Как определить целостную структуру книги?

Традиционно руководство детским чтением закреплено за детской библиотекой. Сохраняет ли она первенство в этом направлении? Кто еще плавает в книжном «море-океане»? Наши конкуренты или партнеры? Что они предлагают, что – мы? Какой должна быть политика взаимоотношений с партнерами-конкурентами?

Объект нашего внимания – детское чтение, которое исследуется с разных позиций: • для издателей детское чтение представляет интерес как объект книжного бизнеса. Создавая книжную продукцию, они заинтересованы в ее продвижении, исследуют «детский» сегмент книжного рынка, изучают информационные потребности детей и подростков как потенциальных читателей, ищут формы активизации чтения; • в свете Федерального государственного образовательного стандарта среднего общего образования чтение предстает как образовательная технология. Специалисты в области педагогики изучают виды и стратегии чтения как способа получения знаний и наилучшего их усвоения.

Ими чаще культивируется инструментальная функция чтения: чтение их интересует в основном как средство, помогающее стать умным, развить память, воображение – выработать интеллектуальные свойства и качества, необходимые для развития человеческой личности; • библиотековеды и библиотекари-практики рассматривают чтение в основном как явление человеческой культуры, отмечают его духовную составляющую (возможность сопереживания, освоения текста на эмоциональном и художественном уровнях), отмечают в современных интеллектуальных практиках детей наличие делового и досугового чтения.

Рассмотрим особенности действий социальных институтов, непосредственно ориентированных на продвижение чтения. «Три кита», на которых стоит планета Чтения, реализуют присущие им задачи: образовательные, коммерческие, культурологические и используют для этого соответствующие технологии. Детсады и школы – педагогические. Издательства – издательские. Детские библиотеки (зона свободного чтения) – библиотечные. Дополняя друг друга, они расширяют и обогащают свои возможности, работают на общую цель. Более того, в последние годы наблюдается процесс их взаимопроникновения; проводятся совместные конференции, семинары, симпозиумы, мастерклассы. Рассмотрим своеобразие технологических подходов, присущих различным социальным институтам. Педагогические технологии обусловлены учебным процессом. Обучение технике чтения начинается в начальной школе и, по сути, там же и заканчивается. С усложнением текстов в школе среднего звена процесс чтения для многих школьником становится тяжелым трудом. Это первый психологический барьер, с которым сталкиваются юные читатели.

Педагоги видят в этом причину кризиса чтения в подростковом возрасте, справедливо полагая, что школьников необходимо обучать текстовой деятельности, способам обработки отраслевой информации [3]. Технологии изучения текстов различных видов были рассмотрены на Международной научно-практической конференции «Чтение детей и взрослых: учебный, научный и научно-популярный тексты» (Санкт-Петербург, 25–26.04.2013). Докладчики показали методики изучения художественного, критического, учебного и научного текстов. Е. И. Казакова, в частности, отметила, что для понимания текстов отраслевой тематики важно иметь представление об их особенностях. Ею выделены две основные проблемы: во-первых, ребёнка никто не учит читать научный текст, во-вторых, хороший научный текст надо поискать. Ею были представлены проекты «Квалифицированное чтение или тексты новой эпохи» (разработчики Е. И. Казакова, Т. Г. Галактионова) и «Успешное чтение» (проект разработан исследовательской группой под руководством Т. Г. Галактионовой).

Анализ отечественного и зарубежного опыта, ситуации со школьным чтением подводит педагогов к выводу, что в 5–6 классах необходим урок чтения, урок текстовой деятельности. Для этого нужен специалист в области чтения, который должен вести уроки чтения; оказывать помощь слабо читающим детям; проводить мониторинг качества чтения; обучать учителей грамотной организации работы с текстом, помогать им осваивать педагогические технологии вовлечения в чтение [3]. В этом направлении работает, например, Н. М. Свирина; она практикует знакомство с произведением через микроцитирование и опорные вопросы, стимулирующие размышление и работу мысли [2].

Свои учебно-методические пособия из серии «Скорая педагогическая помощь», «Читающие подростки или развитие литературного слуха», «Свободное чтение с детьми» она адресует педагогам и родителям. Несомненно, они могут быть использованы и детскими библиотекарями. Издательские стратегии и технологии вовлечения в чтение калейдоскопичны.

И в этом есть свой «плюс»: многообразие мнений и идей делает детский книжный рынок разноплановым. В поисках своего читателя издатели экспериментируют с форматом (печатная, аудио, э-книга + приложения), контентом, программами продвижения книги. Одна из программ – «Брендирование литературных персонажей». Выбирается известный герой книги, и вокруг него выстраивается целый «микрокосмос». Этот герой появляется в виде игрушки, а также в предметах, выражающих его жизнь. Он как бы входит в сознание потребителя и становится более популярным («Смешарики», «Маша и Медведь», «Три богатыря»). Брендирование, как считают специалисты, в ближайшее время будет одним из основных направлений в сегменте детской книги российского рынка [1]. К издательским технологиям отнесём и выпуск серий разной тематики и жанров. Для детей серийность создает «круг чтения», одновременно обозначая границы доступности информации и выводя за них.

Наряду с единством тематики, однотипным оформлением, символом серии может служить педагогический прием, гендерный признак или излюбленный жанр подростков. Важную просветительскую роль, расширяющую ряды читателей, играют издательские проекты. Среди них – Международный День чтения («Розовый жираф»); Фестиваль детской литературы имени Корнея Чуковского («Самокат»); Читательские марафоны, Автопробег «Я живу на Урале» («Издательство Марины Волковой»). Акция «Задай вопрос космонавту!» предваряет грядущий выпуск книги летчика-космонавта Юрия Усачева «Один день из жизни космонавта» «Росмен». Проводником издательских идей в массы всегда выступала издательская библиография. Сегодня она меняет форму своего существования. Печатные каталоги, анонсы, прайс-листы издательств в региональных библиотеках – редкость. Основная информация уходит на сайты издательств и книжных интернет-магазинов. Там же развивается любительская родительская библиография: мамы и папы пишут отзывы-рецензии на купленные книги, участвуют в рейтингах книг и таким образом вносят свой вклад в продвижение чтения. Библиотечные технологии стимулирования читательской активности обеспечиваются теми условиями и услугами, которые может предложить читателям современная детская библиотека.

Это определенный уровень комфорта, наличие новых изданий, «живое» общение (в том числе с авторами), сближение разных носителей информации, ценностный отбор литературы для детей и их родителей через рекомендательную библиографию. Система популяризации чтения строится на выявлении эффективных старых и создании новых способов вовлечения в процесс чтения читателей-детей. Детскими библиотеками выявлены и отобраны наиболее «живучие» формы популяризации чтения. В этой связи можно назвать традиционные Недели детской книги, «Библиосумерки» (детская версия «Библионочи») и их библиографическое сопровождение. Как правило, у участников подобных мероприятий остаются на память библиографические листовки с информацией о творчестве писателей, иллюстрации с их автографами.

Текущая работа по подготовке таких мероприятий базируется на библиографических стратегиях, без которых не обходится ни одна детская библиотека. Это тщательный отбор изданий для детей по содержанию и оформлению; мотивирование к чтению, учет гендерных и возрастных предпочтений; продвижение литературы об игровых формах, о детской художественной классике с качественной иллюстрацией; приобщение родителей к совместному чтению с детьми; создание качественной библиографической продукции; представление библиографической информации в социальных сетях. Среди библиотечных технологий следует также назвать технологии для визуалов и кинестетиков.

Они строятся на принципах наглядности и тактильной доступности, реализуются в основном через выставочную, демонстрационную деятельность. Суть этой технологии заключается в преобразовании книжной выставки в визуальную рекомендательную библиографию; именно в такой форме она и должна быть обращена к ребёнку. Есть книги, достойные индивидуальной презентации. Например, поражающие воображение объемные картинки Роберта Сабуды заставляют снова и снова раскрывать страницы созданных им книжных конструкций, актуализируют внимание к книге как виду издания, произведению полиграфического искусства.

Одна из старейших библиотечных технологий – чтение вслух: громкое, выразительное чтение. Изначально оно использовалась в работе с неграмотными. В настоящее время чтение вслух призвано компенсировать недостаточность межличностного общения, привлекать внимание к живому слову, воспитывать художественный вкус. Оно может быть самостоятельной формой, но в детской библиотеке чаще является начальным этапом для дальнейшей работы по освоению текста. Технология гендерного подхода заключается в выделении литературы с ярко выраженными интересами девочек или мальчиков; в подчеркивании мужского и женского начала при организации книжных выставок, тематических полок, уголков, посиделок. Гендерный признак и возраст конкретизируют читательский адрес, в то же время для библиографа это элементы поискового образа и критерии отбора. Технология «невмешательства» имеет отношение к жанрам с нехорошей репутацией (триллерам, «ужастикам», мистике…). В чтении детей и подростков они играют определенную роль, в каждом отдельном случае – свою: терапевтическую, протестную, гедонистическую. Практикуется также технология «замещения». Например, с легкого жанра на сложный.

Библиотекарь не рекомендует, но и не мешает знакомству с книгами подобного рода, упрощенную тематику «добра и зла» замещает художественной, научно-популярной, биографической литературой. В ряде случаев полезна и «заградительная» технология. В потоке современной литературы для подростков есть пласт книг, с которыми взрослые не могут определиться. Книги Беате Терезы Ханика, Мари-Од Мюрай, Перниллы Стальфельт раскрывают темы, непривычные для российских детей и их родителей. В рамках этой технологии происходит разделение понятий «рекомендовать книгу» и «информировать о книге». Родители, предупрежденные детской библиотекой об особенностях авторской позиции, решают: читать ли эти книги их ребенку. Здесь от технологии заградительной мы переходим к технологии «родительской ответственности».

Родительская активность хорошо заметна в социальных сетях, на различных беби-сайтах. Это ресурсы, создаваемые активными молодыми родителями, где наряду с советами как кормить, растить, развивать ребёнка, они делятся добротными текстами, опробованными на собственных детях. В еще большей мере свой «читательский облик» родители проявляют на сайтах книжных магазинов. Именно там попадается любительская библиография детской литературы с мощнейшим рекомендательным потенциалом. Реализуя технологию «библиографической интервенции», детским библиотекам нужно проникать на эти сайты, влиять, а иногда и заимствовать интересные родительские идеи. С любительской библиографией, только с детской, связана и технология сверстнической рекомендации. Она реализуется посредством выявления читательских интересов детей, представления их рецензий, мнений о книгах в виде списков, стендов, книжных выставок, детских буктрейлеров. Эту технологию успешно использует Ленинградская областная детская библиотека, рекомендательный список книг, отмеченных знаком «Нравится детям Ленинградской области».

Детские библиотекари в постоянном поиске: чем можно удивить читателя? Как из рядовой встречи с книгой сделать Событие? – эти вопросы лежат в основе технологии «провокации книжного потрясения». Потрясение может быть от слова, сюжета, содержания, от ритма подачи, от иллюстративного ряда. Выявлением наиболее привлекательных элементов книги занимаются библиографы, а создаваемая их мастерством рекомендательная библиография служит навигатором в текстах и смыслах детской литературы и одновременно инструментом «провокации книжного потрясения».

Стремление стимулировать читательскую деятельность детей во всем ее многообразии мобилизует детскую библиотеку на изучение всего спектра существующих технологий вовлечения в чтение, побуждает внедрять в свою практику наиболее продуктивные из них. Могут оказаться весьма полезными как заимствование технологий у педагогов и издателей, так и совершенствование своих собственных, полное раскрытие их потенциала.

Литература

1. Детская книга в Германии и России: новые форматы и инновационные решения в книгоиздании: диалог Ренате Райхштайн и Максима Крютченко [Электронный ресурс] / Р. Райхштайн, М. Крютченко // Pro-books.ru : [сайт] / гл. ред. А. Грачёв. – Санкт-Петербург, cop. 2009–2013. – Режим доступа: www.pro-books.ru/news/2244/13005. – Дата обращения: 28.09.13.

2. Свирина, Н. М. Победа над собой, или Как добраться до вершин [Текст] / Н. М. Свирина // Литература. – 2013.– № 5. – С. 16 – 19. – (Беседы по литературе).

3. Сметанникова, Н. Н. [Электронный ресурс] : [беседа] / Н. Н. Сметанникова, И. В. Малолетнева // Центр развития межличностных коммуникаций [сайт]. – [Москва: б. и.], cop. 2001–2013. – Режим доступа: www.ruscenter. ru/1971.html. – Дата обращения: 06.09.13.

Смотрова Е. Е.

Развитие технологии аграрного производства на Урале

Во второй половине XIX в. в регионе (существовали различные системы земледелия: подсечная («лядинная>>) в северных районах Пермской и Вятской губерний, залежная Оренбургской губернии, трехполье, плодосмен.

Часть пустовавшей земли использовалась как луга. Переход к плодосмену — высшей системе земледелия — наметился в 90-е гг. XIX в. в Пермской и Московской губерниях, а инициаторами его были крестьяне и земские агрономы. Широкой известностью пользовался пермский клевер — семена красного клевера, который начал высеваться с 1891 г., десятками тысяч пудов продавались в другие губернии и за границу.

В 90-е гг. XIX в. началось усиленное применение более усовершенствованных орудий и машин. Наряду с сабанами, серпами, косами, цепами в крестьянских хозяйствах появились плуги, жнейки, а затем и сенокосилки, молотилки. Использование новых орудий труда на Урале было шире, чем в европейской части России. Проявляли смекалку и крестьяне: в начале 1880-х гг. житель Глазовского уезда крестьянин Чернов изобрел веялку, которая экспонировалась в Вольном экономическом обществе и заслужила серебряную медаль.

Новая техника была дорогой и приобрести се могли немногие. Но стремление повысить производительность труда заставляла совершенствовать имеющиеся орудия; так, повсеместно стала входить в употребление соха-косуля, которая могла пахать и твердую почву. Активную роль в усовершенствовании играли уральские кузнецы, работавшие на заводах и одновременно обрабатывавшие свои земельные наделы. Крестьяне были заинтересованы в улучшении орудий труда, используемых в тех работах, где дорог каждый день, — пахота, сенокос, жатва. Поэтому молотилки, вытеснявшие труд зимнего времени, когда сложно было найти приложение своим рукам, не пользовались спросом у крестьян.

Основными зерновыми культурами на Урале в эти годы оставались рожь, яровая пшеница, овес. В 80 90-е гг. XIX столетия быстро увеличивались площади, занятые картофелем.

В начале XX в. объем торговли хлебом превысил в уральских губерниях 31 млн руб., а объем всей торговли сельскохозяйственными продуктами составил свыше 35 млн руб.

Потребителями сельскохозяйственной продукции были горнозаводские центры Пермской губернии, где своего хлеба не производилось или производилось недостаточно. Сюда отправлялись избытки хлеба из Зауралья. Производство зерна на Урале перекрывало внутренние потребности, поэтому хлеб вывозился в центральные и северные районы, в Поволжье и Сибирь.

Составной частью сельского хозяйства являлось животноводство. Численность скота росла, обеспеченность им крестьянских хозяйств на Урале была выше, чем в европейской России. Однако количество скота на двор сокращалось из-за нехватки лугов и выгонов.

Хозяйство казаков имело значительные особенности. Казачество составляло почти 29 % населения Оренбургской губернии. Наибольший удельный вес его был в Троицком, Верхнеуральском уездах и южной части Оренбургского уезда. В распоряжении казаков находилось около 5 млн десятин земли, основная масса которой была станичной и распределялась по общинно-надельной системе.

Новые черты проявились и в хозяйстве башкир. К концу XIX в. завершился их переход к оседлости и земледелию, скотоводство перестало быть ведущей отраслью башкирских хозяйств. Постепенно расширялась запашка, и хотя в целом земледелие отставало от земледелия русских крестьян, оно стало носить товарный характер.

Компьютер ENIAC