свою мысль до людей, не входящих в него и не знакомых с сутью вопроса. Отсутствие организационных навыков выстраивания коммуникации с участниками крауд-проекта, а также взаимодействия с медиа-ресурсами. Организаторы проекта зачастую ошибочно воспринимают участников как волонтёров, готовых пожертвовать относительно значительным количеством личных ресурсов, в первую очередь, временем и свободой территориального перемещения. Однако для крауд-проектов это не характерно. Здесь ресурсы каждого участника привлекаются в достаточно ограниченном количестве и это надо учитывать при постановке задачи и её разбивке на составляющие элементы для их выполнения.

Недостаточное доверие к самим организаторам крауд-проекта. Люди, вкладывающие своё время и личные ресурсы в проект, хотят видеть конкретный результат своих трудов. Эти проблемы косвенно подтверждаются приведёнными выше данными исследования профессора Итана Моллика – наиболее успешные проекты у организаторов, стремящихся к широкому кругу социальных контактов и умеющих просто, понятно и убедительно изложить суть идеи незнакомым с проблемой людям. Причины внутренних проблем связаны с недостаточной подготовкой организаторов к проведению крауд-проекта. Здесь необходимо понимать, что организатор обращается за помощью к людям, которые, зачастую, не очень разбираются в сути проблемы. Как следствие, возникают ошибки в формулировании задачи и её составляющих, а также позиционировании проекта и подготовки контента для проведения медиа-кампании по его продвижению. Причины внешних проблем связаны с инертностью людей, их неготовностью что-то менять в своём образе жизни, безвозмездно делиться ресурсами, неверием в возможность изменить ситуацию своими силами, действуя сообща. Следствием являются низкие активность потенциальных участников проекта и эффективность совместной работы. Особенно явно эти проблемы проявляются при запуске крауд-проектов в рамках муниципальных образований, где можно отметить также следующие особенности: — меньшие возможности привлечь финансирование; — отсутствие доступа к СМИ федерального и регионального уровня, охватывающих наибольшую аудиторию; — затрагиваемые проблемы носят локальный характер и интересуют только относительно немногочисленное местное население.

Вместе с тем, в муниципальных образованиях есть и характерные положительные стороны: — всегда есть местные СМИ, локальные медиа-ресурсы, группы в социальных сетях, местные лидеры и активисты, с которыми проще взаимодействовать; — население в муниципальных образованиях менее инертно и более эмоционально и энергично реагирует на местные проблемы; — необходимо комбинировать работу с интернет ресурсами и больше уделять внимание офлайну, использованию «сарафанного радио»; — в муниципальных образованиях более-менее все друг друга знают, поэтому целесообразно привлекать в качестве со-организаторов наиболее популярных и активных местных жителей. Для учёта и преодоления указанных проблем необходимо провести тщательную подготовку к реализации крауд-проекта, особенно в части, касающейся медиакоммуникативной составляющей.

Можно сказать, что создатель крауд-проекта подобен уличному художнику, который рисует картину. Здесь важен не только продукт, то есть картина, но и работа с прохожими, случайными зрителями. От того, как выстроена эта работа, зависит и успех произведения. Необходимо понимать качественную разницу между крауд-технологиями и просьбой общественности о помощи. Крауд-технологии – это, в первую очередь, работа. Начинается она с формулировки проблемы и определения конкретных шагов, которые необходимо сделать для её решения. Продолжается путём увлечения и вовлечения сторонних людей в процесс решения проблемы, причём с использованием их личных ресурсов, а завершается получением конечного результата, приносящего определённое благо и участникам процесса, и тем, для кого это всё было задумано.

Список использованной литературы 1. Агентство стратегических инициатив: [сайт]. URL: http://asi.ru/news/67327/ (дата обращения: 16.05.2017). 2. Википедия – свободная энциклопедия: [Электронный ресурс]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/ (дата обращения: 16.05.2017). 3. Конышева Л.К., Назаров Д.М. Основы теории нечётких множеств: Учебное пособие. – СПб.: Питер, 2011. – 192 с. 4. Полный англо-русский русско-английский словарь. 300 000 слов и выражений / В.К. Мюллер. – М.: Эксмо, 2013. – 1328 с. 5. Словарь по технологиям обучения: [Электронный ресурс]. URL: http://didacts.ru/slovari/slovar-po-tehnologijam-obuchenija-proekt-www-ndce-edu-ru.html (дата обращения: 16.05.2017). 6. Хау Дж. Краудсорсинг: Коллективный разум как инструмент развития бизнеса. М.: Альпина Паблишер, 2012. – 288 с. – ISBN 978-5-9614-1889-7. 7. Boomstarter – краудфандинговая платформа: [сайт]. URL: https://boomstarter.ru (дата обращения: 17.05.2017). 8. Crowdsourcing.ru – портал крауд-сервисов: [сайт]. URL: http://crowdsourcing.ru/ (дата обращения: 16.05.2017). 9. Mollick, Ethan R. The Dynamics of Crowdfunding: An Exploratory Study // Journal of Business Venturing. 2014. V. 29. N 1. P. 1–16. 10. Planeta – Российская краудфандинговая платформа: [сайт]. URL: https://planeta.ru (дата обращения: 17.05.2017). 11. Witology – решение задач с использованием технологии краудсорсинга: [сайт]. URL: http://witology.com (дата обращения: 17.05.2017).

Ступников Сергей Александрович

Помогают ли компьютеры детям?

Помогают ли компьютеры детям?

В обществе цифровых технологий все больше и чаще мы доверяем цифровым технологиям — черпаем из них информацию для ускорения решения вопросов бытовых, личных, рабочих. Самыми активными пользователями новых технологий являются молодые люди, особенно работающие, которые ценят свое время и стремятся все решать оперативно, с минимальными затратами, в особенности это касается работы. Рассмотрим вопрос доверия работника (соискателя) и работодателя друг другу в условиях цифровизации.

Необходимо отметить, что «доверие рассматривается как фактор саморегуляции взаимодействий, отражающий степень соответствия ожидаемых и реальных знаний о партнере как значимом объекте социальной реальности»[1, 30]. Осмысливая взаимные ожидания и требования, предъявляемые друг к другу в процессе взаимодействия, работодатель и сотрудник (соискатель) понимают, что для успешного сотрудничества необходимым атрибутом социальной реальности становится доверие.

В условиях цифровизации изменяются условия труда: работа может быть не только в офисе или у станка, рабочее место может быть «удаленным», то есть развиваются новые профессии, позволяющие трудиться в любое время, где угодно –фриланс, коворкинг, нетворкинг и т.д. В этих условиях работодатель и соискатель (работник) могут ни разу не встретиться лично, все их общение будет в цифровой среде. Большая часть работодателей прежде чем взять сотрудника на работу внимательно изучают социальные сети своих соискателей для того, чтобы понять, что за человек их будущий работник, его увлечения, хобби, уровень образования, а зачастую, и профессиональные достижения. Коммуникация face-to-face присуща традиционным профессиям, где работники и руководители встречаются регулярно, подобный способ коммуникации в сочетании с цифровыми способами обмена данными является «золотым» стандартом установления доверия, так как устанавливаются «сильные» связи на основе профессиональных и личных интересов, в случае отсутствия соприкосновения связи либо остаются исключительно в рамках профессионального взаимодействия, либо разрываются. Таким образом, происходит достаточно быстрая селекция социальных связей и формируется социальный капитал работника и работодателя.

В условиях цифровизации новых профессий (QA инженер, менеджер по управлению дронами и т.д.) происходит формирование «цифровых» социальных связей, они становятся сильнее, чем в реальном пространстве за счет регулярности взаимодействия коллег, работодателя (в основном заказчика услуг). Аудио-видео связь, обмен сообщениями способствуют саморегуляции социальных взаимодействий, что ведет к быстрому наращиванию капитала «цифровых профессиональных» связей. Подводя итог, стоит отметить, что для успешной адаптации работающей молодежи в цифровом обществе доверие является одним из основных факторов, позволяющим расширять и упрочнять социальные связи на профессиональном уровне, развивать карьерный рост за счет разнообразия не только знаний, умений и навыков, но также и за счет своих «сильных» и «слабых» связей.

1. Зубок Ю.А, Чупров В.И. Доверие и саморегуляции социальных взаимодействий молодежи в изменяющейся социальной реальности // Проблемы развития территорий. — 2016. — №5 (85). — С. 29-37.

Зверькова София Александровна

Технологические изменения всегда приводят к нелегким компромиссам между эффективностью и справедливостью. Эти компромиссы приобретают особое значение в контексте Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, в которой содержится обещание никого не забыть. Многие передовые технологии также приводят к появлению сложных морально-этических вопросов. Искусственный интеллект и робототехника могут дополнять или расширять возможности человека — как ментальные, так и физические — и поднимать производительность на новый уровень.

В то же время они могут частично заменить собой рабочую силу и резко сократить потребности в ней, тем самым создав проблему недостаточной занятости и безработицы. Передовые технологии автоматизации в непропорционально большой степени непосредственно затронут работников в странах, находящихся в авангарде технического прогресса, а также — через торговые каналы — в развивающихся странах.

Хотя редактирование генома может привести к значительному улучшению здравоохранения и увеличению продолжительности жизни, оно также может создать возможности для дальнейшей трансмутации самого человеческого вида или открыть ящик Пандоры, начиненный опасными патогенами. Социальные сети способны объединять общества и общины, однако пользовательские данные могут использоваться для пропаганды предвзятых мнений и навязывания товаров или применяться в качестве оружия для провоцирования социальных и политических разногласий. Четкие права собственности и защита конфиденциальности могут играть ключевую роль в предотвращении непреднамеренного или несанкционированного использования данных. Алгоритмы, основанные на больших данных, могут способствовать укоренению предвзятости, обусловленной базовыми данными, в результате чего возникают серьезные этические вопросы относительно процесса принятия решений, основанного на алгоритмах.

Например, алгоритмы, основанные на принципе самообучения, могут распознавать и учитывать связь между уровнем образования и адресом места жительства или иной демографической информацией, что может привести к усилению расовых и других предрассудков. По мере перехода этих технологий от этапа исследований к этапу внедрения они трансформируют или даже нарушают установившиеся модели коммерческой деятельности и социальные нормы. Новые модели коммерческой деятельности, основанные на экономике совместного использования, приводят к децентрализации капитала и уходу в прошлое сложившихся отношений между работодателем и работником, что имеет далекоидущие последствия в плане трудовых доходов, социальной защиты и распределения доходов. Некоторые из этих изменений могут быть постепенными или даже незаметными, в то время как другие могут быть резкими и очевидными. Компании, создающие и использующие многие передовые технологии, могут также занять доминирующее положение на рынке, что может препятствовать конкуренции и дальнейшим инновациям. Экономика данных выходит за рамки политических и отраслевых границ.

Данные, получаемые с помощью социальных сетей или онлайновых платформ розничной торговли и основанных на массовом участии платформ, крайне важны для машинного самообучения и искусственного интеллекта, однако в отношении таких данных не действуют надлежащие права собственности. Кроме того, в отсутствие четких этических и нормативных руководящих принципов пользователи в развивающихся странах могут становиться мишенями для предварительного тестирования многих передовых технологий. В экономике данных люди являются как производителями, так и потребителями данных.

В связи с этим безопасность и конфиденциальность данных являются необходимым условием для обеспечения справедливого характера цифровой экономики, которая развивается на основе передовых технологий. Глобальный консенсус в отношении права собственности на данные и надлежащие этические и юридические руководящие принципы будут иметь чрезвычайно важное значение для обеспечения подотчетности и недопущения чрезмерного сосредоточения рыночного влияния. Кроме того, передовые технологии могут увеличить уже существующий технологический разрыв как между странами, так и между различными группами населения внутри стран и еще больше усугубить имущественное неравенство и неравенство в доходах. Некоторые страны и компании будут с легкостью внедрять передовые технологии, в то время как многие другие будут по-прежнему сталкиваться с проблемами в плане доступа к электричеству, связи, водоснабжению, санитарии и базовому медицинскому обслуживанию.

