О некоторых процессуальных нормах, препятствующих осуществлению правосудия в России

Одна из основных функций государства – осуществление правосудия. В современных государствах эта функция принадлежит судебной ветви власти, то есть судам. Не является исключением и Россия.

Согласно ч. 1 ст. 118 Конституции РФ правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом. Согласно ст. 1 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» судебная власть в Российской Федерации осуществляется только судами в лице судей и привлекаемых в установленном законом порядке к осуществлению правосудия присяжных и арбитражных заседателей. Никакие другие органы и лица не вправе принимать на себя осуществление правосудия. Что такое правосудие?

Понятие правосудия в истории развития государств содержало в себе разные смысловые оттенки, хотя всегда было и нечто общее. Общим было, прежде всего, понимание, что правосудие – это справедливое разрешение споров в обществе по каким-то установленным правилам. Предложим некоторые размышления о том, что должно подразумевать современное правосудие. Правосудие – это деятельность специальных компетентных органов государственной власти по справедливому разрешению социальных конфликтов на основе заранее определенных и известных правил (закона) и в специальном заранее определенном (законом) порядке. Раскроем это определение. — Правосудие должно осуществляться специальными органами, то есть конкретными и заранее определенными. Правосудие не может осуществляться всеми или несколькими разнородными органами власти. — Правосудие должно осуществляться компетентными органами власти, то есть с одной стороны эти органы должны быть уполномочены на осуществление правосудия законом, с другой стороны, лица, работающие в этих органах, должны обладать необходимыми и достаточными знаниями и опытом для осуществления правосудия. — Правосудие должно быть справедливым. Что понимать под справедливостью в целом и применительно к правосудию в частности – отдельный сложный вопрос, требующий самостоятельного исследования, но мы бы назвали правосудие справедливым, если оно хотя бы соответствует всем признакам, указанным нами в определении выше. — Смысл правосудия – разрешать социальные конфликты. — Разрешение социального конфликта должно осуществляться на основе правил, заранее определенных и общеизвестных (имеются ввиду материальные нормы права). — Правосудие должно осуществляться в специальном порядке, который тоже должен быть заранее определен и общеизвестен (имеются ввиду процессуальные нормы права). Если исходить из перечисленных выше признаков правосудия, то, по нашему мнению, судебная система России в настоящий момент неспособна осуществлять функцию правосудия.

Для этого мы видим разные причины, но мы не будем перечислять и анализировать их в настоящей работе, к тому же, не все они носят правовой характер. Мы остановимся лишь на одном правовом аспекте, который, возможно, является не причиной, а следствием проблем судебной системы России. Речь идет о некоторых нормах действующего процессуального законодательства России22, которые, на наш взгляд, несовместимы с осуществлением правосудия или, как минимум, препятствуют ему. 1.Нормы о порядке разрешения заявления об отводе судьи. Процитируем соответствующие правила из разных процессуальных кодексов. Согласно ч. 2 ст. 20 Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ) «вопрос об отводе, заявленном судье, рассматривающему дело единолично, разрешается тем же судьей. …

Вопрос об отводе, заявленном нескольким судьям или всему составу суда, разрешается этим же судом в полном составе простым большинством голосов». Согласно ч. 2 ст. 35 Кодекса административного судопроизводства РФ (КАС РФ) «отвод, заявленный судье, рассматривающему административное дело единолично, разрешается тем же судьей». Согласно ч. 4 ст. 35 КАС РФ «отвод, заявленный нескольким судьям или всему составу суда, рассматривающему административное дело коллегиально, разрешается этим же судом в полном составе простым большинством голосов». Аналогичные нормы содержатся в ст. 65 Уголовно-процессуального кодекса РФ (УПК РФ). На наш взгляд, указанные нормы содержат очевидный изъян. Заявление об отводе судьи рассматривается тем же судьей.

То есть лицо, которое обвиняется одним из участников процесса в пристрастности и необъективности, будет само решать, справедливо ли выдвинутое обвинение. При таких обстоятельствах нарушается основополагающий общеправовой принцип известный еще со времён римского права «Nemo iudex in propria causa» — никто не может быть судьей в собственном деле. Но именно это и происходит в случае разрешения заявления об отводе судьи. Нам непонятно, как возможно существование подобной нормы в государстве, которое позиционирует себя как правовое и демократическое (ст.1 Конституции РФ). Отметим, что единственный процессуальный закон, содержащий иные правила, это Арбитражный процессуальный кодекс РФ (АПК РФ).

В соответствии со ст. 25 АПК РФ «вопрос об отводе судьи, рассматривающего дело единолично, разрешается председателем арбитражного суда, заместителем председателя арбитражного суда или председателем судебного состава… Вопрос об отводе, заявленном нескольким судьям или всему рассматривающему дело составу суда, разрешается председателем арбитражного суда, заместителем председателя арбитражного суда или председателем судебного состава».

Таким образом, только в арбитражном процессе вопрос об отводе судьи решается не самим судьей, которому заявляется отвод, а иным лицом – председателем арбитражного суда, его заместителем или председателем судебного состава. Хотя и такой порядок представляется не идеальным, но он, конечно, лучше, чем порядок, установленный в ГПК РФ, КАС РФ и УПК РФ. Почему на протяжении стольких лет только АПК РФ устанавливает приемлемые нормы о порядке рассмотрения заявления об отводе судьи? Почему принятый совсем недавно новый процессуальный кодекс – КАС РФ – содержит в себе правила об отводе, аналогичные правилам ГПК РФ и УПК РФ, а не АПК РФ? В литературе23 неоднократно обращалось внимание на недостатки норм об отводе судьи, и даже высказывались предложения24 по совершенствованию законодательства.

Однако время идет, а ничего не меняется, поэтому мы видим необходимость обращать внимание юридического сообщества снова и снова на эти вредные для осуществления правосудия нормы. Огорчает и то обстоятельство, что Конституционный суд РФ (КС РФ) уже высказывал свою позицию по данному вопросу и указал, что соответствующие нормы об отводе судьи не нарушают права граждан25 . Аргументация КС РФ нам кажется, мягко говоря, несостоятельной. Вся правовая позиция26 КС РФ фактически сводится к следующему: — участники процесса должны доверять судьям России (может тогда вообще нужно убрать право на заявление отвода судье и нечего здесь обсуждать?);

- судья сам решает вопрос об обоснованности заявленного ему отвода, чтобы не затягивать судебное разбирательство из-за необоснованных заявлений и недобросовестных действий участников процесса (то есть важнее не допустить затягивание судебного процесса, чем обеспечить беспристрастность и объективность судьи? В арбитражном процессе почему-то такой проблемы не возникает); — гарантией соблюдения принципа беспристрастности судьи, рассматривающего дело единолично, при разрешении вопроса о заявленном ему отводе является вынесение мотивированного определения (то есть гарантией беспристрастности судьи является обязанность судьи объяснить в определении, почему ему все-таки нужно доверять?); — гарантией также, по мнению КС РФ, являются процедуры проверки вынесенных судебных постановлений вышестоящими судебными инстанциями (то есть гражданин будет судиться несколько лет, а потом в суде апелляционной инстанции, может быть, судьи вышестоящего суда согласятся, что судья первой инстанции был необъективен, и вернут дело на новое рассмотрение; обжаловать определение суда об отказе в удовлетворении заявления об отводе судьи отдельно от окончательного решения по делу нельзя!).

Таким образом, мы полагаем, что нельзя признать справедливым судебное разбирательство, в котором судья сам решает вопрос об обоснованности заявленного ему отвода. Это мало похоже на правосудие. 2. Следующий пример. Согласно ч. 3 ст. 381 ГПК РФ «Председатель Верховного Суда Российской Федерации, его заместитель вправе не согласиться с определением судьи Верховного Суда Российской Федерации об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и вынести определение о его отмене и передаче кассационных жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции». То есть законодатель предоставил право отменить определение судьи ВС РФ, но никаких процедур, устанавливающих порядок реализации этого права, не установил. Чем должен руководствоваться Председатель ВС РФ при отмене определения судьи ВС РФ не указано. Нужно ли направлять обращение (и в какой форме) или он должен проверять определения по своей инициативе? В какой срок нужно обращаться с просьбой о проверке определения? Нужно ли платить пошлину? Все эти и другие вопросы никак не разрешены в законодательстве и создают правовую неопределенность. Указанный пробел в законодательстве своеобразно решается благодаря правовым позициям КС РФ и ВС РФ.

Фактически высшие суды установили, что ч. 3 ст. 381 ГПК РФ – это возможность третий раз обратиться с кассационной жалобой (хотя это не следует из текста закона) при соблюдении всех необходимых требований, установленных в главе 41 ГПК РФ27 (то же самое верно и для аналогичной нормы, закрепленной в ч. 4 ст. 323 КАС РФ28). Таким образом, высшие суды устранили созданную законодателем неопределенность. Однако насколько допустимой является ситуация, когда целый пласт процессуальных норм существует лишь в правовых позициях высших судов? Мы полагаем такую ситуацию недопустимой и противоречащей принципу законности. Все процессуальные нормы должны быть в процессуальном законе, а не в судебных актах (тем более нормы, касающиеся еще одной возможности обжаловать судебные акты в кассационной инстанции).

А если некоторые процессуальные правила появляются изначально в судебных актах, законодатель обязан реагировать на них, либо подтверждая их и вводя в процессуальный закон, либо отвергая их и вводя иное регулирование. Право обратиться в суд с кассационной жалобой на судебные акты – это часть права на судебную защиту, одного из ключевых прав граждан. Но как гражданину реализовать свое право, если оно не закреплено в законе, а следует только из правовых позиций высших судов? Можно ли требовать от граждан знания всех правовых позиций судов? На наш взгляд, конечно, нет! Гражданин не может и не должен знать обо всех существующих правовых позициях судов. Гражданин должен иметь возможность обратиться к закону и прочитать, какую жалобу он может подать, сколько раз, в какой срок и т.д.

В результате сложившейся ситуации права граждан часто нарушаются только потому, что процессуальные правила о возможности подать кассационную жалобу в третий раз председателю ВС РФ содержатся не в законе, а в судебных актах высших судов, и граждане просто не знают о них.

В итоге пропускается срок для подачи соответствующей жалобы или не оплачивается пошлина, и жалоба возвращается заявителю как поданная с нарушениями. Это подтверждается большим количеством жалоб, поступающих в КС РФ по данному вопросу. Такая ситуация мало похожа на правосудие как справедливое разрешение споров, основанное на законе и осуществляемое в установленном законом порядке. В данном случае порядок судебного разбирательства фактически установлен не законом, а высшими судами в своих актах. Все процессуальные нормы должны быть в процессуальных кодексах, иначе мы способствуем созданию ситуации, при которой добиться правосудия можно только случайно и при большой удаче.

3. Наконец, еще один пример, на который мы хотим обратить внимание. Согласно ч. 2 ст. 199 ГПК РФ «составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела». Согласно ч. 2 ст. 177 КАС РФ «по сложным административным делам может быть объявлена резолютивная часть решения суда.

Составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания судебного разбирательства по административному делу, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом». Согласно ч. 2 ст. 176 АПК РФ «в судебном заседании, в котором закончено рассмотрение дела по существу, может быть объявлена только резолютивная часть принятого решения. В этом случае арбитражный суд объявляет, когда будет изготовлено решение в полном объеме, и разъясняет порядок доведения его до сведения лиц, участвующих в деле.

Изготовление решения в полном объеме может быть отложено на срок, не превышающий пяти дней. Дата изготовления решения в полном объеме считается датой принятия решения». Процитированные нормы касаются возможности судьи отложить изготовление судебного решения в полном объеме, то есть отложить составление его мотивировочной части. Мотивировочная часть – важнейшая часть решения суда. В этой части суд объясняет, почему он принял именно это решение, на каких нормах права он основывался, какие обстоятельства он принял во внимание, какие доказательства отверг и почему. Без мотивировочной части решение суда не имеет смысла акта правосудия. На наш взгляд нормы, позволяющие судьям изготавливать решение в полном объеме не сразу, а спустя какое-то время, чрезвычайно вредны для осуществления правосудия.

Благодаря этим нормам судья может сначала принять решение, «как ему подсказывает сердце», а потом он начинает подбирать аргументы (и правовые, и фактические), которые бы убедительно показали состоятельность его позиции. Судья должен объявлять резолютивную часть только вместе с мотивировочной частью решения. Введение этого правила никак не отразится на сроках судопроизводства, судьи и так постоянно задерживают изготовление мотивировочной части, что фактически удлиняет процесс судебного разбирательства, так как, не зная мотивировочной части, все равно решение обжаловать невозможно (с чем спорить, если позиция суда еще не изложена).

Нам представляется, что после того, как судья изучил все доказательства и закончил рассмотрение дела по существу, выслушал прения сторон, ему не нужно сразу удаляться в совещательную комнату для принятия решения. Пусть судья вместо этого назначит дату окончательного судебного заседания, на котором он огласит решение в полном объеме. Это даст время судье еще раз изучить материалы дела и принять обоснованное решение.

К вопросу о составлении мотивировочной части. Недавно публично обсуждалась29 законодательная инициатива об отмене требования обязательного изготовления мотивировочной части судебного решения за некоторыми исключениями. Особенно тревожит, что эта инициатива принадлежала ВС РФ. Российское юридическое сообщество с самого начала оказало большое сопротивление этой инициативе.

Согласиться с тем, что судья не обязан мотивировать свои решения, все равно что отказаться от правосудия. Неважно, о какой категории дел идет речь. Если дело рассматривается судьей, решение по нему должно быть обосновано, а значит всегда должно содержать мотивировочную часть. Судья не должен быть чиновником. Если мы хотим сохранить именно судебную систему, а не судебные органы исполнительной власти, мы не можем допускать подобные инициативы.

Обнадеживает, что эта инициатива в итоге не нашла поддержки в Государственной думе РФ30 . Итак, в настоящей работе мы попытались обратить внимание на некоторые из недостатков процессуального законодательства России, препятствующих, на наш взгляд, осуществлению правосудия. Надеемся, что различные недостатки процессуального законодательства России будут и дальше обсуждаться юристами.

Выражаем также надежду, что, прежде всего, адвокатское сообщество (как профессиональное сообщество, защищающее и отстаивающее закон в своей ежедневной деятельности) возьмет на себя более активную роль в выдвижении предложений по совершенствованию законодательства России.

А.А. Гавриш


Комментировать


7 + шесть =

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru