Идеологический экстремизм и конфликтное поведение | Знания, мысли, новости — radnews.ru


Идеологический экстремизм и конфликтное поведение

Отличительной чертой молодежной протестной активности последнего периода в России является смещение характера участия в сторону конфликтов со значительным преобладанием нереалистических элементов, не связанных с рациональным осознанием конфликта интересов с объектом протеста, не предполагающих программы действия, предмета и объекта конфликта. Такой протест не нацелен на поиск компромисса и моделей эффективного сотрудничества. Целью протеста является сам протест как единственная стратегия снятия напряжения.

Такого рода смещенные конфликты позволяют диагностировать, что протестующие участники такого конфликта являются благоприятной группой для внедрения установок идеологического экстремизма, который обладает с таким конфликтами близкими параметрами, неконкретностью фрустраций, бескомпромиссностью участия, нацеленностью на конфликт как самоценный результат участия.

Многообразие существующих теоретических подходов не привело к выработке общепризнанных методик анализа механизмов включения молодежи в протестные акции и радикализации молодежного сознания. Часть молодежи отличает несформированность политических установок, отсутствие выработанных моделей политического участия и опыта политического участия с использованием традиционных форм.

Так же для определенной части молодежи свойственно доминирование «идеологического бессознательного» или квазиидеологий, негативной модели идентичности, чрезмерной идентификации с носителями той или иной радикальной политической идеологии. Ни подход к экстремизму как к перечню запрещенных деяний, ни крайне неконкретное понимание его как нарушения границы дозволенного не дают нам набора существенных, отличных от близких понятий черт, конкретных параметров, закономерностей развития идеологического экстремизма в России, его влияния на российскую карту конфликтов. Ряд типовых ошибок в коммуникационных стратегиях реагирования на протестную активность молодежи допускают органы власти и управления. При этом власть зачастую склонна использовать деструктивные стратегии реагирования на конфликтное или протестное поведение (игнорирование или подавление), поскольку идеологические размежевания расцениваются не как альтернативы развития России, а маркируются по линии: поддержка власти/оппозиция.

Для понимания идеологической составляющей экстремизации конфликтного поведения необходим анализ восприятия другой стороны в конфликте, опираясь на модель «агонистической демократии» Ш.Муфф, то есть в «такое конструирование «их», когда «они» перестают считаться врагами, которых необходимо уничтожить, и становятся «соперниками», то есть теми, с чьими идеями «мы» ведут борьбу, но в чьем праве отстаивать свои идеи «мы» не сомневаются»? Концепции идеологического фантазма как упущенной и неосознаваемой иллюзии, структурирующей фактическое отношение к реальности С.Жижека и протеста как вызова доминирующему символическому коду и его властным носителям Ш.Эйзенштадта. По Майклу Фридену, идеологии ‒ это интерпретационные рамки, которые возникают в ходе практического воплощения идей в язык политических понятий.

Идеологии предоставляют социальным субъектам возможности эмоционально ярких, логически убедительных интерпретаций того мира, в котором они живут, преодолевая приватные переживания в публичном статусе конфликтных действий. Отсюда ‒ экспрессивные модели поведения, языковые средства ненависти и демонстрации агрессии и вражды с целью идентификации «своих» и «чужих».

Алейников Андрей Викторович


Комментировать


4 × = двадцать восемь

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru