2021 Ноябрь 03 | Знания, мысли, новости — radnews.ru


Архивы за 03.11.2021

Реконструкция культурного кода одинокого материнства в СССР 1945–1985 годов

Одинокое материнство — редкая тема в отечественном гуманитарном знании. В России не существует фундаментальных работ по проблемам одиноких матерей в СССР и современной России. Тема затрагивается в отдельных статьях по социологии, педагогике и психологии, в своей массе негативно определяющих это широко распространенное явление в стране и мире. Одинокое материнство считается социальной трагедией или личной драмой женщины. В то же время зарубежные исследователи подвергли тщательному анализу это явление на советском и российском материале. В частности, Д. Утрата описала культурный код российского одинокого материнства, назвав его «практическим реализмом».

Он определяется новым экономическим контекстом (переход от плановой экономики к неолиберальной рыночной системе) и необходимостью выживать в сложных условиях. Если определение «одинокая мать» было закреплено в советском семейном кодексе, то законодательство после 1991 г. практически отказалось от его использования. В контексте реставрации традиционных ценностей одинокое материнство рискует подвергнуться ремаргинализации. Пытаясь понять истоки данного явления, я реконструирую культурный код советского одинокого материнства на литературном и кинематографическом материале. Он несет культурные противоречия того времени. Юридическое закрепление категории «одинокая мать» (изначально в 1944 г.) легитимировало положение одиноких матерей и отражало попытки государства заставить женщин заводить детей вне брака в условиях послевоенного демографического дисбаланса. Но общество продолжало негативно относиться к явлению, понимая его необходимость, но не желая преодолевать стереотипы. Я исследую появление культурного кода в послевоенный период.

(далее…)

Логика и логическая культура Древней Руси

Аннотация

Логика как наука возникла в IV в. до н. э. в Древней Греции, а в России она появилась только в XVIII в. н. э. В этом же столетии ее стали преподавать в духовных академиях и семинариях, готовивших священнослужителей и церковных ученых. Таким образом, становление логики в России началось в XVIII в. Однако ее предпосылки уходят в значительно более глубокие пласты отечественной культуры, которые могут быть определены как древнерусская культура. Поскольку фундаментальной характеристикой культуры является целостность, мы можем ставить вопрос о том, как предшествующее развитие культуры привело в XVIII в. к становлению в России логики как науки. Если становление логики в России началось только в XVIII в., то какие элементы предшествующей культуры привели к нему? Мы полагаем, что к нему привело развитие логической культуры Древней Руси.

Логическая культура общества представляет собой характерную для него совокупность стереотипов мышления, которая проявляется в способах аргументации, а также в умении оценивать умозаключения, разрабатывать гипотезы, систематизировать объекты и т. д. Люди воспитываются не только в определенной политической, нравственной, эстетической и прочей среде, но и в конкретной логической среде, под влиянием которой складывается их логическая культура. Логическая культура общества связана с книгами, периодическими изданиями, радио, телевидением и другими сообщениями коллективной обращенности, которые несут определенную информацию, а также приучают людей воспроизводить различные интеллектуальные операции. Первым логико-философским трактатом в Древней Руси считается «Изборник Святослава», составленный в 1073 г.

(далее…)

Историческая vs политическая память России: теоретические и практические экспликации

Не подвергая сомнению научной значимости исследований исторической памяти и культурфилософских рефлексий, сигнализирующих нам об экзистенциальных проблемах в культурно-исторической эволюции российской цивилизации, автор тезисов полагает, что решение проблемы поиска комплементарной теоретической модели социальной памяти современной России и, в частности, такого значимого ее измерения, как историческая память, возможно в рамках современной культурсоциологии. В контексте этой исследовательской парадигмы социальную память можно представить как динамичный комплекс коллективно значимых «сценариев позиционирования» социальной общности и его символических репрезентаций.

Эти репрезентации не только «фиксируют» «реальное» прошлое, но и постоянно «строят» в настоящем проекты взаимодействий в будущем, привнося «некоторый минимальный уровень взаимного вменения оснований действия» и солидарного существования [А.Ф. Филиппов, 2015]. При этом важно учитывать автономию и спонтанность современной национальной памяти и ее ядра — политической памяти как динамичного «принуждения к действию», комплекса символических фигураций, легитимирующих «борьбу за власть» и политический суверенитет. «Государства управляют памятью, а память управляет ими» [ J. K. Olick, 2016]. Подобное «управление» является следствием «травматического спроса» на эмоциональное, институциональное и «символическое возмещение», которое не только «возвращает память», но и позволяет увидеть события по-другому, перераспределяя тем самым роли и обязанности актеров в соответствии с этим новым видением [ J. C. Alexander, 2012]. Как полагает автор тезисов, политическая память — это ожидания предсказуемой политической истории и очевидные символические схемы символического кодирования национального прошлого и будущего из настоящего.

(далее…)

Яндекс.Метрика

Знания, мысли, новости - radnews.ru