Как мы говорим
Обращаем ли мы внимание на проблемы нашей культуры? Может языка? Задумывались ли над тем, что сейчас русский язык, как губка впитывает множество ненужных слов из других языков? Не задумывались ли вы, что такое уже бывало? Может быть, мы говорим, уже совсем не на русском? Заимствование были, есть и будут! Для начала нужно понять, что является их причиной.
Рассмотрим на примере французского языка, который отметился в русском достаточно удачно. Конечно, в первую очередь повлияло, то, что в России, в XVIII-XIX веках, была «мода» на этот западный язык. На балах, светских встречах, в салонах и различных культурных мероприятиях, было необходимо разговаривать на французском языке, так как это считалось приличным и доказывающим высокое положение в обществе.
Это нетрудно заметить в произведениях таких мастеров русского слова, как Л.Н. Толстой, А.С. Пушкин и Ф.М. Достоевский. Можно долго перечислять российских авторов, которые часто использовали французскую речь в своем тексте. Но за «модным» французским языком скрывалась другая проблема, которая была скрыта за балами и увеселениями. Многие помещики не понимали придворных, которые обращались к ним на родном русском языке, что сильно подкосило культуру уездных городов и сел.
Сельские жители не понимали инородной речи высшего общества, и когда им отдавали приказы, не всегда выполняли то, что было необходимо. Мы можем это заметить, любовь к французскому языку на примере произведения Льва Николаевича Толстого «Война и мир». С первых строчек романа, реплика Анны Павловны Шерер, придворной императрицы Марии Феодоровны, начинается на французском языке, когда она встречает «важного и чиновного князя Василия». Также обратим внимание на сноску Льва Николаевича, во втором абзаце, о появлении нового слова «грипп» (фр. grippe), которое «употреблялось только редкими».
Диалог между важными особами, переходит с русского классического на французский язык, что не возможно не заметить на протяжении всех томов данного произведения. В произведениях русской литературы можно достаточно часто увидеть, как в родном и могучем появлялись новые иностранные слова, как их использовали в высшем обществе. Французский язык для России стал большóй частью словарного запаса современных россиян.
Мы уже давно забыли, что слова винегрет, портье, гардероб, одеколон или даже дежурный, заимствованы из Франции. Винегрет – от уменьшительной формы слова vinaigre – уксус. Портье – от слова porte – дверь. Гардероб – от словосочетания garder robes – сохранять платья. Одеколон – это не что иное, как eau de Cologne – дословно вода из Кельна. А дежурный – в переводе означает по дням – de jour. Иногда удивляешься, насколько сильно эти слова вжились в роль русских. Образование и наука, которая сильно зависела от Франции, изменила русскую речь. Появилось множество терминов в физике, математике, лингвистике, юридических науках.
Генерал, барьер, адмирал, инфляция, парламент и т.д. Все эти слова пришли в наш язык из французского. Все вышесказанное напоминает глобализацию современного мира сейчас, только с интервенцией не французской культуры и языка, а англоязычной, но скорость, кажется, намного быстрей. В заключение, хотелось бы процитировать слова известного русского языковеда Юрия Николаевича Караулова: «Приток заимствований в русском языке, принявший в последнее время, кажется, тотальный характер», не должен расцениваться как негативное явление: ведь на дальнейших этапах развития язык неизбежно отторгнет избыточные элементы и те, которые не адаптировались, при этом оставшиеся, не засорят, а обогатят наш язык, как уже неоднократно случалось в прошлом…
Тревогу должно вызывать не состояние системы языка, а уровень языковых способностей нашего общества наше массовое косноязычие, производящее впечатление национальной катастрофы». Если мы задумаемся над этим высказываем, все вопросы об англицизмах исчезнут, и мы начнем думать, прежде чем сказать и это будет верным.
Е. Патраков