Искусственный интеллект и другие технологические достижения могут приносить непропорционально большую выгоду небольшому числу развитых и крупных развивающихся стран и увеличить технологический разрыв. В прошлом технологии распространялись в странах и обществах с задержкой, что позволяло директивным органам подготовиться к их воздействию, приняв надлежащие меры в области политики, призванные смягчить связанные с ними негативные последствия.

Однако в настоящее время новые технологии распространяются и внедряются с огромной скоростью в отдаленных друг от друга обществах, и часто директивные органы оказываются неготовыми к их воздействию. С учетом того, что последствия многих из этих технологий имеют глобальный характер, выходя за рамки отдельных стран, международное сотрудничество в деле регулирования их воздействия является не просто желательным, а настоятельно необходимым

Передовые технологии несут в себе огромный потенциал по улучшению
благосостояния людей. Обеспечивая расширение производственных мощностей
и создание совершенно новых моделей и отраслей предпринимательской деятельности,
они открывают новые возможности для экономического роста, возникновения
рабочих мест и создания материальных благ и могут также позволить
странам достичь большего процветания без нарушения биофизических границ.

Технологии вторгаются в те области, где навыки людей некогда считались
незаменимыми, дополняя и/или заменяя человеческий интеллект точно так же,
как машины заменили мышечную силу во время первой промышленной революции.
Достижения в вычислительной мощности компьютеров, хранении данных
и скорости их обработки и в использовании алгоритмов для анализа данных
привели к появлению обширных социальных сетей, позволивших создать плат

формы для реализации идей и возможностей миллиардов людей6 . «Интернет вещей» является провозвестником будущего, в котором функционируют подключенные друг к другу разумные машины с датчиками, отслеживающими состояние людей и машин, а также их взаимодействие. Это коренным образом изменит модели потребления и производства. Искусственный интеллект предвещает более эффективное принятие решений и активизацию экономического роста. Беспилотные летательные аппараты создают возможности для улучшения наблюдения за зонами бедствий и конфликтов в режиме реального времени. В финансовой сфере цифровые технологии облегчают совершение платежей, накопление сбережений и функционирование рынков кредитования и страхования, что имеет важные последствия для бедных и обездоленных. Методы воздействия на генном уровне позволяют манипулировать биологическими системами, включая геном человека, и открывают возможности для появления индивидуализированной точной медицины и целого ряда новых способов лечения заболеваний и борьбы с эпидемиями. Биотехнологии несут в себе потенциал по созданию сортов сельскохозяйственных культур, устойчивых к погодным условиям и болезням, что позволит многократно повысить урожайность.

С технологиями использования возобновляемых источников энергии связаны большие надежды на уменьшение выбросов и сокращение масштабов ухудшения состояния окружающей среды. Достижения в области преобразования и хранения электроэнергии могут в скором времени сделать возобновляемую энергетику — энергию солнца, ветра и океана, гидро- и биоэнергетику и геотермальную энергетику — конкурентоспособной по сравнению с энергетикой, основанной на ископаемых видах топлива. Неопасные для окружающей среды и биоразлагаемые пластмассы предоставляют возможность для резкого сокращения масштабов загрязнения, связанного с использованием пластмасс, обеспечивая при этом повышение эффективности использования ресурсов. Такие пластмассы могут способствовать реализации концепции экономики замкнутого цикла, в соответствии с которой преобразованные материалы после выполнения своих функций возвращаются к своему исходному состоянию без отходов и загрязнения. Кроме того, передовые технологии могут дополнять друг друга, обеспечивая повышение эффективности. Искусственный интеллект уже широко используется в социальных сетях и основанных на массовом участии платформах, преодолевая отраслевые барьеры и изменяя поведение потребителей. Адресная реклама, основанная на анализе предыдущих покупок и предпочтений, создает новый спрос. Благодаря постепенному приобретению новых когнитивных способностей машинное самообучение станет еще глубже и умнее. В настоящее время уже предпринимаются усилия по наделению искусственного интеллекта здравым смыслом.

Беспилотные летательные аппараты, произведенные на основе трехмерной печати и оснащенные искусственным интеллектом, смогут доставлять индивидуализированные лекарственные препараты конкретным группам населения или «интеллектуально» развеивать нужное количество семян, удобрений и пестицидов с учетом прогнозируемых погодных условий и уровня питательных веществ и влаги в почве. Искусственный интеллект, подкрепленный быстрым прогрессом в области хранения, обработки и передачи данных, может быть положен в основу всей экономической деятельности точно так же, как за последние два десятилетия Интернет преобразовал экономическое и социальное взаимодействие. Для осуществления Повестки дня на период до 2030 года потребуется мобилизовать и рационально использовать достижения в сфере передовых технологий в интересах всеохватного, поступательного и устойчивого экономического роста.

В наши дни умные устройства стали частью повседневной жизни. Сюда относятся популярные бытовые приборы и  устройства – телефоны, телевизоры, термостаты, холодильники, радионяни, фитнес-браслеты и детские игрушки, но также автомобили, медицинские устройства, камеры видеонаблюдения и парковочные счетчики.

Сейчас некоторые дома и квартиры сразу создаются «умными». Все эти устройства подключены к Сети через вездесущий Wi-Fi и объединены в Интернет вещей (IoT), который призван сделать нашу жизнь проще, но одновременно дает киберпреступникам больше возможностей для атак. Если IoT-устройства не защищены должным образом, личные данные, которыми они обмениваются, могут быть перехвачены, а сами устройства могут стать мишенью или средством для проведения атаки.

В октябре 2016 года ботнет Mirai блокировал работу части интернета в результате массированной DDoS-атаки, для проведения которой использовались зараженные подключенные домашние устройства, такие как видеорегистраторы, камеры видеонаблюдения и принтеры.

А в апреле 2017 года злоумышленники, стоявшие за ботнетом Hajime, заразили более 300 000 устройств, хотя этот ботнет до сих пор не был использован для вредоносных целей: возможно, нападавшие просто хотели привлечь внимание общественности к недостаточной безопасности некоторых подключенных устройств.

Исследователи обнаружили множество примеров незащищенных IoT-устройств. Опасения в отношении использования куклы My Friend Cayla злоумышленниками привели к тому, что Федеральное агентство сетей Германии, призванное защищать телекоммуникационную отрасль страны, посоветовало родителям, купившим куклу, избавиться от нее во избежание проблем.

На Security Analyst Summit эксперт по кибербезопасности Джонатан Андерссон продемонстрировал, как умелый злоумышленник может создать устройство для угона дрона в течение нескольких секунд. Угроза взлома дронов может показаться экзотикой, однако дроны уже покидают свою узкую нишу: в декабре прошлого года платформа онлайн-торговли Amazon тестировала возможность использования дронов для доставки посылок покупателям.

Проблема не ограничивается бытовыми устройствами. Организации, которым ранее не нужно было думать о кибербезопасности, теперь все чаще сталкиваются с кибератаками. Одним из ярких примеров может служить здравоохранение. Медицинская информация, которая традиционно существовала в бумажной форме, теперь хранится в базах данных, на порталах и в медицинском оборудовании.

Опасность заключается в том, что атака на подключенную к Интернету вещей больницу может привести не только к краже личной информации пациентов, но и к изменению диагностических данных, в результате чего больным может быть назначено неправильное лечение.

В настоящее время наука все больше ориентируется не только на изучение мира, но и на создание новых технологий, которые могут быть непосредственно использованы в практической деятельности человека. Еще одна важная черта современного научного знания – междисциплинарность. К примеру, развитие нейронаук требуют активного взаимодействия между медиками, биологами, физиками, специалистами в компьютерных технологиях. В научных лабораториях происходит взаимодействие между представителями различных научных дисциплин.

Успешное взаимодействие между учеными, принадлежащим к различным научным дисциплинам, может быть описано на основе концепции «зон обмена», предложенной историком и философом науки П. Галисоном. «Зона обмена», по Галисону, – это особое пространство, лаборатория, которое может быть локализовано и описано как конкретное место, в котором происходит встреча и взаимодействие ученых. «Я говорю о лаборатории, – пишет П. Галисон, – не просто как о месте получения экспериментальных данных и выработки стратегий, а как об особом пространстве – как знаковом, так и материальном, – где возникает локальная координация убеждений и действий» [1, с. 67]. П. Галисон рассматривает культуры физиков-экспериментаторов, теоретиков и инженеров как относительно автономные образования. Разница культур приводит к разнице дисциплинарных языков.

Однако в «зонах обмена», сталкиваясь с необходимостью совместно решать различные научные проблемы, ученые вынуждены вырабатывать общий междисциплинарный язык («пиджин»), на котором они смогут обсуждать и решать их. Формирование «пиджина» не предполагает полного согласования дисциплинарных языков различных групп, а требует создания междисциплинарного языка коммуникации, приемлемого для всех ее участников. Этот языковой конструкт, являясь пограничным, позволяет всем участникам коммуникации использовать общие данные и выстраивать общие стратегии проведения исследований. Г. Коллинз с соавторами строит общую модель «зон обмена» на основе двух пересекающихся измерений.

«Одно измерение описывает степень, в которой сила используется для формирования обмена – ось сотрудничества-принуждения. Другое измерение описывает степень, в которой обмен ведет к новой однородной культуре – ось однородности-неоднородности» [2, p. 658]. В результате пересечения этих характеристик образуется четыре типа «зон обмена»: 1) неоднородные научные группы принуждаются к совместному взаимодействию силой; 2) неоднородные научные группы сотрудничают друг с другом на добровольных началах; 3) группы, когда-то бывшие неоднородными, становятся однородными и сотрудничают друг с другом на добровольных началах; 4) однородные группы взаимодействуют на основе общих правил (язык и способы описания мира, решения стандартных задач и т.д.), выработанных на третьей стадии, и это взаимодействие поддерживается институциональным принуждением со стороны лидирующей группы.

Эта модель, с одной стороны, иллюстрирует процесс формирования «зон обмена», а с другой стороны, процесс институционализации новой дисциплины. Общее пространство взаимодействия позволяет ученым наладить успешную коммуникацию и создать пространство конструктивного диалога. Можно выделить два фактора, способствующих формированию «зон обмена»: непосредственное взаимодействие «лицом к лицу» и необходимость решать общие задачи и проблемы.

Причем задачи и проблемы могут быть поставлены перед учеными как внешними по отношению к ним заказчиками, так и самими учеными. В первом случае роль принуждения в процессе формирования «зоны обмена» выше, чем во втором. Взаимодействие «лицом к лицу» позволяет участникам «зоны обмена» не только понимать стандартный язык других научных дисциплин, но и обращать внимание на используемые в этих дисциплинах практические приемы.

В результате происходит освоение не только языка или даже определенных навыков, присущих носителям другой научной дисциплины, но и формирование навыков понимания метафор и «культурных» особенностей, присущих другим научным дисциплинам, формирование достаточно однородной культуры. Примером такого взаимодействия может служить создание надежного и пригодного к массовому производству транзистора в лабораториях компании Bell. «Первоначально физики, металлурги и химики в рамках системы лабораторий компании Bell группировались по профессиональному признаку, – пишет в работе «Становление материаловедения» Р. Кан, – но опыт сотрудничества в создании полупроводниковых устройств постепенно сблизил их, и сейчас многие сотрудники лабораторий определили бы себя просто как материаловедов» [3, с. 272].

Для согласования деятельности и убеждений участников «зоны обмена» не так важно, стремятся ли они выстроить коммуникацию на принципах взаимного уважения и открытости или же прагматического расчета. Непосредственная совместная деятельность приводит к формированию общих правил поведения и взаимопонимания, которые позволяют добиваться конкретных научных и технологических результатов. Если это не будет сделано, то не будет получен результат, что может привести к печальным последствиям для исследовательских групп, которые были принуждены к совместной деятельности силой. Уже существующие группы в случае неудачи могут понести существенные репутационные издержки. В «зонах обмена» медиатором между различными группами ученых выступает даже не столько «общий язык», который еще только должен быть сформирован, сколько особая предметная инфраструктура.

Формирование научного «пиджина» связано с решением реальных научных проблем на основе совместного использования оборудования и различных исследовательских практик. В результате и сама наука, пишет И.Т. Касавин, может быть представлена как «функция реального, в том числе и предметного, взаимодействия (интеракции) социальных субъектов» [4, с. 1098].

В настоящее время большое развитие получили информационно-коммуникационные технологии, сеть Интернет. Их использование «сократило» расстояния. Теперь люди, находящиеся на различных континентах, могут практически без временной задержки общаться друг с другом, решать совместные задачи. Использование новых технологий изменило и взаимодействие между учеными. Они могут общаться друг с другом в реальном времени при помощи различных программ видеосвязи, то есть фактически «лицом к лицу»; взаимодействовать друг с другом при помощи различных мессенджеров; создавать свои собственные страницы в социальных сетях; формировать различные группы в социальных сетях и на форумах, в которых могут проходить обсуждения научных проблем. Таким образом, использование Интернета содействует увеличению коммуникативных взаимодействий.

«Интернет – это коммуникационный медиум, – пишет М. Кастельс, – который впервые сделал возможным общение многих людей со многими другими в любой момент времени и в глобальном масштабе» [5, с. 15]. «Научный Интернет постепенно превращается в пространство профессиональных социальных сетей, – пишет М.Е. Соколова, – социальных взаимоотношений, социализации, активности ученого, его самопрезентации с использованием ряда виртуальных средств» [6, с. 137]. Остановимся на анализе структуры сайта или «группы» в одной из социальных сетей. Они представляет собой «виртуальное» пространство, в котором различные индивиды могут взаимодействовать друг с другом. В этом пространстве можно размещать информацию, комментировать уже размещенную информацию, открывать обсуждения и вести дискуссии.

В этой деятельности могут принимать участие либо все пользователи сети Интернет, либо участники социальной сети, члены определенной группы в социальной сети, либо отдельные люди, которым было разрешено осуществлять указанную деятельность администрацией группы или сайта. В рамках одного сайта или «группы» может обсуждаться большое количество вопросов, которые зачастую не связаны друг с другом, но представляют интерес для участников общего коммуникационного пространства; либо сайт или группа могут быть связаны с решением конкретной проблемы, использоваться для взаимодействия между участниками сообщества, которое может существовать и за пределами сети Интернет. Могут ли такие группы при условии их возникновения для решения научной задачи рассматриваться как научные «зоны обмена»? Они удовлетворяют одному из важнейших требований к «зонам обмена», а именно формированию общего пространства, в котором могут взаимодействовать представители различных дисциплин. Казалось бы, это позволяет отнести эти «виртуальные» пространства к «зонам обмена».

Однако в зонах обмена, существующих в офф-лайн режиме, важен не только опыт вербального общения, но и участие в совместных практических действиях, совместная работа в лаборатории. При этом именно совместная деятельность приводит к тому, что в офф-лайновых «зонах обмена» согласие может быть достигнуто как на основе прагматических критериев, базирующихся на подсчете прибыли / убытков от совместной деятельности, так и на основе принципов этики дискурса (об этике дискурса см. [7]).

В «виртуальных» пространствах отсутствует непосредственное участие в совместной деятельности, а единственным механизмом, пригодным для формирования согласия, выступает использование принципов этики дискурса. Таким образом, формирование «виртуальной» «зоны обмена» становится сложной задачей, которая подразумевает не только стремление получить конкретный результат, но и выстроить коммуникацию, ориентированную на синхронизацию языков разных научных групп без обращения к непосредственному взаимодействию за пределами используемых языков.

В «виртуальных» пространствах, если они создаются в свободном пространстве сети, а не являются отражением отношений, существующих в мире офф-лайн, принуждение к совместной деятельности, которое описывает Г. Колинз с соавторами, использоваться не может. Каждый участник «виртуального» пространства, если оно не связано с офф-лайновым сообществом, может в любой момент выйти из него из-за не согласия с правилами, существующими в виртуальном сообществе, полученными результатами, сформулированными моделями и по ряду других причин.

В результате «виртуальное» коммуникативное пространство может существовать лишь в условиях добровольного согласия всех участников поддерживать его существование. Однако на первых порах существования «зоны обмена» необходима работа по согласованию языков. Решение этой задачи может быть достаточно сложным и требовать в том числе институционального давления, которое может удержать участников «зоны обмена» от ее разрушения. В этой связи представляется проблематичным формирование «виртуальных» «зон обмена» между представителями научных дисциплин, которые принадлежат к различным научным областям. Они не смогут понять базовые метафоры друг друга, освоить «неявное знание», которое используют ученые из другой научной области.

При этом «виртуальное» пространство вполне успешно может быть использовано для налаживания коммуникации между исследователями, работающими в близких дисциплинарных областях. Между ними нет кардинального, на уровне метафор, разрыва в используемом языке, и они имеют некоторое представление о практиках, используемых в близких дисциплинарных областях. Такое «виртуальное» пространство позволяет сократить время и «схлопнуть» физическое пространство, необходимое для ведения дискуссий. Именно эти преимущества – экономия времени и «схлопывание» пространства – становятся важным элементом для использования «виртуальных» пространств в процессе формирования «зон обмена» в офф-лайне. Создание «виртуальных» площадок, участники которых могут делиться своими материалами и идеями, обсуждать полученные результаты, позволяет превратить «зону обмена» из «места встречи», локализованного в пространстве-времени, в постоянно действующее коммуникативное поле.

Таким образом, формирование «виртуальной» «зоны обмена», которая не базируется на «зоне обмена», существующей вне виртуального мира, представляется утопическим проектом, ведь в ней должны будут встретиться ученые, относящиеся к различным дисциплинарным областям, обладающие разными дисциплинарными языками. Не обладая опытом реального взаимодействия, они, с одной стороны, должны будут выработать правила взаимодействия, а с другой стороны, понять, что под конкретными словами имеют в виду носители другого научного языка, что само по себе является нетривиальной задачей.

Однако коммуникативные пространства, базирующиеся на существующих в офф- лайне «зонах обмена» могут стать эффективным дополнением существующей научной инфраструктуры и, возможно, сформировать новые исследовательские практики. «Интернет представляет собой весьма гибкую технологию, допускающую возможность серьезных видоизменений в результате ее общественного использования и способную вызвать целый ряд социальных последствий, обнаруживаемых опытным путем, а не декларируемых заранее» [5, с. 18].

Литература

1. Галисон, П. Зона обмена: координация убеждений и действий / П. Галисон // Вопросы истории естествознания и техники. – 2004. – №1. – С. 64–91. 2. Collins, H., Evans, R., Gorman, M. Trading zones and interactional expertise / H. Collins, R. Evans, M. Gorman // Studies in History and Philosophy of Science. – Vol. 38. – №4. – P. 657–666. 3. Кан, Р.У. Становление материаловедения / Р.У. Кан. – Нижний Новгород: Изд-во ННГУ им. Н.И. Лобачевского, 2011. – 619 с. 4. Касавин, И.Т. Интерактивные зоны: к предыстории научной лаборатории / И.Т. Касавин // Вестник Российской Академии Наук. – Т. 84. – №12. – С. 1098–1106. 5. Кастельс, М. Галактика Интернет: Размышления об Интернете, бизнесе и обществе / М. Кастельс. – Екатеринбург: У-Фактория (при участии изд-ва Гуманитарного ун-та), 2004. – 328 с.

6. Соколова, М.Е. Информационное пространство российской академической науки как интегрированная профессионально-интеллектуальная среда: перспективы формирования и управления / М.Е. Соколова // Концепция «общества знания» в современной социальной теории: Сб. науч. тр. / РАН. ИНИОН. Центр социал. науч.-информ. исслед. Отд. социологии и социал. психологии; отв. ред. Д.В. Ефременко – М., 2010. – С. 134–158. 7. Хабермас, Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие / Ю. Хабермас. – СПб.: Наука, 2006. – 380 с.

Масланов Евгений Валерьевич